Параллельный отпуск. Книга вторая
Через три дня после моей содержательной беседы с Николай Николаевичем, проболтавшись все утро с моим добрым приятелем Блохастым по территории базы, я решил проведать Татьяну, чтобы узнать последние сплетни из жизни местной богемы.
Таня, как обычно, суетилась возле своей установки, проверяя ее функциональные возможности. И это было понятно. Уникальность ценной аппаратуры состояла не только в том, что у нее не было аналогов во всем мире, она еще вдобавок была сконструирована в единственном экземпляре. Поэтому изобретение нужно было беречь как зеницу ока. Вдруг завтра труба позовет в бой с мировым империализмом?
Каково же было мое приятное удивление, когда Татьяна сообщила, что с сегодняшнего дня с меня снят карантин, а в месте с ним и все ограничения на передвижение! В доказательство своих слов она торжественно вручила мне небольшое устройство, напоминающее мобильный телефон, но без экрана и обычных кнопок. На серой пластмассовой поверхности этого устройства было всего две кнопочки – красная и зеленая.
– Вот, держи. Это телефон… Необычный, – Татьяна приступила к инструктажу. – Ты с него позвонить никому не сможешь, звонить можно только тебе. Если запиликает, то нажимай зеленую кнопку и говори. А красная… Нажимай ее, когда захочешь связаться с кем‑нибудь. Наш оператор соединит.
Тебе перезвонят. Понятно?
– Понятно. Слышал про такие шпионские штучки. У оператора, как я подозреваю, есть список тех, с кем можно общаться?
– Типа того. Это закрытая линия, звонок невозможно отследить, а тем более – подслушать разговор. Связь кодирована.
– А я слышал, что все это туфта. И нормальная разведка, типа «Моссад», легко слушает и WhatsApp, и даже Telegram.
– Отстань! Не знаю таких тонкостей. Но мир не совершенен, это точно. Вот, распишись, что все понял и средство связи получил.
– Значит, я теперь могу гулять не только по территории этого богоугодного дома отдыха? – уточнил я у девушки, одновременно расписываясь в тоненьком журнальчике напротив моей новой фамилии.
– Да. Можно еще и в нашем хвойном лесу, сразу за забором. Тем более, говорят, что грибы уже пошли… Шучу, – смеясь, подколола меня Татьяна. – С сопровождающим можешь выходить за пределы базы, но не дальше Садового кольца.
– С сопровождающим? Что за фигня, – настроение стало немного портиться.
– Не переживай. Этому спутнику ты будешь рад… Поверь мне.
Секретное совещание
Закончив все формальности и раскланявшись с Татьяной, я прямиком направился к помещению охранников нашей «Плодоовощной базы», обдумывая на ходу мои дальнейшие путешествия после добровольно‑принудительного заключения.
Широко зевнув во все тридцать два зуба, старший смены подтвердил мои притязания на свободу перемещения вплоть до Садового кольца, но с маленьким уточнением – возвращаться не позднее 19 часов.
– Почему так рано? Чтоб передачу с Хрюшей и Степашкой не пропустить?
– Указание начальства, – на все мои возражения шаблонно ответил здоровенный парень, одетый в военную форму цвета хаки, с бейджиком на груди. – Наше дело маленькое. Что‑то не устраивает – иди сам договаривайся… Но его сейчас нет. Может, и не будет сегодня.
Вступить в дальнейшие пререкание с законной властью мне помешал писк моего нового телефона. Вначале я даже не понял, что это за звук, и начал лихорадочно искать глазами источник этого писка в помещении охраны, но бдительный страж учтиво сориентировал меня на карман моих джинсов.
Почему‑то у меня не было ни малейшего сомнения, от кого исходит звонок. И я не ошибся. Договорились встретиться через два часа возле центрального здания главного корпуса университета, по адресу Мясницкая 20.
– Да. Еще… Документы захвати все с собой, – в конце разговора Света дала мне ценное указание. – Будешь знакомиться с новым местом твоей учебы.
Добрался до университета раньше времени и достаточно быстро. Чем слоняться по территории базы, пиная несуществующую консервную банку, лучше лишний раз поглазеть на Москву.
Быстро уладив все бюрократические процедуры в деканате университета, мы отправились реализовывать нашу культурную программу. А точнее сказать, искать недорогое, но приличное кафе. Потом долго гуляли в парке, нежно взявшись за руки, как маленькие дети, и гадая по пути на попавшейся случайно под ноги ромашке; кормили почти с рук белых, верных друг другу до конца жизни, лебедей, величаво поглядывающих на нас; бросали, звонко смеясь, серебряные монетки в фонтан и загадывали желания, причем держа их в обязательном секрете; рассматривали свежий репертуар на афишах у попавшегося на пути не большого театра, обсуждая, а не сходить ли нам на какой‑нибудь спектакль. Но строгое указание начальства – быть на базе не позднее 19 часов – ставило крест на многих наших беспечных планах.
Так прошла солнечная счастливая неделя, которая показалась мне намного более важной, чем вся моя прежняя невразумительная и неопределенная жизнь. Только рассветало, как я, надев на ходу джинсы с неотглаженной, недавно выстиранной футболкой, хлебнув по пути холодного чая с засохшим вчерашним хлебом и таким же скрюченным куском сыра из нашего буфета, отправлялся гулять по стремительно просыпающей столице, в ожидании времени долгожданной встречи, назначенной накануне. Все негативные мысли вылетели из головы… Воспоминания о моих переживаниях в Египте начали потихоньку стираться и угасать, как будто и не со мной все это происходило. Да ведь и на самом деле, если не вникать в подробности, это и вправду была только иллюзия. Пшик… А сейчас – вот она, как есть, прекрасная действительность. Рядом красивая девушка. Вся жизнь впереди. О чем же еще можно мечтать?
Звонок на мой серенький, невзрачный, ущербный мобильник прозвучал неожиданно и в самый неподходящий момент. Дело в том, что мы со Светой решили в очередной раз сходить в кино, купив предварительно места для поцелуев, то есть на последнем ряду, и уже с интересом начали погружаться в лихо закрученный сюжет голливудского фильма. Причем главным достоинством этого фильма являлась длительность показа.
Я с глубоким вздохом разочарования нажал кнопку ответа. Звонил Николай Николаевич. Он сообщил, что ждет меня сегодня в семь вечера у себя в кабинете. Вот это поворот…
Добрался я до нашей базы без опоздания, но в крайнем волнение. Все‑таки нечасто мой начальник дергает меня на ковер. По пути к кабинету шефа встретил Татьяну, спешившую в том же направлении, что и я. На мой вопрос, что случилось и что за спешка, она лишь недоуменно пожала плечами.
В кабинете, кроме нашего начальника, находился Сергей Тарасов. Судя по их сосредоточенным физиономиям, они уже приступили к обсуждению насущной проблемы.
– Ну, вот и вы… Заждались. Присаживайтесь, – Николай Николаевич указал рукой на обшарпанные стулья, стоящие возле окна. – До вашего прихода мы с Сергеем обсуждали его, так сказать… Командировку в параллельный мир. Неожиданно возникли трудности. Сергей Сергеевич, объясни, пожалуйста, коллегам.
