Майтрейя. Синтез проявленного и непроявленного

– Узнаешь позже.

Очертания кафе стали расплываться…

 

8. «Абсолют». Задание

 

Зазвонил мой будильник в телефоне. Я проснулась с ощущением чего‑то важного, что должна понять. Что‑то важное было во сне… Полежала минут пять, пытаясь вспомнить – не получилось. «Может, днем всплывет в памяти», – утешила я себя и пошла умываться.

Сегодня небо было затянуто облаками. Наверное, будет дождь. Что ж, мой город и так был избалован солнцем последние дни. Я удивилась внутренней собранности, которую почувствовала в себе: «Сначала умоюсь, приму душ, после на завтрак хочу приготовить себе салат, гренки с сыром и кофе. Артур заедет без четверти девять, у меня есть еще час – я все успею».

Когда Артур позвонил, я уже собралась и заканчивала макияж – подкрашивала губы. Я положила в одну из папок из художественной школы, что нашла в своем столе, листы с рекламой и свои вчерашние рисунки, чтобы взять с собой. Затем быстро надела куртку, туфли, вышла, закрыла квартиру и спустилась во двор. Вообще‑то новая работа тоже рядом, можно и пешком ходить, но в такую погоду я была рада возможности подъехать на машине.

Артур вышел ко мне навстречу, я непроизвольно бросилась к нему в объятия. За каких‑то пару дней он стал для меня очень близким, дорогим человеком.

– Доброе утро, соскучился по тебе, – Артур обнял и поцеловал меня.

– Я тоже, – я прижалась к нему и чувствовала, как стучит его сердце.

Время словно бы остановилось. Я закрыла глаза и растворилась в этой волне тепла и любви, которая окутала нас обоих. Из забытья меня вывел голос Артура:

– Поехали.

– Да, конечно.

На работе Ирина была уже за стойкой, дверь в мини‑кухню, где стояли кофеварка и чайник, была распахнута настежь, там находились Максим и еще двое ребят. Мы поздоровались с Ириной, и зашли в кабинет Артура.

Я положила свою папку на стол, затем сняла куртку, Артур повесил ее в шкаф.

– Ты обещала показать свои рисунки сегодня.

– Я их взяла, как обещала, можешь смотреть, – открыв папку, я протянула рисунки Артуру.

– Ничего себе, как ты похоже нас нарисовала! Ирину в очках я еще не видел – теперь точно себе такие купит… Ты подметила, как работают в паре Миронов с Егором. Обычно так и бывает, Егор держит в руках все необходимое, а Василий обмозговывает, что и где поставить, намечает нужную точку карандашом… А у Макса это любимая поза – сидеть на кресле в кабинете, держа руки за головой. Как ты догадалась, ты ведь его даже не видела таким? И я люблю с чашкой кофе по офису ходить…

Я ловила каждое слово Артура. Каждый раз, когда даю кому‑нибудь посмотреть свои работы, волнуюсь, конечно. А еще наблюдаю, как человек смотрит, что говорит, что отмечает…

– Мне важно бывает почувствовать человека, уловить его образ не только глазами, а еще сердцем, что ли. Если получилось, почувствовала – смогу нарисовать. Я не задумывалась, как именно нарисую каждого из вас, образы сами сложились… Интересно, что еще Ирина и другие скажут?

– С утра мы обычно все встречаемся в мини‑кухне. Все сотрудники подтягиваются туда, и за чашкой кофе или чая мы обмениваемся тем, как прошел вчерашний день, планируем сегодняшний. Пойдем к ребятам, и про рисунки твои расскажем, ты не против? – предложил Артур.

– Давай.

Мы пошли в мини‑кухню.

– Всем привет, – сказал Артур, когда мы зашли.

– Доброе утро, – улыбнулась я.

– Привет, привет, – отозвались ребята.

– Кофе, чай, присоединяйтесь, – Максим с наслаждением пил кофе из своей чашки.

Народу прибавилось, были все, кроме Василия с Егором – они еще работали за городом.

– Мы уже кое‑что обсудили с ребятами, в кабинете с тобой после переговорим. Расскажите, что у вас. Александра, осваиваешься?

– Она нас нарисовать успела, – сказал Артур за меня.

– Это что‑то новое на фирме. А посмотреть можно? – спросил Максим удивленно.

Я протянула ему рисунки.

– Вы только посмотрите на нашу Ирэн – с такими очками к ней вообще не подойти будет, – Максим передал рисунок Ирине.

Возле Ирины быстро сгрудились остальные, всем интересно было посмотреть.

– Ребята, хочу такие очки. Вот одену их, и будете вы у меня по струночке ходить, – пригрозила Ирина.

– Похожа очень, только строгая такая… – отозвались ребята.

– Ирочка, мы тебя любим. Ты можешь сколько угодно строгости на себя напустить, но мы‑то знаем, что ты добрая, – сказал Армен Георгиевич, самый старший на фирме. Я уже знала, что он занимается вопросами снабжения.

У Ирины ямочки на щеках заиграли, когда она, улыбнувшись, ответила Армену Георгиевичу:

– Вы‑то воробей стреляный, Армен Георгиевич, Вас не проведешь.

– Почему воробей, бери выше – орел, – Армен Георгиевич попытался изобразить из себя орла, выпячивая грудь вперед. Живот у него все равно остался больше, чем грудь, выглядело это очень забавно. Все засмеялись.

По рукам пошли остальные два рисунка.

– Хоть посмотрим, чем Василий с Егоркой занимаются, а то сколько уже их не видели, – ребята смотрели на рисунок в усадьбе. – Вот это хоромы за городом понастроили…

– Руководителей наших в точку поймала – они все время что‑нибудь новое выискивают. А Максим Витальевич и правда любит так сидеть – руки за головой.

– Да и я люблю с чашкой кофе в руках по офису ходить, – присоединился к разговору Артур.

– Что есть, то есть, – подтвердила Ирина. – Александра, а можно я дома покажу, как ты меня нарисовала?

Я вопросительно посмотрела на Артура и поняла, что решать мне.

– Конечно, Ирина, – ответила я.

– Сашенька, что мне сделать, чтобы ты и мой портрет нарисовала? – сразу сориентировался Армен Георгиевич.

– Специально ничего, Армен Георгиевич. Я за Вами понаблюдаю и за другими, кого еще не рисовала, и, если хотите, нарисую, – ответила я.

– Конечно, хотим, – отозвались ребята.