Князь Барятинский 2. Императорская Академия

– Да нет же, Костя! – поморщился Полли. – Я не об этом. Ты заметил, что Батюшкин ест в столовой? Он берёт только самую простую пищу! Говорят, что дома он спит без перины, на голых досках, а по утру обливается ледяной водой! После чего делает гимнастические упражнения.

– Это значит только одно, – улыбнулся я. – Если по ходу игры Батюшкина обольют ледяной водой, он подумает, что настало утро, и приступит к гимнастическим упражнениям. Что ж, меня устраивает.

Полли вздохнула и посмотрела на меня с укоризной. Но, похоже, доводы у неё закончились. Я сделал ещё один шаг к неподвижному Батюшкину. Позвал:

– Господин Батюшкин! Надеюсь, беседа со мной не помешает вашим упражнениям?

– Отнюдь, господин Барятинский, – отозвался Батюшкин таким безмятежным тоном, как будто валялся в гамаке, любуясь облаками. – Я весь внимание.

Ответ мне понравился. Часто люди, занимающиеся самодисциплиной, считают непременным атрибутом грубость по отношению ко всем остальным. Батюшкин же был вежлив. И руки у него до сих пор не дрожали. Запросто может статься, что физической силы в нём – не меньше, чем в Данилове, просто он не выставляет её напоказ. Сила ведь зависит от объёма далеко не так явно, как принято думать. Скажем, я в своём мире качком никогда не был. Но в борьбе на руках неоднократно с легкостью побеждал парней, у которых бицепсы разрывали рукава.

– Хочу вам предложить войти в команду для сегодняшней Игры.

– А могу я узнать, кто ещё состоит в команде?

Вот это было неожиданно. Я‑то полагал, что тут все мать родную продадут, лишь бы поучаствовать в Игре. А этот, значит, присматривается.

– Помимо меня – господа Долинский, Пущин и госпожа Нарышкина. Кстати, познакомьтесь.

– Благодарю, это честь для меня, – отозвался Батюшкин.

– Значит, договорились…

– Нет, я имел в виду знакомство с госпожой Нарышкиной. – Батюшкин повернул голову к Полли. – Прошу прощения, что не могу поцеловать вашу руку. Вы можете либо подождать ещё пять минут, либо встать мне на спину и сократить это время до двух минут.

– Встать вам… на спину? – Полли захлопала глазами.

– Да, если вас не затруднит.

Полли посмотрела на меня. Я пожал плечами. Полли подошла к скамейке, скинула туфли и шагнула сначала на скамейку, потом – на спину Батюшкина. Тот не дрогнул, но к лицу прилила кровь. Не то от напряжения, не то от избытка чувств.

– Вам не тяжело? – спросила Полли, балансируя руками.

– О, не извольте беспокоиться! Вы уже там?

Я фыркнул. В галантности парню тоже не откажешь. Да, он со странностями. Ну а кто из нас без них?

– Возвращаясь к предмету нашей беседы, господин Барятинский, – сказал Батюшкин чуть более напряжённым голосом, чем в начале. – Я бы хотел узнать, какими критериями вы руководствовались в отборе. Те, кто уже состоит в команде – ваши давние друзья?

Вот теперь я, кажется, понял, почему он не согласился сразу. Долинский и Полли действительно мои давние друзья, и со стороны похоже, будто потому я их и взял. А этот парень хорош! Он хочет убедиться, что я собираю не просто толпу приятелей, а настоящую команду.

– Я пытался собрать людей, которые смогли бы действовать максимально эффективно в максимально широком диапазоне ситуаций, – сказал я. – Аполлинария Андреевна немного умеет целить, справится с царапинами и растяжениями. Господин Долинский в совершенстве владеет техникой Лассо. Моё личное оружие – цепь, я могу ею дотянуться довольно далеко, но всё‑таки это именно оружие. А при помощи Лассо Анатоль может быстро и безопасно доставать отдалённые предметы, либо вытащить кого‑то из нас из скверной ситуации.

– По‑настоящему скверной, – произнёс сквозь зубы Батюшкин. – Вам же известно, что Лассо не действует на человека, находящегося в сознании?

– Разумеется, – соврал я, глазом не моргнув.

– А господин Пущин? – продолжил допрос Батюшкин.

– Его Щит просто великолепен.

Тяжело выдохнув, Батюшкин согнул руки, и его корпус опустился.

– Прошу вас, Аполлинария Андреевна. Я закончил.

Я подал Полли руку, она ловко спрыгнула со спины Батюшкина прямо в свои туфельки. Батюшкин встал, расправил плечи и, хрустнув шейными позвонками, посмотрел на меня.

– И последний вопрос. Почему я?

– На вас, господин Батюшкин, я буду полагаться в ситуациях, когда магия окажется бессильной.

Он кивнул и протянул руку:

– Можете звать меня Андрей. По‑русски, если вас не затруднит; я не разделяю тягу соотечественников европеизировать имена. И предлагаю перейти на «ты».

– Костя, – сказал я, пожав ему руку. – Рискну предположить, что ответ – да?

Андрей коротко кивнул:

– Встретимся в восемь вечера на стартовой локации. А теперь прошу меня простить, я должен исполнить обещание.

Я молча смотрел, как Андрей целует руку зардевшейся Полли. Да уж, странный субъект. Скучно с ним точно не будет.

 

Глава 5. Дорогой мой враг

 

В восемь вечера перед зданием Академии, на просторной площадке, где был установлен флагшток и сверкали бронзовыми боками две старинные пушки, собрались все курсанты. Понаблюдать за Игрой явился каждый. Как я понял ещё во время общего собрания, на территории Академии присутствовал единственный человек, который впервые услышал об Игре сегодня – я. Для всех остальных это было волнующим и долгожданным событием.

Проталкиваясь к белому флагу (я старался не думать о том, что это не очень хорошая примета; здесь белый флаг означал расположение команды белых магов, только и всего), я слышал обрывки разговоров, из которых понял, что курсанты пятого курса могут выбрать кого‑то из сегодняшних участников для сборной команды. В сборную команду входят как белые, так и чёрные маги, и они представляют нашу Академию на соревнованиях между учебными заведениями. А уж победители этих соревнований будут состязаться с иностранными командами.

Складывалось впечатление, что предстоящая игра – это действительно громкое и масштабное событие. Причём не только в этих стенах, но и в жизни столицы. Я видел многочисленных представителей прессы с блокнотами и фотоаппаратами, вокруг то и дело мигали вспышки магния.