Князь Барятинский 4. Операция «Кронштадт»

– Пытался выяснить, что происходит в Чёрном Городе, – честно сказал я. – Ну, все эти таинственные болезни, знаешь…

Клавдия побледнела:

– То есть… Это из‑за меня?..

– Ну‑у‑у, пошло‑поехало, – поморщился я. – Взрослые люди всё делают ради себя – договорились? Если я что‑то сделал – значит, сам так решил. Значит, так надо было.

– Ты – даже не взрослый человек! – выпалила Клавдия.

– Вот это внезапно, – озадачился я.

– Ты… И я… Я сама не понимаю, что творю! – Из глаз Клавдии брызнули слёзы. – Давно хотела поговорить с тобой об этом, но… Это всё работа, этот постоянный стресс, я вечно сама не своя…

– Ну и со сколькими ты переспала за последний год?

От так жёстко поставленного вопроса Клавдия содрогнулась. Однако ответила – правда, опустив взгляд:

– Ты – единственный…

– Тогда и нечего валить на стресс. Давай, наконец, займемся делом. Бери у меня энергию.

Теперь мне пришлось приложить серьёзное усилие, чтобы её удержать.

– Костя, да ты и впрямь повредился в уме! – возмутилась Клавдия. – Я не могу сначала вылечить тебя, а потом у тебя же забрать энергию!

– Это медицинская этика?

– Н‑нет…

– Ну тогда не пори чушь. Да, физически меня потрепало, но энергетически я в полном порядке. Мои каналы ты только что видела. Бери, говорю! А то обижусь.

Последнее, как ни странно, сработало. Клавдия сдалась.

***

– Это неправильно, – сказала она.

Мы лежали вдвоём на узкой кушетке. Поместиться рядом могли только на боку, и я обнимал Клавдию сзади. Моя левая рука лежала на её животе, ощущая, как успокаивается дыхание.

Девушка, которая младше меня лет на пятнадцать, переживает из‑за того, что я моложе её на два года… Засмеялся бы, да лень.

– Я даже не понимаю, как ты ко мне относишься, – пожаловалась Клавдия.

– А как ты сама ко мне относишься?

– Это я ещё меньше понимаю…

– Ну так, может, и не надо в этом копаться? Нам хорошо вместе, на том и остановимся.

Судя по тихому счастливому вздоху, Клавдия со мной согласилась. Но долго наслаждаться обществом друг друга нам не дали. Кто‑то постучал в дверь, робко и деликатно.

– Да? – Клавдия резко приподнялась на локте. Я провёл пальцем по её спине, от самой шеи донизу, считая позвонки.

– Клавдия Тимофеевна, там какие‑то господа из полиции… – донеслось из‑за двери.

 

Глава 4. Господин Витман

 

– Господа из полиции? – опешила Клавдия.

Это явно был какой‑то оксюморон.

– Может, и не из полиции, но очень серьёзные, и они… они спрашивают господина Барятинского.

– Я почти закончила, скоро придём, – сказала Клавдия и начала одеваться.

Проделала это, как обычно, в мгновение ока – я едва успел потянуться за одеждой, а она уже стояла у кушетки в халате, застегнутом на все пуговицы.

– Теперь ещё и полиция, – пробормотала бледная Клавдия. – Господи боже мой, Костя, что происходит?

– Уверен, что ничего страшного, – отозвался я, натягивая пыльные штаны. – Было бы что серьёзное – они бы уже ворвались сюда.

Клавдия негодующе сдвинула брови.

– Я даже не представляю, что нужно сделать, чтобы какие‑то полицейские позволили себе ворваться в мою клинику!

– Я представляю, – вздохнул я. – Слушай, а у тебя халата лишнего не найдётся?

Клавдия посмотрела на мою куртку с разрезанным рукавом. Кивнула и выскользнула из смотровой сквозь дверь. Вернулась через минуту, протянула мне медицинский халат.

– Великолепно, – надев халат, сказал я. – Мы теперь считай что коллеги.

– Да мы уже давно коллеги, – вздохнула Клавдия.

– Ну тогда у меня есть просьба – помоги, как коллега коллеге. Можешь припрятать на время вот этих ребят? – Я показал на пару револьверов, лежащих на стуле.

Клавдия, которая час назад сама же их туда и положила, теперь будто впервые увидела. Охнула, побледнела ещё больше, но кивнула.

Двое «господ» ждали меня в кабинете Клавдии. И, как только мы с ней вошли – встали стеной перед нами. Наглухо застёгнутые шинели, непроницаемые лица.

– Чем обязан, уважаемые? – спросил я.

У них даже лица были похожими. Братья, что ли? Только у одного стрижка – короткая, а у другого волосы закрывали уши. Первый держал в руках каракулевую шапку с синим верхом, у второго руки были свободны. Он и сунул одну из них за пазуху.

– Медленно! – прикрикнул я, и в моей руке появилась светящаяся цепь. – Очень. Медленно.

Клавдия за моей спиной тихонько ахнула. Полицейские ощутимо напряглись, но видно было, что ребята не первый день жизнь нюхают. Тот, что с волосами подлиннее, медленно вытащил руку из‑за пазухи и показал мне сложенный лист бумаги. Так же демонстративно медленно его развернул. Я скользнул взглядом по строчкам.

Бла‑бла‑бла, тайная канцелярия, господин Володарский… Ох ты ж! Тайная канцелярия. Высоко же меня занесло.

– Принято. – Я отозвал цепь. – Чем обязан, господин Володарский?

– Начальство очень просит вас, ваше сиятельство, приехать побеседовать, – подал голос коротко стриженный. Поклонился. – Просим прощения за нарушение спокойствия, уважаемая Клавдия Тимофеевна. Разрешите представиться: моя фамилия Песков. Ашот Песков, к вашим услугам. А мой друг, как вы изволили заметить, Степан Володарский.

– А сам ваш друг– немой? – спросил я.

– Вы, ваше сиятельство, чрезвычайно проницательны, – поклонился Песков. – Последствия контузии‑с.

– Сочувствую, – кивнул я Володарскому. – К самому только слух вернулся.

Володарский едва заметно дёрнул уголком рта. То ли попытался улыбнуться, то ли дал понять, что, мол, не принимает сочувствий от кого попало.