Незримое

И вот, три месяца спустя, Верховный решил вновь заговорить с ним. Да не на обыденную светскую тему. Он поделился переживаниями по поводу поиска преемника. Это означало либо то, что маг начал доверять Василько. Либо, что он окончательно лишился рассудка.

Так или иначе, но, входя в свою комнату, Василько почувствовал себя окрыленным.

Теперь, когда Василько стал младшим помощником, ему выделили новую комнату в замке. Уже не на первом этаже, как у прочей прислуги, а на третьем, чтобы он мог быстрее приходить на зов мага или старших помощников. Впрочем, за три месяца сам Ведамир ни разу не просил Василько о чем бы то ни было.

Василько сел за стол напротив окна, приложил ладони к щекам и поднял взор к небу, откуда, как он верил, незримый Синеокий бог наблюдал за происходящим в мире магии, которому покровительствовал.

 

2

 

Яся жила в доме в центре Иксарда вместе с родителями.

Год назад она окончила Академию магии, но не торопилась приступать к осуществлению своего плана – уехать в пустыню, помогать жителям приспосабливать песчаную территорию для жизни. Она должна была это сделать в память о своем возлюбленном, Шади, родившемся в пустынном городе Шард. Несколько лет назад Шади трагически погиб, а Яся каждое мгновение отныне была обречена на страдания по тому, кто, как она верила, был ее настоящей родственной душой – человеком, предназначенным самой магией.

Основным занятием жителей пустыни – Пустынников – была добыча драгоценных адамантов особой красоты, которые можно было найти в Шарде – единственном городе в самом центре пустыни. Проблема в том, что ни один маг не хотел ехать в гиблые места, чтобы хоть как‑то попытаться облегчить мучения жителей. Возможно, это было из‑за демонов, обитающих в бескрайних песках. Или преданий о Великой битве, произошедшей 147 лет назад, и превратившей некогда цветущую равнину в бесконечные пески, от которых веяло безнадежностью.

Родители Яси были людьми, лишенными магических способностей, которых называли лимы. Срок их жизни был в два раза меньше, чем тот, что отводился Ясе и прочим магам. Поэтому Яся решила, что ее долг – остаться с родителями столько, сколько они проживут. А после их смерти отправиться в пустыню.

Яся помогала отцу работать в пекарне. Замешивала тесто для хлеба и булок, формировала, отправляла в печь и вынимала готовые изделия. Такая спокойная жизнь была для нее тем, что нужно после учебы в Академии.

Свободное время Яся проводила в королевской библиотеке, выискивая неизвестные ей заклинания среди страниц пожелтевших томов. Ведь каждый знал, что маг – больше библиотекарь, чем волшебник: пока изучишь все заклинания, и долгий жизненный срок подойдет к концу. Яся не торопилась, медленно и вдумчиво постигая сложнейшую науку в мире. Но все было знать невозможно, хоть к этому и стремились самые сведущие и отчаянные маги.

После изучения теории Яся чаще всего отрабатывала заклинания на Русалочьем озере за городом. Там, как правило, не было людей, только русалки. А с ними Яся ладила лучше многих представителей человеческого рода. Она мечтала овладеть заклинанием, которое позволило бы ей ненадолго самой превращаться в русалку, чтобы собственными глазами увидеть подводные города и обитателей, которые не могли дышать кислородом. Но это заклинание превращения было одним из немногих, что никак ей не покорялись. Зато каждая русалка могла ненадолго сменить хвост на ноги, чтобы провести какое‑то время на суше.

Сегодня Яся была не в настроении заниматься магией. Она расстелила покрывало и вместе с белокурой русалкой Альдоной, вышедшей на сушу, любовалась облаками.

– Под водой вообще не видно солнца? – Яся зажмурилась от яркого света и перевернулась на живот.

– Ближе к поверхности свет виден, – Альдона тоже перевернулась. – Но на той глубине, что живем мы, его нет вовсе. Ты думаешь, почему мы такие бледные? Я бы хотела загореть, но, кажется, русалкам это недоступно. Наоборот, приходится оберегать кожу защитными чарами. Солнце щиплет.

– Зато вы можете плавать под водой, словно парить в невесомости.

– Что такое невесомость?

– Говорят, если оторваться от земли и лететь бесконечно вверх, то в один момент ты просто зависнешь в воздухе – не сможешь упасть, словно утонуть в соленой воде.

– В соленой воде невозможно ни утонуть, ни жить, – передернулась Альдона. – А ты когда‑нибудь видела море?

Яся покачала головой.

– Иксард я покидала, лишь когда училась в горной Академии. Там все иначе. Мне казалось, что дышится в тех местах легче. Даже мыслится иначе. Наверное, горный воздух и правда творит чудеса. Но там только ледяные ручьи и начала рек. Солью и не пахнет.

– И хорошо. Нечего в этой солености делать.

– Невероятно, но мне кажется, что ты мило брюзжишь.

Альдона уткнулась носом в покрывало и пробормотала:

– Я в принципе милая. Знаешь, нашему народу хватает системы подземных водных тоннелей, по которым можно добраться до любого пресного водоема, не отделенного морем. Поэтому про ядовитые соленые воды и слышать не хочется.

– Как бы мне хотелось путешествовать по этим тоннелям, – Яся пожала плечами.

– Жаль, что твоя магия не в силах помочь тебе отрастить хвост. Мне всегда было удивительно, как в тебе сочетаются две противоположные мечты – уехать в пустыню и путешествовать под водой. К слову о магии, почему ты сегодня не отрабатываешь заклинания?

– Не смогла не поддаться желанию отдохнуть.

– Слышал бы тебя мой отец. Ему не нравится, когда кто‑то сидит без дела. Хорошо, что я нашла возможность сбегать сюда под предлогом изучения земной магии.

– Увы, сегодня из меня учитель не выйдет.

Альдона перевернулась на спину и почесала ноги.

– Пора назад? – нахмурилась Яся.

– Да, нужно возвращать хвост. Кожа свербит. Все‑таки эта магия преобразования самая нестабильная.

– А я люблю ее. Хоть и искусство превращений давалось мне при обучении не особо легко.

– Тем не менее, сделать так ты не в силах, – Альдона встала на ноги и, разбежавшись, прыгнула в озеро, на ходу превращая ноги в русалочий хвост удивительной красоты.

Яся, как обычно, залюбовалась на волшебство, недоступное ей. Хвост сиял на солнце, словно был усыпан бриллиантами – но это была лишь иллюзия, созданная блеском чешуи. Альдона скрылась под водой и вынырнула через пару секунд.

– Не хочешь поплавать? Вода чудесная.

– Это‑то я могу, – улыбнулась Яся.