Последний день Земли

Генерал улыбнулся и снова повернулся к двери. Динамик ожил и огласил помещение негромким продолжительным мелодичным сигналом. Затем снова зазвучал мужской голос.

– Повреждения в корпусе не обнаружены! Давление уравнено. Уровень радиации фоновый, земному десанту без защитных скафандров разрешено находится на борту до четырех часов! Вход разрешен!

Дверь отсека плавно отъехала, и группа генерала решительно бросилась по коридору крейсера к центральному посту. Группа Бортникова заняла позиции на входе. Олег тревожно вглядывался в полутемный освещенный аварийным освещением коридор. Через некоторое время, коридор осветился основным освещением. Олег прищурил глаза от внезапного включения освещения.

– Группе номер два вход разрешен! – динамик говорил голосом генерала, – медиков срочно в центральный пост!

– Быстро, – Бортников поспешил по коридору.

Медики последовали за ним, борттехники в коридоре повернули в другую сторону и поспешили в энергетический отсек.

Когда Бортников вбежал в центральный отсек, генерал сидел за командирским креслом, его люди заняли кресла пилотов и проверяли системы звездолета. За креслами пилотов на коленях стоял помощник генерала, склонившись за кресло. Генерал указал Бортникову на своего помощника.

– Олег! Медиков срочно! Тут есть член экипажа, может, еще жив?

Бортников указал медикам на кресло и приблизился к генералу.

– Корабль цел и невредим! – улыбнулся генерал.

– Что там за выживший? – Олег кивнул в сторону своих медиков.

– Да уж хотелось бы знать, – пожал плечами генерал, – очень интересно!

– Думаешь…? Много расскажет?

– Если жив пусть ответит только на один вопрос! Кто его приковал?

– Он прикован? – удивился Олег, – еще интересней. Только не уверен, что он жив, сканер его не определил.

– А он и определил, сразу определил.

Бортников гневно посмотрел на генерала.

– Ден, ты безумец? Ты знал, что на крейсере, есть выживший член экипажа? Он же мог разнести оба наших крейсера еще на курсе сближения!

– Мог, – спокойно кивнул генерал, – но не разнес же.

– Его нужно на корабль, – медики осторожно подняли пострадавшего, – может еще и спасем.

– Давайте срочно его на Тору, я уже отдал указания своим медикам! = генерал поднялся из кресла.

Сбоку загорелся экран, в нем появился один из фаттонцев.

– Генерал! Все крейсера в хорошем состоянии, имеется запас продовольствия, четыре торпеды, есть топливо! Все системы крейсеров работают в штатном режиме. Членов экипажа не обнаружено!

– Две торпеды перегрузить на 334‑й! Подготовится к перегрузке продовольствия и топлива. Крейсеру Тора подойти к основному заправочному узлу, крейсеру Пламя к резервному! Перекачку топлива начать через три часа.

– Каких? – Бортников услышал голос Макса, – каких часов?

– Фаттонских, – уточнил генерал.

Загорелся монитор на командирском месте. В экране появилась Елена, она радостно улыбнулась.

– Командир! Земля ждет нашего возвращения! Звездолетам генерала Дортона разрешена посадка на космодроме Асгарда!

– Ну, хоть одна хорошая новость, – генерал обвел взглядом своих членов экипажа, которые радостно обнимали друг друга. Я так понял, что война Земли и Фаттона завершена?

– По всей видимости, план сработал, Ден. Война завершена, а вы обрели новую родину. Надеюсь, ты ничего не имеешь против, того, чтобы дожить свой век с хлюпиками с Земли?

– Спасибо, мой друг, это были прекрасные и проникновенные слова.

– А почему только две ракеты грузим? – спросил Олег, – почему не все?

– Больше не влезет, конструктивно, – развел руками Дортон.

В отсек вошел Диллон, и глядя на недовольного командира приложил руку к груди.

– Прошу прощения, командир, что без спроса покинул борт. Есть идея!

– Идея? – удивился генерал, – завиральная надеюсь? Другие тут просто не годятся!

– Могу я с вами переговорить? С глазу на глаз!

– О! – усмехнулся Олег, – ну точно идея фикс!

Генерал провел их в командирскую каюту, и они уселись вокруг небольшого стола. Диллон открыл планшетку с галактическим небом, испещренным множеством орбит.

– Мы можем использовать крейсера по своему усмотрению?

– Да сколько угодно, – махнул рукой генерал, – все равно скоро некому будет за них спрашивать! Говори толком.

– Предлагаю выпотрошить их, и оставив пару торпед, отправить на эту орбиту. Вот сюда! – он указал ярко выделенную орбиту.

Генерал и Бортников переглянулись и склонились над планшетом.

– Зачем?

– Мы столкнем один из планетоидов с этой орбиты! Столкновения и детонации двух 100‑мегатонных торпед будет вполне достаточно. Глина и кремний превратятся в космическую пыль, а ядро изменит орбиту.

– Он развалится?

– Ну…, в целом да! Только моя идея состоит не в этом. Я хочу вытолкать его на орбиту нашего «убийцы».

– Дил? – возмутился Олег, – это же полный бред! Совсем на тебя не похожий. Откуда тебе известно, что он займет именно эту орбиту? У тебя есть такие расчеты?

– Нет, – покачал головой Диллон.

– Олег, у него и не может быть таких расчетов, их вообще не может быть, потому что не существует таких расчетов. Но…, идея мне нравится! Молодец Диллон!

– Чем? – удивился Олег.

– Во‑первых, у нас есть именно две лишних торпеды так необходимых Диллону! – улыбнулся генерал, – во‑вторых, не бросать же их тут посреди вселенной, и наконец, в‑третьих, давай попробуем, хоть, что‑нибудь для спасения моей новой Родины!

– Делайте, что хотите, – Олег недовольно пошел к двери каюты, – авантюристы!

– Спасибо, командир! – улыбнулся Диллон.

Бортников после возвращения на корабль не узнавал его. Все коридоры были заставлены коробками, ящиками, и различными кофрами, принесенными с крейсеров. Он только рукой махнул, глядя на такой беспорядок. Он зашел в центральный пост и занял свое место. Макс повернулся к нему.

– Они пристыковали крейсера!

– Выведи мне на монитор! И позови Дила сюда!