Проклятое поместье

Что есть дорога? Мелкие харчевни и постоялые дворы, случайные попутчики на опасном направлении, что смотрят искоса, не спуская руку с оружия. Убитые нищетой и хмельным посёлки и деревни. Кое‑где видны порядок и крепкая рука старосты, там же можно встретить молодых людей, которых не прельстил город с сотнями огней и вечно недовольным народом. На полях и в огромных садах работали с утра до вечера, там же за смешную монетку можно было купить ягодку и плоды прямо с ветки.

Но чем дальше четвёрка лошадей отводила по мощенной дороге, тем мрачнее был лес, угрюмее люди. А без оружия не встретишь даже вьюношей.

– Давай пройдёмся, дядька. Все седалище отбил да ноги затекли за седмицу. Командуй возничему, что привал нужен. Пол дня погоды не сделают, а ежели враг какой, то даже оборониться не сможем, – взмолился княжич.

Пестун передал просьбу возничему и получил отказ.

– Плохой лес пройдём, будет речка. Там и заночуем. Здесь останавливаться смерти подобно. Волчью балку переедем, можно будет наверх подняться, – ответил извозчик, не выпуская трубку из зубов.

– Нужда в том есть. Обедня уже скоро, оправиться нужно, – продолжил гнуть свое дядька.

– Часок тогда потерпите, господа. Никак нельзя здесь вставать. Поверьте моему опыту, – настаивал на своём возничий.

–Ты сказал Волчью Балку? Ирод, ты какую дорогу выбрал? – вскипел Пестун.

–Самую, что ни на есть верную. Ежели супостат в столице в открытую напал, значит по всем селам и дорогам нас будут ждать. Кареты гербовые разлетелись в разные стороны, уводя внимание, а тюремный дилижанс идёт на Юг. За преступниками. От того без казаков идём и лошадок не меняем. Только глаза в лесу чьи‑то. Лошади чуют товарок, да и Я не лыком шит. От Мирона‑проводника свой род ведём и дорога наш удел. А он с прародителем Светлого Князя дорогу делил, – гордо произнес Возничий.

– Небось в армии припасы вёз, а гонору, будто на трон Первого посадил, – язвительно заметил Олег.

– Не скажи, Ваше сиятельство. Мой прадед вёз ветерана Сета и Босика Первородного из Китеж града на царствование. Дикий Медведь по кличке Мрак им дорогу разгребал, а попутчиком Сама Вероника, основательница многих орденов Церкви была. А нос Я задираю от того, что горд дорогу Князьям прокладывать да нести имя прадеда, – торжественно ответил Мирон.

–По этой проклятой дороге только преступников возят! – возмутился Игнат Васильевич.

–А вы кто? – спокойно ответил извозчик.

На том споры умолкли, лишь скрип рессор, фырканье лошадок да мерный стук фонаря по крыше дилижанса нарушал спокойствие Плохого Леса.

***

Волчья Балка подарила прохладу горного ручья. Скалы и прям были серо‑белого окраса, как шерсть на матером лесном охотнике. Олег было припал к ручью, но вода оказалась столь холодна, что свела зубы, потому отправился молодой человек за кружкой. Напившись вдоволь и пополнив запасы воды, Княжич принялся крутить руки и разгонять кровь по жилам.

Игнат довольно крякнул, потянул спину да потащил из дилижанса учебную сталь. Сам взял для себя свое излюбленное оружие‑толстую булаву, а на вторую руку повесил кулачный щит каплевидной формы.

–К бою! ‑произнес одноглазый пестун, раскручивая булаву. Миг и соперники сшиблись. Несмотря на вес булавы, Игнат управлялся с ней играючи. Принимая уколы стилетом в щит, постоянно разрывая дистанцию для работы оружием. Вторая сшибка указала крепость руки Олега, крутясь вокруг учителя, постоянно тревожил острыми выпадами старика, а сабля искала слабину в защите пестуна. Десятки раз сходились и расходились поединщики, но заметного преимущества не было ни у кого. Булава не успевала за вертким Олегом, а острые клинки княжича встречали броня или щит.

Олег Романович черпал ярость из груди и ярился, что не может одолеть старого вояку, но между тем был собран и внимателен. Он долго примеривался использовать сложный финт, но на то был серьёзный риск нарваться на встречный удар. Наконец обманув ложным замахом дядьку, сблизился и указал на прямой удар в неприкрытую бронёй шею.

–Туше! – произнес дядька и отошёл в сторону. Княжич был рад бою, а ещё больше победе. Но неожиданно и неприятно для себя услышал хмыканье Мирона.

– Что такое возничий? Неужели есть сомнение в моей победе?

– Я простой извозчик, не мне на то советы давать, – уклончиво ответил Мирон.

– А Я настаиваю. Что тебе показалось забавным? – разъярился бретер.

– Ну раз настаиваете, ваше сиятельство. Старик трижды мог пробить прямым рывком булавой. В первый раз Я подумал, что осторожничает. На то был резон, Вы весьма прыткий. Второй раз мне показалось, что дистанция большая, ну а в третий все стало на свои места. Туда, куда лежит наш путь, таких как твой пестун называют мастер. Сказывается мне, что дядька твой не в первый раз едет к Барону.

– Ты там тоже был? – хрипло спросил Игнат.

– Ну а как дар разогнать? Его деньгой и едой не разбудить. Лишь через страдания, увечья и потери. Сам знаешь…

– С каким отрядом ходил? – продолжал расспрашивать ветеран, не обращая внимание на растерянного княжича, что пытался вставить слово.

– Один. Скаут Я. По вашему будет следопыт. Что ж, кровь разогнали, водицы напились, пора и честь знать, – хлопнул по коленям Мирон и резко поднялся. Не смотря на потешный вид эдакого увальня из медвежьего угла, было в нем глубокое внимание к происходящему.

–А из пищалей стрелять вот так умеете? – решил похвалиться Олег, взводя курки.

–Не смей! – прокричал Мирон, а дядька сшиб с ног княжича.

–Итак железом пошумели. Шмальни ты ещё, – грозно начал было возничий, затем поостыл и продолжил: – Балка эхо выстрела растащит на сотни вёрст вокруг. Считай сгинули, не выполнив поручения Великого Князя. Впредь слушай, что говорят. Пока Я веду дилижанс, Ваш наставник, глаза и приказчик тоже Я. Доберётесь до места, можете слать меня хоть к Орде под хвост, а до тех пор просите разрешение.

Извозчик говорил, а сам не сводил глаза с пестуна. Наконец оба что‑то для себя обдумали и решили.

–Ветеран Игнат Милосердный, – протянул руку пестун.

– Мастер Мирон Четыре Глаза, – ответил возничий, крепко пожав руку воину. – Прости, что так получилось, но лучше раньше, чем слишком поздно обучением заниматься. В дорогу… Фонарь этим вечером не зажигать.

****

Светлый Князь кипел от негодования. По приказу простолюдина, его учитель сшиб на землю, будто несмышленыша, а ведь должен кровь и жизнь отдать.