Красный волк. Проклятый остров

– Привёл, Ваше Величество!

– Ну?

– Я бы советовал отправить его восвояси. Говер мне свидетель, это сильный Серый. Конечно, это опасно. Опасно, как ребёнку с огнём играть. Сила в нём нереальная… Но огонь может быть и полезен. Поэтому, Ваше Величество! Очень осторожно! Таких людей нельзя обижать, но и нельзя им давать собой управлять… Покойный батюшка ваш… Тоже прибегал к их помощи. Редко. Неохотно, и с дозволения Века. Да что там, один раз всего лишь, и то был крайне зол! Я даю своё дозволение. Он может быть полезен. Мне он почти не открылся и цель его мне не ясна.

Видно было, что Лиам не сильно верил в свои слова.

– Довольно! Я понял. Впусти.

Лиам открыл дверь, впуская странника, сам же поспешил выйти. Человек в плаще подошёл к столу.

– Ну, что же, теперь скажи мне своё имя и кто ты такой. Хватит тайн.

Морис через щель в ширме заметил, как серый посмотрел в его сторону. «Понял, что король не один, чувствует… Проходимец», – подумал Хранитель.

– Ваше Величество, – приятным голосом произнёс незнакомец. – Что Вы хотите услышать? Моё имя Вам ничего не скажет, а история моя очень долгая.

– И дерзости тебе не занимать. Я не привык повторять свои вопросы. И у меня достаточно времени. Садись, выпей, поешь. Расскажи свою длинную историю.

– Спасибо, но я постою, – ответил странник, но всё же подошёл ближе.

За ширмой Морис приподнял арбалет.

– Я долго шёл, из другой страны. Настало время. Но, когда пришёл на Ваши земли, я почувствовал себя как дома, которого у меня нет. – с придыханием говорил он.

– Лесть, – улыбнулся Льенар, – Тебе что‑то нужно от меня. Что?

В ответ тот загадочно улыбнулся:

– Позвольте мне остаться при Вас. Я смогу быть полезен, Вы не пожалеете.

– Чем же? Я не держу при себе бесполезных людей.

– Дайте мне свою руку, – проигнорировав вопрос, попросил странник.

Король недоверчиво протянул ему руку, незнакомец крепко сжал её и закрыл глаза. Через мгновение он заговорил:

– Несмотря на свою молодость, ты прошёл через многое. Умён. Талантливый правитель. Твоих родителей уже нет в живых, ты тоскуешь по матери, которую не видел и не помнишь. У тебя нет друзей, – он улыбнулся, кивнув на ширму, – кроме одного. Твоё сердце холодно, как лёд, ты никогда не любил. Ты скучаешь по своей собаке Харди, которую тебе подарил отец. Ты похоронил её у вяза возле конюшни. А вместе с ней положил в землю её любимую подстилку. Ты плохо спишь, часто видишь повторяющиеся сны. В этих снах тебя преследует красный волк. Когда умирал твой отец, ты дал ему кое‑что…

– Хватит! – крикнул Льенар, но не мог отнять свою руку. – Лиам сказал? Веко сказал? Кто ты такой? Ты просишь остаться при мне, а почему бы мне не отдать тебя под суд церкви? Чернокнижники горят, как хворост! Видел я твои книжечки‑баночки. – Льенар, будучи не в силах высвободить свою руку, сильнее сжал ладонь незнакомца, встав со стула.

– А колдуны ли горят? – хмыкнул гость.

– Не понимаю, о чём ты.

– Настоящие колдуны найдут способ скрыться от преследователей, даже не приложив усилий. А те, кто полыхает на кострах, просто измученные пытками невинные жертвы, которых обвиняют по причине своего невежества и скудоумия.