Новая жизнь Вечного стража. Том 1

Девушка кивнула в область паха, и я заметил характерный холм под одеялом, который частенько вырастает по утрам.

– Это ты так рад меня видеть, или просто желаешь доброго утра?

– И то и другое, Лиза. Прости, а где остальная часть моей одежды? И что, уже утро?

– Так, давай я на все вопросы буду отвечать по порядку. Подобие одежды, которое теперь больше похоже на покрытые запекшейся кровью лохмотья, я свалила вон в ту кучу. Хотела выбросить, но решила пока не трогать. Вдруг эти тряпки тебе дороги как память? И потом, незаметно выбросить мусор среди ночи не выйдет, а мне бы не хотелось, чтобы отец знал о твоем неожиданном визите. Да, при тебе была вот эта штуковина. Я думала выбросить, но решила, что она может тебе пригодиться.

– Дай сюда! – потянулся к флакону с эссенцией и встретился с любопытным взглядом девушки. Ей было явно интересно, что же такого представляет собой эта вещь. Флакон оказался невредим, а светящаяся там субстанция покрывала две трети флакона. Достаточно, чтобы поставить на ноги человека.

– Что это за штуковина? Одна из тех, за которыми охотятся одаренные на Закрытых территориях?

– Откуда такие выводы?

– Ну, ты внезапно являешься ко мне, весь в крови, серьезно ранен. В руках у тебя только эта вещь. Конечно, я могла решить, что ты ее выиграл в казино, или купил на аукционе, но ведь я тебя слишком хорошо знаю, и уверена, что ты не станешь посещать подобные места. Учитывая твой внезапный интерес к Запрещенным территориям и дружбу с Чаловым, могу предположить, что эта вещь оттуда.

– Отличная дедукция, – девушка действительно заслуживала похвалы.

Лиза села на край кровати, закусила губу и посмотрела на меня с интересом.

– Кирилл, а таким ты мне нравишься больше.

– Каким?

–Ну, уверенным в себе, хладнокровным, но в то же время галантным и обходительным. А еще, ты получил раны и пришел за помощью ко мне. Это так романтично!

– Это… Хорошо?

Отбросил одеяло в сторону и с облегчением заметил, что хотя бы штаны на месте. Выходит, девушка сняла только футболку и куртку, чтобы добраться до раны. Логично, учитывая, что они были залиты кровью, и вымазывать постельное совсем не обязательно.

– Все зависит от того, чего ты хочешь.

– Лиза… Ты замечательная девушка и моя спасительница. Я благодарен тебе за помощь, но сейчас мне нужно бежать. Возможно, эта вещь – именно то, что нужно для спасения моего брата.

– Ты всерьез решил помочь Глебу? Ты ведь понимаешь, что отец гнобил тебя из‑за него?

– Да, но с братом у нас всегда были хорошие отношения, и неприязнь отца никак не влияла на нашу дружбу. И потом, он ведь мой брат!

– Конечно, беги, раз у тебя дела, – девушка тут же поникла и поднялась с кровати, но потом резко повернулась ко мне. – Кирилл, а кто такая Настя? Это из‑за нее ты так холоден ко мне?

– Настя? Ну, вот так сразу могу вспомнить только Малову, наверно. А почему ты спросила?

– Ночью, когда ты был ранен, а я снимала с тебя окровавленную одежду, ты несколько раз назвал ее имя.

– Эм… Наверно, потому, что на Запрещенной территории мы были с ней, Чаловым и остальными. Я обязательно тебе расскажу о ней, но не сейчас. Прости, мне пора бежать.

Решил, что обуюсь позже, поэтому просто поднял ботинки, помахал рукой Лизе и вылез через балкон. Двигаться было невероятно больно, поэтому просто позволил себе упасть и мгновенно переместиться поближе к земле. Да, получилось некрасиво, но могло быть и хуже.

Другой вопрос – что делать дальше? Ехать в «Лагуну»? Вряд ли это хорошая идея. В таком виде меня вряд ли туда пропустят, да и у Чаловых могут возникнуть вопросы. И все‑таки решил пройтись в сторону клуба банально, чтобы забрать Жёлудя, но его там не оказалось.

Ладно, доберусь домой пешком. Конечно, за ночь накопилось немного энергии, и можно было бы переместиться поближе к дому, но головой понимал, что лучше иметь немного силы про запас и не тратить ее попусту.

По дороге на меня оглядывались, но не решались подойти. Даже пара машин немного притормозила, но потом снова набрала скорость. Никто не хочет поинтересоваться у парня в изодранной и перепачканной кровью одежде нужна ли ему помощь. И вот этот мир я собираюсь спасать?

Хорошо, хоть домой впустили без вопросов. Тут охрана успела выслужиться по полной.

– Где Коля?

– Тимурыч уволил его пару часов назад. Они с шефом и двумя десятками ребят ездили в «Лагуну» и устроили там погром, вас искали. Ну а Жёлудь провинился, еще и попал под горячую руку.

Да, нехорошо получилось с Колей, да и с Чаловыми теперь придется объясниться. Хотя, если Малова не наплела с три короба, а рассказала все как есть, они мне еще должны за спасение Никиты.

– Ясно. Отец у себя?

– У себя! – прозвучал холодный голос Арканова‑старшего, в котором звучали металлические нотки. – Зайди в кабинет, мне нужно с тобой серьезно поговорить.

– Сейчас, сначала переоденусь и приму душ…

– Немедленно!

Поборол ком страха, который образовался внутри из‑за эмоций Кирилла. Как же он запугал собственного сына, что тот едва дышит от страха, когда отец разговаривает с ним таким тоном! Пожал плечами и направился к лестнице, ведущей к кабинету отца. Ладно, раз ты хочешь разговора, ты его получишь.

 

Глава 6. Завертелось

 

– О чем ты думал? – тут же обрушился на меня отец, едва дверь закрылась за нами. – Ты сейчас наследник «номер один», и должен думать о собственной безопасности, а не бродить по помойкам и собирать всякий мусор у оборванцев.

– Жёлудь прокололся на счет блошиного рынка?

– Дурак твой Жёлудь! К счастью, у меня есть более толковые люди, которые способны выполнять элементарные задачи. Но вот ты… Посмотри на себя! Выглядишь, как оборванец. Только и делаешь, что позоришь честь Аркановых! Ты – просто пятно на нашем роду.

– Кто бы говорил! Благодаря тебе Аркановых ненавидит едва ли не каждый второй в Москве. И не тебе говорить о роде, отец! Думаешь, я не вижу, что ты показательно игнорируешь семейные завтраки, опаздываешь на ужины и проводишь почти все время вне дома? Да что там, даже ночуешь у других женщин и не пытаешься этого скрывать. Думаешь, мы не видим слезы матери, которую ты наградил ролью ненужной мебели?

– Что ты сказал? – Виктор подскочил с кресла и крепко сжал столешницу, из‑за чего она пронзительно заскрипела.