Пламя Феникса

Но вот двери распахнулись, по толпе гостей прокатились восклицания, и в зал вошла делегация из Стран Феникса. Прибыл сам Генерал и двое его сыновей, рослых широкоплечих юношей с забранными наверх длинными волосами. Один был рыжеволосым, как и большинство в тех краях, второй выше, смуглее, с черной шевелюрой. Кейто смутно припоминал, что уже видел их когда‑то, в своей прошлой жизни.

Виктор и Юви выступили вперед, приветствуя главу фениксов. Кейто с одного взгляда на Генерала понял, насколько все неспокойно в отношениях двух государств. Вдруг его, как и Циару, призвали сюда, чтобы охранять Юстиану, защитить ее от того, что могло случиться? Может, и она, всесильная богиня, Зеленая Тейра, нуждалась в том, кто оберегал бы ее сон?

– Добро пожаловать в Ремесис, – прозвучал ее голос, согревая Кейто. Это она, точно она, что бы он там ни придумал. – Генерал, прошу, займите свои почетные места.

– Морий, Самсон, – махнул сыновьям Генерал, и те почтительно кивнули правителям Ремесиса.

Столы здесь были расставлены на манер Ремесиса: несколько для семьи дома Меримьян во главе, а по обе стороны, словно расходящиеся от головы крылья, – для гостей. Кейто досталось не самое почетное место, но еды было полно, а он порядком проголодался в этом его молодом и крепком теле, которое возродилось из пепла.

От него не ускользнуло, как выгодно располагались столы сестер Меримьян – их словно выставили напоказ, или… возможно, эта девчонка что‑то говорила ему, а может, и нет, он уже не мог припомнить. Но это точно был не обычный званый ужин. Здесь собирались заключить политический союз, Кейто даже не сомневался.

На столе «алой» сестры находился чайник в окружении кругленьких чашек, и что‑то до боли знакомое кольнуло в его груди. Он вспомнил имя. Ее звали Ксиу, и когда‑то она чуть не стала его фавориткой. Правда, чайные церемонии любила устраивать другая сестра – Рита, которой Кейто всегда восхищался, даже когда был вынужден поступать не по велению сердца. Рита никогда ни на что не жаловалась и прекрасно организовывала всяческие праздники и мероприятия. И, что бы о нем ни думали, она никогда не была в его постели.

Стол «белой» сестры был совершенно пуст. Он вспомнил и ее имя. Дженни. Девушка, что все же побывала в его покоях. Раньше ему было безразлично, кто приходил к нему, сейчас… разве он стал лучше? Совсем недавно он похотливо разглядывал Циару, пытаясь объяснить все своим возрожденным вкусом к жизни. Но как же тогда Юстиана?

На третьем столе была глубокая тарелка с выпечкой, посыпанной сахарной пудрой. Эта девчонка неисправима, подумал Кейто. Ее волосы были забраны атласной лентой, завязанной в глупый бантик. Платье выбирала точно не она – слишком уж хорошо оно смотрелось: сиренево‑фиолетовые сумерки с темно‑оранжевыми всполохами по низу. Лали уставилась на столешницу, будто боялась поднять взгляд. Кейто мог думать лишь об одном: как ему добраться до этого печенья и не развязать войну с фениксами?

 

L

 

У Лали дрожали руки, и с этим было ничего не поделать. Она то и дело теребила подаренный Роши браслет, и ей казалось, что все смотрят только на нее. Она даже не увидела, где сейчас сам Роши.

Никто пока не притронулся к еде, ожидая позволения правителей, только сидевший вдалеке демон уплетал за обе щеки – Лали украдкой посмотрела в его сторону, желая, чтобы они прыгнули куда‑нибудь подальше отсюда: пусть у нее снова будут трястись колени, но сейчас ей было в разы страшнее. Начинать трапезу не торопились. Все замерли, переглядываясь.

Наконец Виктор кивнул, и приехавший Генерал фениксов поднялся с места с поразительной легкостью, несмотря на его тяжеловесные одежды с металлическими пластинами. Темно‑медные с серебром волосы были забраны назад и перехвачены металлическими кольцами. Он смотрел на всех так грозно, будто приехал не на пир, а на войну. Его сыновья тоже были неулыбчивыми, хотя Лали фениксы запомнились другими: те, кого она встречала, одевались проще и больше располагали к себе.

У нее похолодело внутри. Как можно быть столь глупой? Виктор очень яростно распинался про союз с фениксами, и этот прием не что иное как…

– Сегодня мы прибыли в Ремесис, – проговорил Генерал звучным голосом, – чтобы дать гарантию наших благих намерений жителям Мартима. Вот уже десять лет, как на ваших землях буйствует, – он выделил это слово, – магия! И вам удалось обуздать ее. Мы надеемся, что так будет и впредь, и готовы содействовать вам. Сегодня я привез с собой двух моих дорогих сыновей, наместников Стран Феникса. Морий, Самсон, встаньте!

Юноши поднялись из‑за низких столов, оба на голову выше своего отца, но самым высоким был темноволосый Самсон. Лали стиснула в руках миску с печеньем, стараясь унять дрожь.

Она невольно глянула на сестер – Дженни сидела неподвижно, но Лали знала, куда та смотрит. Взгляд ее сосредоточился на бывшем императоре, Октавиане. Лали плохо помнила, каким он был раньше: она старалась как можно меньше думать о тех, кто вершил их судьбы. А ведь Дженни с Кейто связывал Нис, этот чудесный кроткий мальчик.

Ксиу, напротив, вольготно расположилась в кресле со скучающим видом. Возможно, она смирилась с мыслью, что ее сделают невестой чужеземного принца. Она просто не знала, не слышала Виктора. Сестры были уверены, что с Лали ничего плохого не произойдет, ведь она и вовсе не из рода Меримьян – но Виктор же об этом не знал! Может, стоило ему рассказать и тем самым обезопасить себя? Что за подлые мысли лезли ей в голову…

– Я хотел бы доказать вам, – произнес Генерал, – что мои сыновья – самые достойные из достойных.

Лали замутило, она старалась не смотреть на отпрысков Генерала, догадываясь, что Виктор надумал отдать ее кому‑то из них.

– Морий – мой старший сын, наместник Безоблачной провинции и самый искусный воин «пера», – проговорил Генерал, и юноша взял орудие, что лежало до этого возле его ног, высокую палку с лезвием в виде пера на одном конце. От этого оружия веяло первобытной стихийной силой. – Полководец Удачи, так назвали его после подавления восстания в провинции Щитов. Но мы приехали с миром, и поэтому наше мастерство продемонстрирует мой младший сын. Самсон, – позвал он.

Темноволосый феникс выступил вперед. Размеренно, с чувством собственного достоинства прошел до середины зала и исподлобья глянул на правителей. Взгляд его черных глаз скользнул по сестрам, останавливаясь на Лали. Он тихонько свистнул, и тут же из свиты, прибывшей с ними, явились две девушки. Они не улыбались, полностью сосредоточенные и собранные.

– Самсон известен как Укротитель диких птиц, – проговорил Генерал. – Вы могли быть наслышаны о наших легендах. Да, вы владеете ремесисом, но у нас иного рода сила. И мы готовы поделиться ею в обмен на сотрудничество. Мы уже давно воспитываем девушек‑птиц – сами духи природы Имгэ отзываются нам.

Младший сын Генерала, облаченный в расшитый золотыми перьями угольно‑серый костюм с длинным плащом, поднял руку, нисколько не изменившись в лице, и одна из девушек на глазах публики неестественно согнулась пополам – Лали даже вздрогнула, – и, замерцав, преобразилась в яркую сине‑зеленую птицу, взметнувшуюся над собравшимися.

– Это посланница нашей королевы‑матери, цани, птица‑счастье, вестница. Увидеть ее равносильно тому, чтобы узреть солнце среди пасмурного дня.