Проект Re. Том 4
– Да, – дал я лаконичный ответ.
– Это бред…
«На самом деле тут она отчасти права. Это действительно бред. По крайней мере из‑за того, какой сейчас момент – сейчас момент, когда есть сильный внешний враг, готовы в любой момент атаковать тебя. И если смотреть так, то вступление в ряды акудам действительно кажется полным бредом ради какой‑то непонятной цели, которая навряд ли увенчается успехом даже для меня. Но дело тут в том, что названная мною цель – это лишь вторичная, дополнительная цель, следующая за изначальной.»
Но ей же я ответил…
– Хочешь сказать, ты не поможешь мне?
Она закусила ноготь большого пальца и задумалась.
– Я думаю, это плохая идея, и если так кажется даже мне, то значит у тебя наверняка за ней стоит что‑то другое, либо же я не вижу в этой цели какой‑то очевидной выгоды…
Я не стал на это ничего отвечать.
– Как я понимаю, ответа я не получу.
– Так ты поможешь с этим?
Она вздохнула.
– Ладно, но я на самом деле даже не представляю, как именно с этим помочь можно.
– Для начала просто расскажи всё от момента вступления к ним. Позже тебе придётся связаться с ними и настойчиво предложить им мою кандидатуру, ярко при этом расписав все мои лучшие качества и способности, которыми я смогу им помочь. Так же обязате…
– Стоп‑стоп‑стоп, – сказала она, выставив перед моим лицом ладонь. – Ты хочешь, чтобы я просто взяла и… порекомендовала тебя? Типа как на собеседовании каком‑то? Это что, шутка такая?
– Нет, это не шутка.
– Что? Серьёзно? – не могла она поверить. – С чего ты решил, что они примут тебя так просто? Я ведь говорила, что, как правило, все акудамы вербуются другими акудамами, которые находят их с помощью артефактов. А тут ты хочешь, чтобы я просто пришла и сказала, что мой муж хочет вступить к нам?
– Да, примерно этого я и хочу. Только ты ещё должна будешь обязательно сказать, что я разделяю их цели и стремления, после чего расскажешь о моих способностях и припомнишь, что такие же способности есть и у Чарльза Беркли. И следом за этим покажешь им одно видео, которое мы специально снимем перед этим.
– Видео?
– Покажем, что у меня действительно есть регенерация и я почти не чувствую боль.
– То есть ты хочешь что‑то сделать с собой, снимая это на камеру, чтобы я это потом в качестве доказательств показала акудамам?
– Именно.
– Но видео это нихрена не доказательство: они спокойно могут сказать, что это всё фейки и монтаж.
– Они именно так и скажут, – уверенно заявил я.
– Тогда зачем это всё? Да и почему ты вообще уверен, что меня станут выслушивать?
– Это всё затем, чтобы было хотя бы какое‑то доказательство твоих слов. Следом, когда они лично захотят со мной встретится, эти способности снова придётся продемонстрировать, и в итоге мы будем теми, кто был чист и говорил полную праву, но кому не доверились. Особого это значения, разумеется, не предаст, но будет небольшим психологическим бонусом, на который можно будет иногда несильно надавливать. А насчёт того, почему я так уверен, что тебя выслушают – я в этом совсем не уверен. Не думаю, что ты успела сделать особое имя среди акудам, так что вряд ли тебе поверят на слово. Если говорить в процентном соотношении, то я бы сказал, что есть процентов тридцать‑сорок, что тебя выслушают, остальные же проценты на то, что тебя даже слушать не станут в лучшем случае, в худшем же – вовсе обвинят, что ты рассказала что‑то посторонним людям.
– Но в чём тогда смысл, если риск столь большой? Ведь если будет худший случай меня вовсе могут попытаться убить за предательство. Тут уже не будет идти никакой речи о помощи тебе, ведь помогать нужно будет уже мне. И припомню, что ты, видимо, хочешь заняться этим, даже пока не решил проблему с Тошиэко. То есть у нас потенциально может быть два опасных врага со вполне хорошими ресурсами.
– Если ты беспокоишься за себя – то я уверяю, что защищу тебя в любом случае. Я предприму все необходимые меры, чтобы ты была в безопасности всё время – в том числе даже в момент переговоров, которые могут закончатся полной неудачей.
– Я не только за себя беспокоюсь, я беспокоюсь ещё и за наш род, который ты своими планами и выходками можешь втянуть в совсем ненужные роду сражения. А ты при этом даже не можешь нормально сказать мне, зачем тебе всё это.
– Я тебе уже назвал причину.
– Я про настоящую, – твёрдо заявила она.
Я вздохнул.
– Я расскажу тебе об этом, как только смогу. Обещаю.
– Пф… – закатила она глаза. – Ага, конечно, так я и поверила… Лучше скажи, почему всё же решил идти этим путём, а не каким‑нибудь иным, более надёжным?
– Потому что этот путь самый оптимальный: вероятность успеха, дальнейшие перспективы и количество потраченного времени – вот три основных критерия, на которые я полагался, выбирая путь.
– Понятно. Понятно, что нихера не понятно… Ну хоть звучит убедительно, и то ладно. На этом по планам на ближайшее время пока что всё?
– Из основных – да.
– А не из основных? – уточнила она.
– Род Имагава.
– Ты не отказался от этой идеи?
– Нет. И скажу больше, начиная со следующего семестра начну потихоньку его воплощать в реальность.
Она ничего не стала на это отвечать.
– Ясно. Это всё?
– Ещё пока ты будешь собирать информацию о Тошиэко и его роде, попутно рассказывая мне о акудамах я буду заниматься сбором и анализом информации, которую я сейчас вполне легко могу получить, будучи членом рода Мори.
– О чём ты?
– О информации, которую не может получить простолюдин и многие даже средние аристократы, – о государственной информации, из которой я смогу извлечь данные о нужных мне людях и определённой территории.
– Конкретнее.
– Мне нужны люди.
– В плане, слуги? Так они у тебя и так считай сейчас уже есть.
