Красный волк. Проклятый остров
– Эта соль – единственное, что может противостоять волку. Она может даже убить его, если он её проглотит. Но ты понимаешь, такого не случится… – она хохотнула, – Вот, держи!
Севелина вытащила стройную руку из‑под плаща и положила на стол маленький бордовый кисет.
– Торопись! Он уже рядом.
Лиам схватил кисет и стремглав бросился на улицу. Добежав до угла улицы, он пронзительно свистнул. Через минуту к нему подбежал монах. Лиам вдавил в его грудь кисет.
– Немедленно! Быстрее стрелы! Скачи в Фортресс! Это соль! Отдашь Хранителю Большого Ключа! Добавлять в пищу королю. Всё! Бегом!
Монах, прижав кисет к груди, развернулся и скрылся за углом.
– М‑да… – протянул Лиам, усмехаясь в бороду, – М‑м‑да‑а…
Он неспешно вернулся в дом Севелины. Входя внутрь, он заметил, как над домом сгустились облака, превращаясь в синие тучи. На ощупь пробрался к очагу, снова сел на мешок и произнёс в темноту:
– Что же нам делать? Ждать конца? Неужели мы не будем бороться? Вот так сложим руки и будем ждать? Не верю, что ты сдаёшься…
Он замолчал на полуслове, вглядываясь в тлеющие угли. Тонкие алые прожилки жара, переливаясь, соединялись в два маленьких шара.
– Не бойся, Лиам, – услышал он голос Севелины, – Это начало нового пути для тебя. Для меня же всё кончено. Я обменяла свою вечную жизнь на семьсот лет на Земле. Сдаётся мне, я продешевила.
Маленькие алые шарики в очаге набирались силы. Пульсируя, они распухали, обретая вид хищных глаз.
– Ты видишь это? – Лиам указал на очаг. – Видишь? Сделай что‑нибудь! Ты же сильная Серая!
Веко вскочил с мешка, приложил к губам руки и принялся читать молитву:
– Отец наших отцов и всего живого под солнцем! Призываю к помощи твоей в святом деле церкви твоей! Не оставь нас без обороны твоей пред лицом врага твоего!..
– Кайлам си ариа лоэ! – подхватила Севелина, скинув с лица капюшон и показав сморщенное лицо древней старухи, – Ви эртом сай ри ом нейло! Ван! Варо! Раор!
Голоса их сливались в общей молитве, обращённой к свету и тьме, переплетаясь в безумную песню:
– … светом своим огради… Хейлурам рех зайвин… И прими… Ван! Варо! Раор!.. В царство своё… Армиро лоэ бериам тогх… Да не угаснет око твоё… Ван ыр! Варо ыр! Раор Кайлам! Кайлам! Кайлам!.. Свет ока твоего! Свет ока твоего! Свет ока твоего!.. Кайлам!.. Свет ока твоего!.. Кайлам!.. Свет ока твоего!
Лиам выхватил флягу и плеснул в очаг. Алые глаза будто зажмурились, на секунду исчезнув, но вновь появились, злобно щурясь. Под глазами начал проступать кровавый оскал острых зубов. Севелина, громко выкрикивая: «Кайлам! Кайлам!», бросила в очаг пучок трав. Очаг вспыхнул зелёным пламенем, и комната, на миг осветившись, наполнилась едким дымом. Лиам закашлялся и принялся поливать угли из фляги. Севелина подбрасывала всё новые пучки сушёных трав. Когда дым рассеялся, в очаге остались лишь остывшие угли.
Глава XII
Впервые со времён ледового рейда на малом совете не присутствовал Веко Ока. Генерал Большого Шлема, прославленный сэр Грегор, Хранитель Большого Ключа сэр Морис и сам король Фортресса и Эсбора заняли свои места за столом.
– Что ж… – начал Морис, – если Ваше Величество позволит, я начну.
– Прошу, – Льенар одобрительно повёл рукой.
– Акт об унии Фортресса и Эсбора признан всеми графствами Эсбора за исключением графства Эллиот. Александр Роттен, граф Эллиот, провозгласил себя королём, – Морис скорчил ухмылку, – И отказывается признавать власть короля Фортресса и Эсбора.
– Я предлагал решение этого вопроса, – вступил генерал Грегор, – Простое, эффективное, и самое главное – быстрое!
– Генерал! – король умиротворяюще поднял руку, – хватит крови! И… Мы же не хотим, чтобы Александра Эллиотского воспевали в песнях как борца за свободу? Продолжай, Морис.
– Благодарю! Несогласные с Вашим правом на трон, Ваше Величество, собираются под его крылом. Мы знаем, что поначалу политическое несогласие одного графства преобразуется в движение за освобождение всего Эсбора. К замку Шербор стекаются смутьяны со всего восточного побережья. Но, безусловно, идейный вдохновитель и глава этого движения – Александр Роттен.
– Какова численность этих смутьянов? – спросил король.
– Постоянно проживающих при замке и в лагере, организованном в прилегающем лесу, не более трёх сотен.
– Это сброд! – Грегор поморщился. – Что они могут?!
– Компания и вправду разношёрстная, – согласился Морис, – Тут и недовольные дворяне, и мещане с крестьянами, разорённые войной. Больше всего желающих личной мести. Резня, устроенная наёмниками Глотчера, не прошла даром. Генерал прав, военной угрозы они не представляют. С этой точки зрения нас может беспокоить лишь отряд в полсотни человек – личная маленькая армия Александра. Но он не сумасшедший. Этот старик не собирается противостоять двум королевствам на поле боя. Он делает ставку на народное недовольство. Около десятка священников эсборской церкви Говера объявили схизму и не признают патриархата Века Ока. Ими основана Вселенская Говерианская Церковь, набирающая силу по всей территории Эсбора. Последователи отправляются с миссиями даже на территорию Фортресса. Каждая служба, проводимая ими, заканчивается проповедью с призывами к сопротивлению и неповиновению и восхвалениями Александра как единственного наместника Говера на земле. Пестуется идея независимости Эллиота с последующим присоединением прочих графств Эсбора…
– Спасибо, Хранитель, – прервал его Льенар, – В общих чертах картина мне лично ясна. Какие будут предложения?
– Позвольте начать мне? – Генерал Грегор поднялся с места, – Я хоть среди вас старик… Ещё и без Века сегодня… Но, думаю, я решительнее настроен, и Лиам бы меня поддержал. Нельзя терять время! С каждым днём приспешников у Роттера становится больше. И каждый из них приводит ещё несколько… Как плесень, они расползаются по королевству. Нужно действовать жёстко и без промедления! И начать необходимо с гнезда смуты и еретичества – замка Шербор. И мы могли бы поручить это дело самим эсборцам. Среди них есть возвысившиеся после образования объединённого королевства и многим обязанные лично Вам, Ваше Величество! Думаю, они не упустят случая подняться ещё ближе к новому трону. Поручив это, к примеру, Князю Корнфилскому, вы убьёте сразу двух зайцев. Князь в стремлении выслужиться сделает всё в лучшем виде. Вы избавитесь от гнёзда ереси и приобретёте преданного слугу, если приблизите его к себе. Пусть к своим титулам присовокупит «граф Эллиотский». Уж он наведёт там порядок! А у нас и руки чисты!
– Давать ему столько власти не входило в мои планы! – король поморщился. – И всё равно будет понятно, кто стоит за ним…
