Перепутье: Начало после конца

В стенах этой темницы было не так прохладно, как в соборе, но гораздо лучше, чем под палящим солнцем. Больше суток его не поили и не кормили, привязав посреди площади к столбу. Чего только не придумывали изверги, чтобы сломить его дух, но он был не просто человеком. Он оставался Маркусом Безруким – великим лидером Каперов, которому суждено было стать самым могущественным правителем выживших после дня Обнуления. Об обряде инициации в члены корпуса Познавших он старался не думать. Он знал, что противиться обряду было невозможно, но в глубине души чувствовал уверенность в лучшем будущем. Маркус дополз до чаши с мутной жидкостью и жадно опустошил ее.

 

Обряд инициации ордена Истины был ничем иным, как спектаклем, построенным вокруг зомбирования людей с помощью психотропных препаратов. Так орден добавлял в свои ряды тех, кто был ему нужен, но отказывался разделить верования в богиню добровольно. Орден представлял собой крупную и властную организацию с центром в таинственном городе – Новом Вавилоне. Проповеди ее лидера, святого Марка Стефания, каждый день звучали по каналам связи, легко вселяя веру в поникшие разумы выживших. Стефаний обещал всем и каждому мир, еду и кров, спасение души и, конечно, защиту богини Истины – Веритас. Из‑за этих эфиров десятки тысяч людей, полных надежд, устремлялись в Новый Вавилон.

Во время пути часть путников умирала от недостатка припасов, часть погибала в сражениях с местной фауной и погодными условиями, другие же натыкались на Изгоев, отряды бандитов или попадали под влияние последователей более мелких организаций и групп. И все это случалось до главного испытания – бескрайней пустыни, что распласталась на месте когда‑то богатого водой – Средиземного моря. Тех, кто все же смог дойти до нее и уцелеть, ожидало увлекательное путешествие сквозь сотни километров песчаных дюн, где последние нотки разума покидали своих хозяев. Мало кто достигал Вавилона, и никто оттуда в своем уме не возвращался. Куда чаще конечной точкой пути становились ставки ордена, вырывающие полуживых людей из лап безжалостной пустыни. В одной из таких оказался Маркус. Новоприбывших первым делом отправляли на священную службу, что длилась долгих двенадцать часов. Молитвы и священные песнопения с помощью дурманящих трав вбивались колом в головы будущих последователей ордена. Многие во время службы не выдерживали и падали, но их раз за разом поднимали, приводили в чувство, заставляли слушать и принимать правила их будущей жизни.

Маркус пришел сюда, не следуя за проповедями. Он и его люди шли мстить. Каждый Капер знал, что за смерть своих есть только одна справедливая плата – смерть их убийц. А отряды ордена убили и угнали в рабство немало Каперов и дорогих им людей. К сожалению, пустыня оказалась сильнее любых врагов. Сначала закончились припасы, потом, без воды и еды начала издыхать сама жизнь в некогда великих воинах. Один за другим именитые бойцы Каперов падали без сил среди песков бескрайней пустыни – смерть из‑за глупости и, как итог – полный провал похода.

Когда их нашли отряды Ордена, Каперы смогли дать бой, но победы не достигли. Большая их часть полегла в песках, став пищей для насекомых и хищников, а остальных приволокли в ставку. На проповеди их не согнали. Прежде, нужно было сломать их дух, подготовить к принятию правил Ордена. Однако даже здесь управляющие ставкой просчитались. Ведь к ним в плен попали не заурядные выжившие, а Каперы – воины и самые свободолюбивые люди на планете. Все они предпочли смерть служению ложной богине. Остался только Маркус.

 

Безрукий лег на пол и закрыл глаза. За окном выл ветер. Мелкие песчинки врезались в стены тюрьмы. Скоро за ним должны были прийти. Там и решится все, там он умрет, как и его люди предпочтя смерть рабству. Он почти заснул, когда услышал одинокий вопль боли. Глаза открылись, слух обострился. В следующий миг взвыл горн Ордена. На лагерь кто‑то напал. За вакханалией выстрелов, криков и воплей, шуршанием песка и клокотанием, наводящим ужас, теперь почти не слышалось ветра. Маркус внимал каждый звук с волнением в сердце. Что там происходило за стеной, чем все это закончится, он не знал. Но уверенность в правильном пророчестве будущего для Франко и его приспешников усиливалась с каждой минутой. Кара настигла не его, а их.

Вскоре звуки борьбы затихли, отдав полноценную власть вою ветра. Маркус поднялся на ноги, напряг каждый мускул, попытавшись расслышать хоть что‑то, но снаружи был только он – ветер. Пленник разочарованно сполз по стене, снова усевшись на пол. Тишина не сулила ему ничего хорошего.

 

Он снова начал проваливаться в сон, когда за дверью послышались шаги. Кто‑то тяжело шел по коридору, то и дело, опираясь о стены. Замок заскрипел, дверь открылась. В проеме стоял офицер охраны Ордена, сильный и могучий воин. Он был тяжело ранен. Его правое колено, заключенное в экзоскелет, было пробито, а на месте левой руки мотался кровавый обрубок. С такими ранениями в пустыне не выживали. Будто не понимая этого, верный приказам офицер невозмутимо посмотрел на пленника и хрипло, произнес:

– Твое время пришло. Следуй за мной.

После этих слов он покачнулся и упал. Маркус не поверил удаче. Этот безмозглый идиот, верный правилам и приказам, пришел и открыл ему дверь, даже не подумав, что вот‑вот умрет? И это – элита войск Ордена? Безрукий испытывал немое ликование. Он готовился к борьбе за право быть убитым, а тут ему подарили свободу! Счастливое стечение обстоятельств, или же помощь того, кого он старался не упоминать – владельца его души и рук. Как бы то ни было, возможностью нужно было пользоваться.

 

Изыскав внутри себя последние оставшиеся силы, Маркус принялся обыскивать еще теплое тело офицера. Фляга на бедре, мешочек с травами, нож и респиратор – ни тебе лазгана, ни стимуляторов. Все самое важное этот Познавший растерял, но то, что было при нем, уже могло помочь в исполнении задуманного. Неприятным открытием стала находка куска хитинового панциря, застрявшего в спине убитого. Он принадлежал разведчику песчанников – проклятию пустыни – мутанту, взявшего лучшее от скорпиона и краба, и превосходящего по размерам своих соплеменников в добрую сотню раз. Разведчики песчанников были настоящими монстрами, убить которых было очень нелегко. И все же, если хотеть жить, то нужно было убить их всех. Иначе, уцелей хоть один из разведчиков, он приведет за собой остальной рой, а это были миллионы голодных ртов, готовых пожрать все съестное.

 

Закончив с обыском, Маркус выбежал на улицу. Яркий свет ослепил его. Прикрывая глаза рукой, стараясь быстрее привыкнуть, он осторожно продвигался вперед. Повсюду валялись останки разорванных тел. В воздухе витал запах свежей крови. У одного из трупов Маркус склонился, чтобы подобрать лазган. Разорванное на две части тело последователя Ордена начинало разбухать от действия яда, источая зловоние. Безрукий сдернул с шеи умершего платок с нарисованным на нем символом ордена и прикрыл им лицо. Вдыхать подобное таило в себе опасность ничуть не меньшую, чем подвергнуться действию яда. Пары, исходящие от него, могли одурманить, вызвать галлюцинации и даже убить.

Погибших в битве с песчанниками было много, а убитых ракообразных монстров в поле зрения не набралось и десятка. Видимо, членов Ордена застали врасплох. Выжил кто‑то или нет, Маркус проверять не стал. Из‑за храма донеслось клокотание, а это значило, что разведчики песчанников все еще были рядом. Нужно было уходить из этого места, не задерживаясь, благо, дорогу до ворот он знал.