Мозаика

Через некоторое время Дамиан припарковался перед мастерской, где его дожидался готовый подарок. Слуга подумал, что исходя из традиций человеческого мира, господину было бы приятно получить что‑то и от него, пусть Алан может и не подать виду.

– Зачем остановился? – Алан удивленно смотрел на здание мастерской с неброской вывеской.

– Пожалуйста, подождите меня немного. Нужно кое‑что забрать, – Дамиан отстегнул ремень, заглушил мотор. Алан хитро сощурился.

– Что забрать?

Дамиан вышел из машины, оставив вопрос без ответа.

В мастерской его встретила заплаканная Лайла, девушка, с которой он обсуждал детали заказа. Он помнил ее аккуратную прическу, с какой она предстала перед ним в прошлый раз. Сейчас же на голове творился беспорядок, как, вероятно, и внутри головы.

– Здравствуйте, – глухо произнесла Лайла, издав всхлип.

– Добрый день, – ласково сказал Дамиан. – мМне пришло сообщение, что заказ готов.

Лайла закивала, судорожно вздохнув. Она терла нос, запускала руки в волосы. Слуга старался улыбаться как можно добродушнее, но после визита в типографию он настраивался на худшее. Девушка куда‑то ушла, предложив ему присесть на кресло возле одного из столов напротив окна в ухоженный дворик. Через несколько минут Лайла принесла Дамиану черный бумажный пакет. Слуга достал из него темно‑синюю коробку с логотипом мастерской.

– О, вы учли мои пожелания, – он был приятно удивлен.

– Да, мы обычно пакуем в коричневые, – всхлипнула Лайла. Дамиан открыл коробку, развернул шуршащую бумагу того же глубокого синего оттенка.

– Знаю, потому и попросил избавить меня от кошмарного цвета.

Лайла ничего не ответила, лишь украдкой вытерла выступившие слезы рукавом. Она разглядывала Дамиана, пока тот был всецело занят ботинками.

– Что ж, вполне неплохо, – он завернул их, накрыл крышкой, полез в карман за кошельком – оплачена только половина стоимости. Приняв деньги, девушка сначала долго всматривалась в купюры.

– Все в порядке? – поинтересовался Дамиан. Лайла кивнула.

Получив сдачу и чек, слуга вышел из мастерской. На его удачу, Алан не смотрел в окно автомобиля, он был всецело поглощен чем‑то на экране планшета. Дамиан быстрым шагом дошел до багажника, куда и спрятал подарок. Едва он открыл дверь машины, как Алан, не поднимая глаз протянул:

– Я знаю, что ты приготовил для меня подарок.

Дамиан даже бровью не повел.

– С чего вы взяли?

Алан пододвинулся поближе к водительскому креслу.

– Кого угодно можешь обманывать, но меня тебе не провести, – глаза Алана горели, а сам он светился от радости. Дамиан повернулся к нему. По бесстрастному лицу сложно было понять прав ли Алан. Конечно, он прав, но нельзя портить сюрприз.

– Вас, как раз‑таки, обмануть совсем несложно, – Дамиан усмехнулся. – Вы думали, что мы весь день будем заниматься приготовлениями к празднику. Но вместо этого мы отправляемся в книжный, чтобы купить дополнительную литературу для ваших занятий по истории.

Алан сморщился.

– Да брось, что за ерунда! Зачем ты прицепился ко мне с учебой, неужели тебе самому вот это все не лень делать?

– Господин, вы забываете с кем разговариваете о лени, – Дамиан откинул волосы со лба. – В моей природе она просто не заложена.

– Круто, тогда ты идеален, – Алан нервно щелкнул пальцами. – Ты говорил, что я пренебрегаю твоим временем. Разве это не то же самое? Неужели вдалбливание информации, которая не очень‑то пригодится мне в будущем, учитывая мое физическое состояние, финансовые возможности и само желание на все забить, ты не расцениваешь как пустую трату наиболее ценного ресурса, даже для тебя?

Дамиан повернул ключ в замке зажигания.

– Хорошая попытка, но нет.

Алан ругнулся, бросив планшет на сиденье.

 

∞

Когда со всеми делами было покончено, когда книги по истории куплены и приглашения теперь лежали на письменном столе Дамиана, когда прошел поздний ужин и Алан отправился в свою комнату, чтобы помимо книжек для учебы раскидать по кровати новые выпуски комиксов, вытряхнуть из пакетов разные приятные мелочи, захваченные по пути на кассу в книжном, слуга убирал посуду на кухне. Стряхивая с тарелки крошки печенья, Дамиан вдруг вспомнил каким живым огнем загорелись глаза подростка при разговоре о спрятанном подарке. Внутри Дамиана поселилось странное ощущение. Он помотал головой, прогоняя мысли, что ему будет приятно вручать коробку с ботинками. Да, вероятно, Алан может расценить такой подарок как издевательство, но зная о его любви к красивой обуви, даже за неимением возможности в ней погулять, Дамиан склонялся к мысли, что подарок весьма и весьма понравится.

Слуга протер стол, выключил воду. Потушив свет на кухне и миновав спальню Алана, который увлеченно смотрел обучающее видео по рисованию акварелью (он уже несколько недель не мог избавиться от навязчивой идеи научиться ею рисовать), Дамиан направился в свою комнату. Мягко прикрыл дверь, включил настольную лампу. Взгляд скользнул по аккуратно сложенным приглашениям, по шуршащему пакету, в котором лежали его личные кисти и краски. Алан не умолкая болтал за завтраками про акварель, Дамиан и не удержался. Не все же время заниматься одной лишь уборкой.

Надо отдать должное Алану. Чем больше времени они проводили вместе, тем сильнее менялся Дамиан. Раньше он мог отпустить какую‑то колкость в сторону Алана и ничего не почувствовать, теперь размышлял не был ли он слишком груб. Стоя под обжигающе горячим душем, почти кипятком льющимся по телу, Дамиан прикрывал глаза, представляя что случится, если он последует за Олави и вернется туда.

 

∞

Хексы прибывали на кораблях, которые медленно заходили в гавань. Хексы сходили с кораблей, кланялись шпилям турмалиновых башен.

– Дувеса, – молвили прибывшие с благоговением, а их глаза вспыхивали желтым. Так называли полулегендарное островное государство, чьи турмалиновые башни пронзали вечно темно‑синие небеса. По небесам беспрестанно катились черные, золотые, серебряные и белые луны. Когда одна из них гасла и обрушивалась в море, то на ее месте появлялась новая. Та, что падала в море, использовалась жителями Дувесы для ювелирных изделий. Нередко в море падали и звезды. Найти звезду у хекс считалось признаком успеха во всех начинаниях, потому они бродили по побережью, в надежде отыскать звезды, которые хексы использовали для создания амулетов и зелий, верили, что станут удачливее. Говорили, что хексы променяли всю свою удачу, чтобы варить самые страшные яды.