Пламя Феникса

Кейто отказывался называть правителей по именам, особенно вместе.

– Одних отправили восвояси, другие остались здесь, но жить в первые годы было непросто. Магия растеклась по землям Ремесиса ручьями, и ловили ее не только благочестивые жители. Понимаешь, сколько это навело шороху?

О да, теперь он прекрасно это понимал, пусть и имел дело исключительно с оборотной стороной ремесиса.

– Но если солидийцам вдруг не посчастливилось ступить на земли Феникса, вот там их ждала особо жестокая расправа. Фениксы не упустят шанса продемонстрировать свою силу и преподать урок другим.

– Так ты все‑таки из фениксов?

Циара коротко кивнула и искоса глянула на Кейто. У нее было интересное лицо: узкое, почти треугольное, с высокими скулами и раскосыми янтарными глазами.

– Ты бы видел, каким прекрасным стал Мартим под правлением короля Виктора.

Ее глаза засияли, и Кейто еле сдержал раздраженный вздох.

– Только не надо мне распинаться про Виктора.

– Знаю, вы с ним враждовали. Но я даже представить себе не могу лучшего правителя этих земель. Раньше я мечтала когда‑нибудь встретиться с ним. И вот теперь я его телохранитель, и вместе с тем вестник мира, гарант безопасности.

– Значит, он договорился с фениксами о нейтралитете? А что об этом, интересно, думает Юстиана?

Циара лишь хмыкнула, сдувая волосы, упавшие на лицо. Откуда‑то набежали тучи, небо затянуло пепельно‑серой завесой, заморосил дождь. Девушка поморщилась, хотя ее костюм вряд ли дал бы ей замерзнуть.

– Уйдем отсюда, – тем не менее сказал Кейто и потянул ее за руку обратно в спальню.

Внутри зрело нехорошее предчувствие. Сперва явление Язе, теперь эта серая мгла… Возможно, он сам принес ее за собой из Запределья – что еще ждать от мертвеца.

В комнате Циара оказалась слишком близко от него, такая живая, излучающая невероятную золотистую ауру. Кто она? Вряд ли Виктор приставил бы к себе обычного человека, да еще и сделал бы своим телохранителем. И насколько хорошо они общались с Виктором, проскользнула любопытная мысль, которую следовало бы развить.

Циара вдруг сама шагнула к нему. Она была чуть ниже него, но более хрупкой и в то же время гибкой и грациозной. Кейто понял, что его халат распахнулся, а Циара без всякого стеснения коснулась ладонью его груди.

– Как удивительно, – сказала она. – Оно бьется. Твое сердце бьется. И тело, совершенное, безо всяких изъянов.

Она хитро глянула на него и, поддев черную шелковую ткань, приспустила халат с плеча, обнажая искусный рисунок. Кейто увидел их отражение в зеркале, и сердце его забилось чаще. Он так давно не ощущал своего тела. И так явственно чувствовал его сейчас.

Тигриные лапы когтями впивались в его плечо, туловище мощного полосатого зверя уходило за спину, в окружении нежных лепестков розы. Чуть ниже, на лопатке, распростерлась черепаха, окольцованная гибким телом змея‑дракона, а на предплечье был самый последний рисунок – прекрасной лотосовой богини, застывшей в танце, словно память… словно боль… словно проклятье.

Разрушительная энергия прожгла путь по его свежим венам, заставляя Кейто зарычать. Ему вдруг остро захотелось причинить такую же боль, какую сделали ему, и он потянул Циару на себя.

– Ты что, совсем озверел? – шлепнула она его по щеке. Он лишь криво усмехнулся и обвел взглядом ее шею и плечи, затянутые в тугую кожу костюма. Разрушая элемент за элементом, обнажая белую кожу, совершенствуя костюм так, как хотелось бы ему.

– А ну прекрати! – возмутилась Циара. Ее щеки порозовели.

– Знаешь, мы могли бы помочь друг другу.

Она встрепенулась, взгляды их встретились.

– Мне показалось, ты без ума от Виктора, маленькая кицу.

– Да откуда ты…

Он глянул за ее плечо, прекрасно видя на стене ее тень. И три стрелки пушистого хвоста. Лисица, вот кто была перед ним. Вопрос – кто кого соблазнит…

Кейто подался вперед, когда в позвоночнике что‑то неприятно зазвенело.

 

Глава 4

Званый ужин

 

Будь осторожен: шпион может перейти на сторону врага.

Император Дворца Теней, Тайный Архив

 

 

 

L

 

Лали стояла на мосту, вцепившись ладонями в поручень, и неотрывно смотрела на другой мост, что виднелся вдалеке, окутанный сизой дымкой. В детстве она называла композицию «Виктор идет за Юви», ведь брат возвел этот устрашающий мост, чтобы добраться до любимой.

Тогда он прокладывал себе прямой путь до Теневого Дворца, обители Императора, а деструкторы, что пытались остановить Черного Журавля, навеки остались запечатленными в камне. Там Октавиан и погиб, а его тело предали огню, сохранив пепел в урне, что до сих пор была в том Дворце. Там никто не жил, насколько знала Лали, а это место стало памятником эпохи Захвата – недолгой, но разрушительной.

Юви велела оставить мост и дворец нетронутыми, словно в напоминание о том, какая беда могла бы разразиться, не приди Виктор вовремя.