Отряд Алой лилии

– Да здравствует его величество Хизока! – крикнул Мибу и народ подхватил его восклицание.

– Да здравствует Хизока, – негромко проговорил Рюу. Вздохнув, Юичи побежал в сторону аптеки, туда, куда ушли отец и Тадеши с Шиори на руках. Поняв, что на дороге он был не один, лекарь посильнее натянул капюшон и скрылся за деревьями, чтобы увидеть, как в аптеку, запыхавшись, спешил Кента, который, по всей видимости, тоже наблюдал за поединком и дожидался, чем всё закончится. Юичи осторожно пошёл за ним, и, лишь убедившись, что отца оставили наедине с раненым, пробрался в комнату.

– Я прогнал их, мотивируя это тем, что я отец и справлюсь сам, – проговорил Айдо. – Но я надеялся, что ты придёшь. Здравствуй, Юи.

– Здравствуй, папа, – сдерживая слёзы, ответил он.

– Возьми себя в руки.

– Я уже взял. Просто было тяжело дышать из‑за удара меча. Ты не переживай, я уже могу тебе ассистировать.

– Отлично.

– Где мама?

– В Нагаи. Не отвлекай меня.

 

Тадеши очень хотел помочь, но не осмелился спорить с отцом братьев, которого он знал и уважал с детства. Теперь же он сидел прямо на полу аптеки и судорожно теребил в руках первый попавшийся ему мешочек с какими‑то травами.

– Какого он так поступил? – недоумевал Кента. – Зачем он влез? Чего добивался?

– Вы это у меня спрашиваете? – отозвался Тадеши.

– Нет, – вздохнул аптекарь. – Понимаю, что вы тут не причём и вообще не в курсе происходящего. Но спасибо вам за помощь.

– Мы вроде как были знакомы. Он мне лекарства готовил, мы даже общались. Он… хороший парень… наверное.

– Вы были за Дракона?

– Я был ни за кого. За справедливость.

– Считаете, она восторжествовала?

– А что там было дальше? Я же ушёл.

– Хизока объявил Рюу принцем.

– Прям принцем?

– Ну, этот Рюу, как я понял, и, правда, сын его величества Мураты. Значит, он принц. Только незаконнорожденный.

– И что он? Согласился?

– Хизока не оставил ему выбора.

– Это как?

– А вы сами подумайте. На глазах у всей толпы его воин остановил поединок между ним и человеком Хизоки. Да как остановил! Возможно, Шиори отдал свою жизнь за это.

– Не говорите так!

– Я тоже не хочу, чтобы Шиори погиб. Он мне… я им дорожу. После его поступка Рюу должен был признать поражение. И выбор у него невелик. Уйти и сделаться изгоем, либо принять предложение Хизоки. Да, ему пришлось признать в нём законного правителя, но взамен он получает жизнь во дворце и отличный шанс поквитаться за поражение.

– Думаете, Рюу ещё восстанет?

– Всё может быть.

– А вам никакая помощь не нужна? – вдруг вскочив, спросил Тадеши. – Не могу без дела сидеть.

– Вы ведь не разбираетесь в лекарствах?

– Нет. То есть… не знаю.

– Я бы предложил вам помочь мне с уборкой, но, боюсь, вам не следует работать с пылью.

– Почему?

– Вы прекрасно знаете, почему. Я помню ваш диагноз. Мне не нужен здесь ещё один умирающий.

Тадеши едва не вспылил, но взял себя в руки и проговорил:

– Может, воды вам принести?

– Принеси, – кивнул Кента.

Тануки быстро сбегал к колодцу и притащил в аптеку два ведра воды, а затем снова вышел на улицу. Небо было серым и тяжёлым, словно вот‑вот начнётся дождь. Тадеши попытался вспомнить вторую часть поединка, когда Шиори подменил брата. Неужели действительно было видно, что он поддался? Сам Тануки не увидел ровным счётом ничего, но он и не был мастером кэндзю и уж, тем более, мастером скрытности. Он был отличным бойцом, как он сам считал. Он был меток, ловок и силён. Вот только сейчас всё это было никому не нужно. Помочь своим лучшим друзьям Тадеши был не в состоянии. Он подошёл к окну комнаты, в которой Айдо оперировал своего родного сына, и заглянул внутрь. Юичи был там и помогал отцу. Тануки представления не имел, каким мужеством и хладнокровием должны были обладать эти двое. Ни по Айдо, ни по Юичи этого никогда нельзя было сказать. Отец близнецов всегда был улыбчивым и очень вежливым. Он почти никогда не спорил и часто отшучивался, когда речь заходила о чём‑то серьёзном. Но Тадеши видел, как в его глазах прятался страх за сыновей, которым приходилось всю свою жизнь скрываться и обманывать. Тануки знал, как тяжело Айдо было принять выбор сыновей, которые пошли служить Хизоке, но сам Айдо при этом ни слова не сказал против, а лишь поддержал детей вместе с Юки.

Когда операция была закончена, Айдо и Юичи устало легли на татами рядом друг с другом. Тадеши зашёл к ним и тихо спросил:

– Как он?

– Должен выжить, – ответил Айдо.

– Как вы оказались на поединке?

– Новость о нём разнеслась по всей стране. Думаешь, я не понял, что происходит? Я был уверен, что понадобится моя помощь, хотя и очень надеялся на обратное. Но с другой стороны, чего я ожидал? Мои дети выбрали тот же путь, что и… – он замолчал.

– Что и Ичиру? – закончил Тадеши. – Их дядя по матери?

– Да, – немного помедлив, кивнул Айдо. – Он ведь стал изгоем в собственном клане, чтобы стать своим в чужом и добыть священную статуэтку оками.

– Ты не это хотел сказать, папа, – тихо произнёс Юичи.

– Ты понял, что я хотел сказать.

– А я не очень, – пробормотал Тадеши.

– Думаю, Юи с Шио всё тебе расскажут, когда придёт время. Сейчас я слишком устал.

– Тедди, кому‑то из нас надо сходить в Алую лилию и доложить о состоянии Шио. Ну, и узнать, есть ли указания насчёт дальнейших действий.

– Намекаешь, что это должен сделать я?

– Мне сейчас нежелательно расхаживать по улицам в дневное время, даже в капюшоне. Я же раненый лежу.