Мозаика

Автор: Тьере Рауш

Возрастное ограничение: 18+

Текст обновлен: 06.09.2023

Аннотация

Узрите Нортгар, огромную страну со снежными просторами и суровыми законами правящего Дома Барбарой, где в темноте лесов снуют ползучие тени, где в полусвете блуждают хексы и ануиры, где со смертью можно договориться, где мертвецы живее всех живых!Узрите и отправляйтесь в путешествие, чтобы собрать все фрагменты Мозаики и распутать временные петли! Книга содержит нецензурную брань.

Мозаика

Тьере Рауш

Иллюстратор Александра Майер

ISBN 978‑5‑0060‑5262‑8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ДИКОВИННЫЕ ЗВЕРИ (НАСТОЯЩЕЕ)

Мой сосед – тот еще прохвост.

Я познакомился с ним, когда купил дом. Обычный, ничем не примечательный домишко на две спальни, с видом на куцую рощу, хотя в объявлении гордо значился лес. Крыльцо просело под тяжестью времени, двери рассохлись, что уж говорить о сантехнике и состоянии пола. Скрипучие доски жалобно взвизгивали каждый раз, когда по ним ступали. Дом продала пожилая супружеская пара, дети уговорили родителей избавиться от лачуги и перебраться в комфортные комнаты городских апартаментов. А я что? Мне бы наоборот скрыться в глуши. В моем воображении, конечно же, новый уклад жизни выглядел немного иначе. Впрочем, грех жаловаться. У меня уже имелся какой‑никакой, но дом в собственности, благодаря наследству, оставленному бабушкой.

Муторная учеба, где я регулярно получал по голове от преподавателей за не самые хорошие показатели на практике, осталась позади.

Получал за меланхоличную подачу материала, слишком беглую речь и нежелание заинтересовать вверенные мне классы. Мне самому такое поведение было предельно понятно, ведь французский не являлся основным предметом изучения. На третьем курсе меня поставили перед выбором: либо пойдешь изучать французский в дополнение к общему наречию, либо будешь постигать немецкий. Немецкого я сполна хлебнул в школьные годы, категорически не понимая, как, куда и зачем, почему так сложно, почему так больно, пусть и с детства нежно любил сказки братьев Гримм, а в музыкальном плейлисте насчитывалось несколько групп, чей репертуар я нередко прослушивал по кругу. Хвала богам, или же хвала моей учительнице, которая махнула рукой на безбожно заваленные проверочные и хромающее произношение. А взявшись за французский, я понял, что крупно вляпался, и назад дороги нет. Университетская преподавательница, впрочем, имела безграничный запас терпения, и, пусть находилась в состоянии перманентного ужаса, методично исправляла ошибки в речи, хотя не без удовольствия черкала красным каждую мою сданную работу. После выпуска я имел неосторожность отправиться на каторгу в офис, проклял все на свете и стал постигать прелести удаленной работы, очень быстро уволившись. Теперь работал я преимущественно из дома, изредка принимая студентов на съемной квартире, оставалось только подключить новое обиталище к высокоскоростному интернету. Правда, сейчас, купив собственное жилье, подумывал полностью уйти в онлайн, ибо в такую глушь никто в здравом уме не поехал бы, даже к хорошему грамматисту.

Первые дни пребывания в новой обители показались мне настоящим адом. Складывалось впечатление, что бывшие жильцы нисколько не заботились о своем жилище и съехали, оставив весь хлам и грязь в подарок новому владельцу. Сначала я вычищал кухню, управился за два дня. Потом пришел черед гостиной, следом занялся ванной комнатой, прихожей и винтовой лестницей. На спальни мужества не хватило, и я пока обосновался внизу, благо до холодильника ходить недалеко, если вдруг проголодаюсь среди ночи, да и шанс навернуться с шаткой лестницы сводился к нулю. К слову, о лестнице. Одна из приятельниц, Анна, неспешно потягивая ледяную маргариту в вечер новоселья, задумчиво разглядывала перила и ступени, а потом выдала:

– Ну и хрень. Красиво, конечно, но как ты шею еще не свернул?

Я пожал плечами:

– Все просто. Я наверх пока не перебрался, и там только коробки с хламом.

Анна хихикнула, подняла бокал, понимающе кивнула. Друзьям мое новое жилище понравилось, нашли они нечто эдакое в отшельническом существовании в доме на отшибе, и даже с восторгом ринулись исследовать рощу возле моей обители. Правда, вернулись быстро, потому было что темно и холодно, а колючий ветер пребольно щипал за щеки.

Каково же было моё удивление, когда я добрался до спален.

Поначалу я совершенно не обратил внимания на потайную лестницу, спрятанную в потолке одной из комнат. Чердак, на который она вела, оказался вполне вместительным, чтобы впихнуть туда кровать – и готово дополнительное место для гостей. Мне даже показалось, что на чердаке мило и уютно, поэтому первым делом я начал уборку там.

И нашел немало занятных вещей, таких как:

1) Кости мелких животных и останки птиц;

2) Стеклянные шары (по размеру не больше шариков для пинг‑понга, они еще издавали странный гул и мерцали в темноте);

3) Целую стопку ежедневников, как современных, так и довольно винтажных, исписанных пусть и ровным, аккуратным, но абсолютно непонятным почерком (что почему‑то напомнило мне о фильме «Семь» и тетрадках Джона Доу);

4) Достаточно много пар стоптанных ботинок, по которым можно отследить эволюцию моды мужской обуви от начала восемнадцатого века до наших дней;

5) Несколько коробок с засушенными цветами, выцветшими фотографиями, пожелтевшими письмами, марками и открытками;

6) Банки с задорно громыхающими в них старинными монетами.