Кельтский крест

– На какую экскурсию? – встрепенулась я.

– Обзорную по всему острову. Специально для тебя заказал. Давай, поторопись, машина через час! – последние слова он произносил уже на лестнице, сбегая от моего гнева.

Я захлопнула дверь, прошла в ванную и включила воду. Горячий душ и мягкие полотенца сняли усталость от перелета, вместе с усталостью ушло и раздражение, вызванное Геркиным самоуправством.

Натянув джинсы и водолазку, я спустилась вниз подобревшая и проголодавшаяся. Ребята сидели за столом, шумно предвкушая погружения в бухту затопленных кораблей. Груда грязных тарелок перед ними говорила, что завтрак был по‑шотландски обильным.

Положив себе на тарелку омлет и розоватую ветчину, потом налив кофе, я присоединилась к попутчикам. Герки нигде не было видно. Ветчина оказалась вкусной, омлет – воздушным, а кофе – в меру крепким. Все это окончательно привело меня в благостное расположение духа.

Позавтракав, я вышла в холл. На одном из диванов устроилась Джилл, я сразу узнала ее огненно‑рыжие кудри. Попивая кофе, она с вежливой улыбкой слушала Герку, примостившегося напротив.

Мой друг отчаянно жестикулировал, как обычно бывало, когда он увлекался. Зная, что последует за этим, я поспешила к ним, но не успела: широким жестом Гера опрокинул на себя чашку чая. Звонкое «Дзинь!» смешалось с приглушенной руганью.

Помимо того, что обжегся, Герка умудрился порезать ладонь осколками. Понадобилось не менее двадцати минут, чтобы объясниться с взволнованным администратором отеля, оборвать уверения друга, что рана всего лишь порез, и перевязать ладонь.

После чего Гера отправился переодеваться, а я осталась у стойки выслушивать беспокойство администратора отеля и успокаивать не на шутку взволнованную Джилл. Пока я уверяла всех, что порезанная ладонь – меньшее, что могло случиться с моим другом, и что он не станет подавать на отель в суд из‑за острых осколков, экскурсовод то и дело поглядывала в сторону лифта. Я заметила, как радостно вспыхнули ее глаза при виде Герки, и хмыкнула: вот почему мой друг так заботился о моем досуге.

– Вы готовы? – Джилл с одобрением посмотрела на ветровку, которую я захватила из номера.

– Конечно! Герочка? – Я похлопала друга по плечу. – Ты не собираешься брать куртку?

– Зачем? – отмахнулся он. – Лето же!

– Оркнейское лето, – поправила Джилл.

Герка хмыкнул и демонстративно надел солнцезащитные очки. Я вопросительно посмотрела на Джилл, та пожала плечами и улыбнулась.

– Если что, у меня в машине всегда есть запасной плед, – заговорщицки прошептала она, когда мы выходили.

– Думаете, его по длине хватит? – усомнилась я.

– Я специально взяла самый большой, – призналась она, и мы обе рассмеялись.

Герка удивленно оглянулся, в ответ я лишь развела руками, он фыркнул и зашагал по набережной, словно экскурсоводом был он.

Киркуолл приятно удивил меня. Пронизывающий ветер теперь, когда я была в собранных дома на скорую руку джинсах и пуловере, казался не таким уж и сильным, вчерашние серость и туман уступили место бежевой плитке мостовых и вкусным запахам ванили.

Кривые средневековые улочки, двухэтажные каменные серо‑розовые домики с окнами, увитыми розами, добродушно улыбающиеся прохожие, кидающие на нас любопытные взгляды. Витрины магазинов напоминали лавку древностей: сплошь керамика, кожа и серебро.

С немногочисленных рекламных щитов на меня весело смотрели девушки в национальной шотландской одежде, украшенные всевозможными браслетами и ожерельями из серебра. И где‑то вдалеке за крышами домов на фоне ослепительно синего неба маячили невысокие горы, усыпанные разноцветным вереском.

Вдоволь нагулявшись, мы остановились у одного из магазинчиков, на витрине которого были разложены украшения из серебра. Джилл сказала, что хозяйка магазина – ее подруга, Роуз, и предложила зайти, я пыталась отнекиваться, но Герка моментально поддержал Джилл.

– Предатель! – прошипела я ему в спину, заходя внутрь.

Лавка пахла древностью. Этакий запах историй и событий, который всегда сопровождает истинную старину. При виде нас хозяйка, невысокая полная женщина с темными волосами и огромными темными глазами, радостно поспешила навстречу, обняла Джилл и предложила выпить чаю. Отказываться было невежливо.

Джилл вызвалась помочь, Герка с рассеянным видом бродил по магазинчику, стараясь ничего не задеть, я с интересом разглядывала витрину с серебряными украшениями в скандинавском стиле.

– Оркнейские острова не всегда принадлежали Шотландии. – Продавец подошла ко мне почти незаметно. – В давние времена здесь жили пикты, потом земли захватили норвежские викинги, лишь в пятнадцатом веке острова были переданы Шотландии в качестве приданого дочери норвежского короля.

– Правда? – я невольно вспомнила светловолосого рыцаря из своих снов.

– Да, именно поэтому в городе часто встречаются сочетания шотландского и норвежского флагов. Даже на нашем соборе. Вы успели осмотреть его?

– Нет, как раз туда и идем, – откликнулась Джилл, занося поднос с чашками, над которыми витал пар.

Я всегда предпочитала кофе. Поэтому, из вежливости сделав несколько глотков, отставила чашку и подошла к самой дальней витрине. Внимание привлек браслет – тонкая, потемневшая от времени цепочка, на которой висели металлические подвески в форме треугольников.

– Простите, – окликнула я Роуз. – Не могли бы вы показать вот это?

– Да, конечно. – Она открыла витрину и взяла украшение, выложила на бархатную подушку, предназначенную специально для демонстрации изделий. – Это точная копия браслета, найденного при раскопках на острове Бирсей.

– Бирсей? – переспросила я, силясь вспомнить, что это за название.

– Небольшой островок совсем рядом с Мейлендом. Во время отлива появляется дорога, связывающая его с нами. – Роуз застегнула браслет на моем запястье. – Там был дом норвежского ярла, сейчас остались развалины.

Я вытянула руку, рассматривая украшение, потом тряхнула рукой, и подвески мелодично зазвенели. Странно, браслет сидел как влитой. Я вдруг поняла, что не желаю расставаться с ним.

– Сколько он стоит?

– Минутку… – Роуз подошла к прилавку и нахмурилась. – Как странно…

– Что? – удивилась Джилл.

– Ценника нет. – Женщина еще раз обыскала витрину с украшениями. – Словно и не проводили. Хотя вещь очень интересная: скорее всего, это серебро, треугольники – руны.

– Может, твой муж…

– Нет, Магнус бы сказал. Сейчас посмотрю в каталоге. – Она зашла за прилавок и просмотрела списки в ноутбуке. – Его точно нет.

– Обидно, – вздохнула я, снимая браслет.