Между нами темнота

– Мне за тобой не угнаться. Даже с академической разницей ты остаёшься в лидерах. Возникает ощущение, что тут что‑то не чисто! – шутливо произнёс, хмуро глядя на свою старосту. Лэйс лишь мило пожала плечами, смахивая прядь золотых волос с плеча.

Я заметил, что её привычный макияж, с которым она появляется каждый раз, изменился. Чаще всего она использует лёгкие тени ментолового цвета. Они безумно подчёркивают её зеленые глаза. Но на сей раз Анджела просто добавила на веки блёстки, которые ярко переливались на свету. Даже не знаю, что мне больше нравится, ведь и в том, и в другом случае, девушка выглядит чудесно.

– Твой друг уже минут десять ждёт тебя у главного входа. Не ты один не обладаешь терпением. Так что, поторопись.

Меня вырвали из моих мыслей и наглого разглядывания ангельского лица моей старосты.

– Барни? Ты имеешь в виду его? – Опять эти загадки от Анджелы. Любит же она ребусами говорить. Но, наверное, это одна из тех черт, которая жуть, как привлекают в ней меня.

Староста ничего не ответила, лишь кивнула головой. Она убрала бутылку обратно в рюкзак и помахав мне напоследок скрылась в толпе студентов. Глянул на банку колы и понял, что даже поблагодарить её забыл. Какой нехороший я человек.

 

Барни, осуждающе смотрел на меня, пока я, отряхиваясь от извёстки на своей любимой чёрной толстовки, бежал к нему.

– Я тебя ненавижу, ты же это знаешь, не так ли? – недовольно вздыхая, говорит рыжий.

– А я тебя обожаю! – искренне улыбаюсь другу. Он привлекал взор одним своим присутствием и его невозможно было не заметить. Только одна рыжая макушка, возвышающаяся над людьми, уже кричала о присутствии Барни Мура.

Прикрыв глаза солнцезащитными очками, он выглядел как модель и кажется, Мур это отчётливо осознавал. Вальяжно поправив рубашку цвета хаки, он зачесал кудри назад, ухмыляясь мне. Позёр.

– Давай, ты не будешь клясться мне в любви, а лучше поможешь отряхнуть мою толстовку?! Ты знал, что не стоит облокачиваться о стену у кафетерия?

– Ты это только сейчас понял? – фыркнув, напыщенно спросил он, всё же помогая мне стереть пятна на рукавах, пока я разбирался со спиной. – Значит мои и твои чёрные футболки, которые я, ну точнее Джанет, еле отстирала ничего тебе не дали?

– Перестань называть свою мать по имени… Это жутко звучит.

– Льюис рассказал мне о собрании вместо обычной лекции, – после его слов я стал глазами искать Саймона. Большой темнокожий парень стоял у ворот здания с ребятами из баскетбольной команды. Они что‑то громко обсуждали, но до меня долетали лишь обрывки их слов. Я и забыл, что Барни общается с Саймоном Льюисом, обычно редко можно увидеть взаимодействия между ними. – Это уже шестой случай, не кажется ли тебе странным, что полиция приняла меры только сейчас?

Я на секунду остановился от чистки моей толстовки и несколько раз прокрутил сказанные Барни слова в голове. «…полиция приняла меры только сейчас?».

– Знаешь, даже думать об этом не хочу. Есть нелепые предположения, но обсуждать их и строить теории заговора желания особого нет.

Барни молча кивнул.

– Погоди…– я снова остановился, – А ты почему здесь?

Мур засмеялся. Его смех громкий, хриплый и очень заразный. Несколько сокурсников, стоящих неподалёку от нас, удивлённо обернулись, с интересом наблюдая за другом. Приложив руку к животу, Барни стал тяжело вздыхать, чуть наклонившись вперёд.

– Ну ты меня и рассмешил, – с довольной улыбкой Чеширского кота, протянул он последнее слово с вырывающимся наружу акцентом, который почти, казалось бы, исчез. – А почему я не должен быть здесь?

Я свернул толстовку и запихал её в свой рюкзак, чувствуя себя максимально нелепо.

– Ну, ты же уезжал и должен был приехать только завтра.

Мне кажется, или я что‑то не понимаю

– Должен был. Но захотел пораньше. Что в этом плохого то?

Я аж смутился. Барни, наоборот, всё никак не мог скрыть улыбку с лица и казалось, что вот‑вот он снова засмеётся.

– Ты хоть бы предупредил или написал сообщение. И вообще…

– Хм, а почему мисс Брукс так смотрит на тебя? На тебя? – он слегка наклонился в сторону и снова выпрямился, – Да, точно на тебя! – он наклонился уже в другой бок и припустив очки вниз, прищурился смотря на женщину. – Что тебе от него надо? – шипит в её сторону рыжий. Со стороны это выглядит максимально нелепо, но я уже привык к таким выходкам друга. В последнее время он особенно гиперактивный.

– Она сегодня сама не своя. Думаю, это из‑за возникших трудностей со смертью Юджина. Сам знаешь, всякие сведенья, разговоры с его родителями, постоянные визиты полицейских. Только сегодня утром я видел нескольких журналистов около здания.

Но Барни, видимо, меня вообще не слушал. Он сел на корточки и стал пристально глядеть на преподавателя. Когда мисс Брукс отвернулась и ушла в неизвестном нам направлении, Мур всё же поднялся на ноги.

– Мутная она личность, всё же. Ещё в первый день я это заметил, – секунду‑две Барни молчал, а потом резко сменил тему разговора, – Тебя подвезти до дома?

– Нет, спасибо. Я думаю, на своих двоих дойти.

Мур состроил недовольную гримасу и спросил ещё раз, только уже с большим давлением.

– Тебя точно не надо подвозить до дома? Может ты ещё раз подумаешь?

На этот раз засмеялся я. Похлопав друга по плечу, потрепал свои волосы и переместил взгляд в сторону парковки. Старенький джип Барни, который пережил не первого владельца. Он сначала принадлежал дедушке его, затем отцу, потом старшему брату Барни – Джону, а теперь ключами владеет мой верный друг. Честно говоря, эта колымага не вызывает у меня особого доверия, но как говорит Мур: «Важно не то, какая машина, а кто её водитель!». Обычно, эту фразу можно услышать после очередного сбитого дорожного знака.

– Я подумал, и нет, мне правда безопаснее будет пешим ходом добраться.

Барни снял очки, демонстративно закатил глаза и опять надел очки. Порой я не успеваю за его сменой настроения. Один день он ведёт себя адекватно и ничего не предвещает беды, а иногда…Иногда он ведёт себя, как ребёнок. Многостороння личность.

Мур помахал мне на прощанье и зашёл внутрь здания с остальными студентами, которым всё не терпелось построить реальную теорию череды смертей.

Обычно, мой маршрут протекает как раз‑таки через парк, но дабы не нарушать нововведённые правила безопасности, я решил пройтись по оживлёнными улочкам Бостона. Такая дорога занимает чуть больше времени, но это не критично. Спешить то мне некуда, да и к тому же, на улице прекрасная погода.

Свернув за угол, я неспеша побрёл вдоль тротуара, стараясь лавировать между толпами вечно торопящимися жителями города.