Песнь войны

– Чего мы ждём? – спросил Игнат, зевая.

– Сира Аллена Гримвуда, – ответил лорд Раурлинг. – Сегодня его силы присоединились к войску. Думаю, самое время кое‑что обсудить.

Драм сидел рядом. С самого Энгатара он ехал в капюшоне и повязке, которые почти полностью скрывали его лицо. Когда в начале поездки лорд Раурлинг представил их с Игнатом сиру Глену Ашербаху, второму из командиров королевского войска, он не сказал, кем является Драм на самом деле. Из‑за этого, стоило эльфу попасться рыцарю на глаза, тот косился на него с неизменным подозрением.

Глен Ашербах, старший сын кастеляна Чёрного замка, был совершенно лысым человеком с гладко выбритым лицом и беспокойным взглядом. И сейчас он, не выдержав долгого ожидания, дремал, опёршись на стол.

Лорд Джеррод Раурлинг в нетерпении ходил из стороны в сторону. Он был немолодым, но ещё крепким мужчиной средних лет, а его коротко бритый в начале похода подбородок уже покрыла густая чёрная щетина. Когда он доходил до края шатра и резко разворачивался, на его спине волнами колыхался алый плащ с чёрным медведем, положившим на плечо копьё. На очередном развороте Игнат задумался, смог бы медведь в самом деле держать копьё таким образом, и в этот момент в шатёр вошёл человек с окладистой чёрной бородой и крупными рублеными чертами лица. Будь он в полтора раза ниже, его можно было бы запросто принять за гнома.

– Сир Аллен Гримвуд, – воскликнул лорд Раурлинг, отчего сир Глен вздрогнул и очнулся ото сна, – наконец‑то вы добрались! Итак, можем приступать. Драм, снимай капюшон.

Во всём королевском войске лишь Джерроду Раурлингу и Игнату было известно, кто такой Драм. Поэтому, когда он снял капюшон и открыл своё лицо, двое других командиров, увидевших тёмного эльфа впервые в жизни, тут же схватились за мечи. Даже после того, как лорд Раурлинг всё им объяснил, они всё равно глядели на Драма косо.

Командиры стали обсуждать численность войска, когда оно соединится в Лейдеране с силами Рорров, Гвилов и Кавигеров. Когда они заговорили о том, как лучше использовать магические силы Игната, он вдруг спросил:

– Не маловато ли с нами людей?

Три пары удивлённых глаз направились на него, но маг не унимался.

– Разве король не сумел собрать больше воинов?

– Сейчас не время отправлять в бой все силы, парень, – ответил басом сир Аллен Гримвуд. – Если его величество решит собрать все силы, знамёна с плащами будут куда как пестрее. Чёрные плащи людей Ротвальдов, белые накидки Брэннов, зелёная одёжка Арстенов…

– Зелёная? – усмехнулся Игнат. – Прямо как у эльфов.

– Свезло же тебе, что тебя не слышит лорд Арстен, – вздохнул сир Аллен. – Он эльфов на дух не переносит. Двое его старших сыновей с верными людьми как‑то вздумали поохотиться в Северной пуще, чуть глубже, чем заходили обычно. Нарвались на эльфийскую засаду. Их тела нашли спустя три дня: без глаз, носов и ушей, а всю кожу покрывали вырезанные ножом письмена… Даже охотничьих псов изувечили, сволочи остроухие!

– Да уж, – поёжился маг, – то ещё зрелище.

– Вот с тех самых пор Освальд Арстен люто ненавидит эльфов. У него остался последний младший сын, которого он бережёт как зеницу ока. И уж будь уверен, при первой же возможности он сам бы повёл в бой своих людей. Его лучники не знают промаха и поднаторели в убийстве остроухих, как никто в Энгате. Недаром замок Арстенов зовётся Равенморн. Знаешь, что это значит по‑эльфийски?

– Что‑то, про воронов? – предположил Игнат, пожав плечами.

Сир Аллен пригладил бороду и вдруг громко засмеялся.

– Скажешь тоже, вороны! Нет, это значит «погибший лес». Говорят, Арстены сами так замок назвать решили, в назидание. Это ведь кто‑то из их предков наречие эльфийское выучил… Я б не смог. Чуждое оно какое‑то, неприятное, словно змея шипит. Хотя у эльфов этих проклятых всё не по‑людски. Слыхал, у них даже бабы воюют. Вот бы такое увидать! Хотя, если они только из засад стреляют, то, наверное, и не увидим. Но если остроухие вздумают биться иначе…

– Лесной народ не станет сражаться иначе, – неожиданно заговорил Драм. – Их стезя – скрытность и неожиданность. Ловушки, засады, безумные воины, достигающие врага за один удар сердца.

– Да уж, – засмеялся лорд Раурлинг, похлопав по плечу сира Аллена, недовольного, что его перебили. – Дунгар рассказывал об этом. Но, думаю, наши воины голозадых эльфов не испугаются. Я привёл отличных стрелков из Гримхолда. Такие цели будут для них что тренировочные мишени.

– Увы, основной наш противник – не лесной народ, а силы Халантира, – продолжал Драм, но, увидев непонимание на лицах, добавил. – Позвольте объяснить. Что вы чувствуете, видя гоблина?

Лорд Раурлинг сказал: «мерзость»; сир Глен Ашербах процедил сквозь зубы: «отвращение»; а сир Аллен Гримвуд ответил – «смазку для меча», пожав плечами.

– То же самое думают воины халантирских эльфов о людях. Они упражняются годами. Меч и копьё для них – продолжение руки, а доспехи – вторая кожа. Эльфы быстры, сильны и, что самое главное, ничуть не боятся вас. Их нельзя недооценивать.

– Ох, повезло тебе, что говоришь это здесь, а не перед моими воинами, – усмехнулся сир Глен, – иначе я бы приказал отрезать тебе язык. Такие разговоры подрывают боевой дух похлеще мокрых сапог, и я их терпеть не намерен.

– Разумеется, – согласился Драм. – Но вам вряд ли известно, как именно воюет Халантир.

– Так расскажи нам, – предложил лорд Раурлинг. – Я тебя для того сюда и взял.

Сначала господа командиры относились к речам Драма с подозрением, но спустя всего несколько минут, все они с интересом ловили каждое слово, лишь изредка прерывая эльфа вопросами. Драм рассказал всё, что ему было известно: от эльфийского способа плетения кольчуги до тактик и построений, принятых в Халантире. Что‑то из этого он почерпнул из книг, а что‑то слышал от сородичей много лет назад, а потому честно предупредил заранее, что помнит всё не в точности.

– Лордам Энгаты в прошлом доводилось воевать с Халантиром, – заметил лорд Раурлинг, когда Драм закончил говорить, – правда, в дремучей древности, ещё до Эркенвальда. А ещё раньше люди огнём и мечом отвоевали себе место для жизни, очистив эти края от эльфов и их лесов. И пусть с той поры остались только легенды, но, судя по рассказанному нашим бледнокожим другом, мы не увидим ничего такого, что поразит наше воображение. Так что, несмотря на все их умения и сноровку, эльфов можно ранить, а значит и убить.

Лорд Раурлинг вздохнул и добавил, усмехнувшись:

– Война никогда не меняется.

 

Глава 4

Пару дней спустя войско добралось до Одерхолда, который угрюмо нависал над речным берегом, и показался Игнату мрачным нагромождением стен и башен. Здешний гарнизон давно покинул замок и отправился в Лейдеран, поэтому надолго задержаться королевской армии здесь не пришлось.