Попал! Том 4

– А‑а‑а!

Но вряд ли кто‑то из посетителей клуба мог ее сейчас услышать…

– Съебись! – приказал ей Томи.

Та с заплаканными глазами засуетилась на выход. Томас, держа рукой босса, не поворачивался к ней спиной, он не доверял таким жертвам обстоятельств, понимая, что можно в любой момент получить от них пулю в спину. Вслед за быстро исчезнувшей японкой появилась охрана из трех бойцов – оранжевые пояса, сосредоточенные лица, явно готовы к схватке.

– Босс!

Томи приставил нож к горлу воротилы.

– Нападете, и вашему папочке пиздец, – произнес он нечеловеческим голосом, маска противно искажала речь. – А ты, – отвесил он пару пощёчин наркобарону местного разлива. – Просыпайся, хватит притворяться, – и выкрутил ему ухо.

Японец завизжал от боли, раскрыв глаза.

– Ва‑а‑ах‑бля‑я! Ты‑ы! Ты пожалеешь!

Начались угрозы, изо рта капала кровь, у шеи острейший нож, а барыга всё еще пытался взять на понт. Томас воткнул ему нож в плечо на пяток сантиметров.

– Арр‑а‑а‑а‑а‑ай! – заскрежетал зубами японец, его глаза смотрели на охрану, те стояли, не понимая, что делать.

– Босс!

– Закройте двери с той стороны, – произнес Томи грубо. – И никого не впускайте.

Бойцы переглянулись, стоя на месте.

Томи провернул нож, как барыга сразу провизжал:

– Делайте блядь! Делайте, что он говори‑ит!

На лицах бойцов полная растерянность, на тренировках всё казалось таким простым, но как дело приняло реальный оборот, вся прыть и напыщенность сдулись в одно мгновение. Двое вышли в коридор, третий задумчиво посмотрел на выбитую дверь, и через несколько секунд закрыл ею проход в кабинет.

Томи усадил японца в кресло, вытер нож об его рубашку.

– Значит так, есть два варианта, – произнес он обыденно, как в порядке вещей. – Первый – ты работаешь на меня, второй – сдыхаешь прямо здесь.

Из передних разодранных дёсен у японца текла кровь, никак не желая останавливаться, глаза бегали из стороны в сторону, ему нужно согласиться, сделать всё, что говорит этот псих, и выжить… а после… После он точно отомстит, его крыша не посмеет кому‑то врываться в дела.

– Работаю… – прохрипел местный босс, сплюнув в сторону кровавую слюну, та предательски повисла на подбородке.

– Хороший мальчик, – потрепал Томи его лысую голову.

Он присел напротив, закинул ноги на стол, посмотрел на выдвижные ящики, вытащил один из них и вытрусил с него пачки сигарет с наркотой, связанные резинкой купюры баксов, несколько пистолетных пуль. Понюхал одну из упаковок.

– Чё это за дерьмо? И ты барыжишь такой хернёй?

Японец удивился, не понимая, кто же перед ним? Псих или подосланный от конкурентов?

– Что идёт, то и толкаем, – ответил боров.

Томи положил одну из пачек себе в карман, он не знал что это, просто сделал вид, что это что‑то дерьмовое, позже его люди сделают экспертизу вещества.

– Будем менять продукцию, теперь ты работаешь на меня, как твое имя?

– Фугуджи, – вытер японец окровавленный рот, снова приложил руку к раненому плечу.

– Фугуджи значит, хорошо, – кивнул Томас. – Меня называют Демон, я много лет был в отъезде и теперь вернулся в Токио, но ты можешь называть меня просто «босс». – Томи аккуратно отодвинул нижний край маски, закинул в рот жвачку. – Так вот, Фугуджи‑кун, я хочу встретиться с поставщиком, перетереть по ассортименту, дерьмо пусть толкают твои друзья, мы же займемся рынком поинтереснее.

– Рынком поинтереснее? – впервые за весь разговор Фугуджи показал искреннюю заинтересованность.

– Конечно! – выдвигал Томас остальные ящики из стола и вытряхивал содержимое на столешницу, он делил всю выручку ровно пополам, японец следил за его действиями, не в силах что‑то изменить. Сумасшедший перед ним оказался опасным, как быстро он разобрался с координатором и посыльным, те даже моргнуть не успели. Нужен кто‑то зелёного или даже синего оби, чтобы разобраться с зарвавшимся психопатом! Но надо признать – стелет он фунчозу на уши знатно, этого не отнять, вон даже про перспективы заговорил…

Томас продолжил объяснять, что он хочет от Фугуджи.

– Перетрём с поставщиком по ассортименту, так же у меня есть пара работяг – варят знатную вещицу. Рассыпем по району, посмотрим на реакцию народа, – он забрал половину налички, закинув в широкий карман пояса. – Дела ведем пятьдесят на пятьдесят, ты возишься со своими барыгами, я снабжаю тебя время от времени эксклюзивом, помогаю отбиться от наездов, – и ухмыльнулся. – Ты ведь этого сделать не в силах, в здании ни сигналок, ни достойных бойцов. Клуб я не трогаю, это твоя, так сказать, вотчина и рули ею сам. Надеюсь, всё понятно?

– Д‑да, – ответил Фугуджи.

– Нет‑нет‑нет, – поводил Томи пальцем. – Так не пойдёт. Ты должен сказать: «Да, босс.» Скажи как следует.

Сорокалетний Фугуджи нахмурил густые брови, из грязного рта прозвучало неуверенное:

– Д‑да, босс.

Томас поднялся, хлопнул его по плечу.

– Не переживай, ты быстро привыкнешь. Я зайду через два дня в полночь, свяжись с поставщиком, пусть пришлет представителя, – он достал нож из горла остывающего координатора, вынул вакидзаси из проткнутого посыльного, хорошо вытер их от крови и вставил в ножны. – До встречи, Фугуджи‑кун.

– До свидания… босс.

Томи отодвинул входную дверь, прошел мимо трех бугаёв со злыми рожами, те быстро заскочили в кабинет, послышались маты от Фугуджи, со звоном разбился стакан. Томас спустился на первый этаж и очутился в приглушённом зале, над потолком светили зелёные и красные лазеры, по периметру работали стробоскопы, громко играла музыка, возле стойки ди‑джея танцевала троица азиаток в кислотных костюмах, на танцполе толпился народ, в руках коктейли, на лицах улыбки, незатейливые ритмичные движения под музыку, гулянья были в самом разгаре. Томас спустился вниз, прошел мимо толпы японок, те проводили его взглядом, думая, что он – танцор, его тронули за плечо.

– Фото, мистер! Можно фото?!

– Ай донт спик джапанис, сорри, бэйб, сайонара. – Томи отдёрнул свою руку, но подмигнул азиатке и протиснулся сквозь толпу, выйдя наконец на улицу.

Свежий воздух, пьяные споры выпивших японцев, неподалеку девичьи слёзы, похоже, кого‑то сегодня бросили. Ночная жизнь в Токио ничем не отличалась от Российской империи. Томас прошел от ночного клуба сотню метров и скрылся в тени. На сегодня его прогулка закончилась, через два часа рассвет, нужно подготовиться к понедельнику…