Метка смерти. Алтарь Хаоса

Экзаменационная неделя пролетела стремительно. Казалось бы, только сдавали некромантию, а уже с завтрашнего дня начинались отпускные дни. Собрав сумку, оглядел безликие покои, насмешливо подумав, что за пройденный курс даже толком здесь и не появлялись, все время проводя в румане жены.

Поставив сумку у двери, заглянул к Эферу, находя его стоящим у окна.

– Вижу, уже собрался, – дернул уголком рта, покосившись на небольшую сумку, стоящую на его кровати, и подошел ближе, вдыхая вечерний чуть прохладный воздух.

– Что там собирать, – буркнул побратим, упер ладони в подоконник. Немного помолчав, он признался: – Не хочу уезжать. Как‑то не по себе.

Хлопнул его по плечу.

– Все будет в порядке, друг. Говорю, вам понравится.

Эфер неоднозначно хмыкнул.

– Я, кстати, подумал…

В дверь румана постучали. Переглянувшись с напрягшимся побратимом, отправился открывать. На пороге обнаружился комендант Омас.

– Адепт Артерварг, в директорат. Мастер Виль сказал ― это срочно.

Удивленно поднял брови, не понимая, что могло такого вдруг понадобиться нашему кровавому дознавателю, чего он не мог сказать вечером.

– Хорошо, комендант, благодарю.

Омас кивнул и уже, было, собрался уйти, как его со сдерживаемым беспокойством окликнул темный:

– Комендант, вы знаете, в чем может быть дело?

– Нет, – буркнул Омас и молча ушел.

– Я с тобой, – хмуро бросил темный, на что я только кивнул.

Спустившись на улицу, Эфер тихо спросил:

– Ты хоть примерно представляешь, во что мог вляпаться?

– Я же сказал, понятия не имею. Скоро узнаем.

– Ладно, – не стал спорить друг.

Немного помолчав, он уточнил:

– А что ты хотел сказать?

В ответ махнул рукой, напряженно раздумывая о причинах, побудивших Греймхольда вызвать меня. Нутро подсказывало, здесь что‑то не так. Без веского основания в директорат звать он бы не стал.

В приемной нас ждали обманчиво спокойная супруга, нервный Виль и серьезный неби Росс.

– Заходите, – мотнул головой эми‑гард на дверь кабинета и, дождавшись, когда втроем пройдем внутрь, кинул Асилю:

– Нас не беспокоить.

– Конечно, директор.

– Филисан, Эфер, рада вас видеть, – шагнула к нам Хейдан, обнимая, и я с удовольствием прижал жену, поцеловав в висок. Темный не удержался и проказливо чмокнул в губы, за что получил два хмурых взгляда от нас и теплую улыбку в глазах от Хейдан.

– Филисан, – обратился ко мне Греймхольд, протягивая знакомый конверт с гербом рода и печатью правящей династии, от вида которого по спине скользнул холодок. – Это пришло некоторое время назад. Присядьте.

Все, кроме меня, выполнили команду. А я не стал мешкать, боясь, что что‑то случилось с сестрами или, упаси небо, с кем‑то из племянников, быстро распечатал письмо и, перечитав строчки несколько раз, сжал челюсти. Меня затопило одновременно облегчением и злостью на сестер.

Облечением, что ничего существенного не случилось, моя семья в полном здравии, да и что это я. Если бы действительно что‑то случилось, то никто посылать бы письмо не стал, а явились за мной сразу в академию. А разозлился потому, что императрицы, похоже, решили устроить свой экзамен.

– Что там, Лис? – нетерпеливо поинтересовался Эфер.

Молча передал письмо Греймхольду, который зачитал его вслух, после чего повисла напряженная пауза.

– Что‑то я не понял, а почему нельзя во дворец перейти порталом? Зачем нас отправляют проезжать по всей столице в карете? – тихо спросил темный.

– Видно, Их Величества решили устроить Филисану и нам всем проверку. Наше путешествие не останется без внимания народа, если станет общеизвестно о том, что в карете князь не один, а с женщиной и двумя мужчинами, поползут слухи по всему Ардертарту. Сами понимаете, какого характера. Могут быть недовольные. А могут попытаться и напасть.

– Мне плевать на слухи. Вы уже моя семья, – ровно напомнил им. – Если императрицы пожелали осуществить наше прибытие во дворец по всем традициям, то так тому и быть. В случае нападения, уверен, мы сможем себя обезопасить. И тем, кто об этом даже помыслить посмеет, не поздоровится.

В глазах родных вспыхнули огни силы, и мне даже стало жаль тех предполагаемых несчастных.

– Но, прежде чем мы явимся в главный дворец, я предлагаю все же посмотреть Артер‑холл, раз уж мы все равно там будем проездом. Что насчет нападения – не думаю, такие поездки сопровождаются эйгарами и тенями, никто не посмеет рискнуть своими жизнями.

– В таком случае, слухам точно быть, – усмехнулся Грейм. – Твое поместье в самом центре Стауна.

– И что? Мы связаны нерушимой связью, верно, моя луноликая?

– Верно, Надайри, – слабо улыбнулась Дан.

– Отлично, отправлю сестрам сообщение, что мы прибудем послезавтра.

– Мне кажется, так ты их еще больше разозлишь, – вздохнула жена.

– Им полезно понять, что не все крутится вокруг их желаний. Я их брат, а не мимо проходящий дракон.

– Как скажешь, Филисан. Предлагаю обсудить за ужином, – обвела нас взглядом Хейдан.

– Хорошая идея, – одобрил Грейм, первым поднялся из кресла и хитро улыбнулся, красноречиво покосившись на жену: – Притащу шкуру.

– Опять ты со своей шкурой, – закатил глаза темный.

– А что тебе не нравится? – деланно возмутился эми‑гард. – Помнится, в прошлый раз ты первый тащил нашу крылатую на нее и не роптал.

– Предвечная, ты когда‑нибудь бываешь серьезным? – пробормотал темный.

Греймхольд ласково улыбнулся, на дне его глаз затеплились алые искры, превращаясь в тлеющие угольки, и стало сразу понятно: по‑настоящему серьезным кровавого дознавателя лучше не знать никому.

– Греймхольд, – тихо позвала его супруга.

Демон опустил на нее взгляд, и опасное предупреждение испарилось.

– Что? Вы знаете, моей семье ничто не угрожает, особенно от меня.

– Напугал, – язвительно буркнул Эфер. – Все мы здесь не без сюрпризов.

Хейдан невинно улыбнулась и распахнула изнанку, уводя нас в наш руман.