Сделка с чудовищем
Имоджен подумала о маме, которая вернётся из театра и обнаружит еду нетронутой. Мама всегда оставляла им на ужин что‑нибудь особенное, когда собиралась вернуться поздно, а Имоджен обожала пиццу. Потом она подумала о бабушке, которая сейчас ходит со своей палочкой по садам, разыскивая их. От этой мысли ей стало так грустно, что она поспешила её прогнать.
– Идём, – сказала она Мари. – Его высочество уже уходит.
Глава 12
Следом за мальчиком сёстры шли по бесконечным коридорам, увешанным гобеленами, через анфилады комнат, каждая из которых была размером со школьный спортзал.
Наконец у подножия винтовой лестницы мальчик остановился:
– Это вход в мои покои. До сих пор ни один простолюдин не входил сюда. Кроме слуг, разумеется. Так что вы будете первыми.
«Точно чокнутый», – подумала Имоджен.
Чем выше они поднимались, тем ýже становилась лестница.
– Не отставайте! – крикнул мальчик, уже успев скрыться наверху.
Вскоре ступеньки привели их в какую‑то круглую комнату.
– Впервые в жизни вижу столько свечей, – поразилась Имоджен. – Это всё твоё?
– Да, – кивнул мальчик.
– Откуда это у тебя? – Огромный глаз Мари уставился на него сквозь толстое увеличительное стекло.
– Это лупа моего отца.
– А это? – Она растянулась на косматой шкуре.
– Не помню.
– Ну а это? – спросила Имоджен, сдувая пыль с циферблата старинных часов.
– Не трогай! – резко крикнул мальчик. – Эти часы единственные в своём роде!
Имоджен наклонилась – ей хотелось получше рассмотреть то, что нельзя потрогать.
Часы были из дерева. На циферблате застыли в неподвижности пять стрелок и целая россыпь звёзд из драгоценных камней. Имоджен так и не поняла, на чём держатся эти звёзды. Они казались парящими в воздухе, но сколько Имоджен ни вглядывалась, она так и не заметила никаких креплений. Серебряная луна робко выглядывала из‑за самой длинной стрелки, словно стеснялась показаться целиком.
– А что за ней? – спросила Имоджен, отступая назад и показывая на крошечную дверцу в верхней части часов. Размером она была как раз для хомяка.
– Не помню, – ответил мальчик. – Часы остановились много лет назад.
– Почему? – спросила Мари.
Мальчик покрутил кольца на своих пальцах.
– Мне кажется, вы задаёте слишком много вопросов.
Мари бросила мечтательный взгляд на огромную кровать под балдахином с горой пышных подушек и пуховым одеялом. Она посмотрела на Имоджен, и та кивнула. В следующее мгновение Мари сбросила кроссовки и юркнула под одеяло.
Имоджен перевела взгляд на мальчика:
– Только один вопрос…
– Да?
– Почему ты нам помогаешь?
– Я же сказал, – ответил мальчик. – Если вы останетесь снаружи, вас сожрут живьём.
– Но где все остальные люди?
– В своих домах, где же ещё. Вокруг замка. Просто я единственный, кто поддерживает огонь свечей.
Имоджен подошла к окну и посмотрела на спящий город, окутанный тьмой. Вот, значит, что это за свет, который они увидели из леса…
– Наверное, мы находимся в самой высокой башне замка, – предположила она.
– Не совсем так, – поправил её мальчик. – Эта башня вторая по высоте.
Имоджен сняла ботинки и, забравшись в кровать, улеглась рядом с Мари.
– Надо погасить свечи, – сказала она, зевая.
– С какой стати? – удивился мальчик.
– Из‑за пожароопасности, – ответила Имоджен, в точности копируя маму. Мама постоянно предупреждала их об этом.
– Пожаро… чего?
Но Имоджен не ответила – она уже крепко спала.
Она спала, а толпы чудовищ рыскали в царящей внизу тьме. Их силуэты, как в жутком театре теней, плясали на закрытых оконных ставнях. Они запрудили улицы и перекликались через опустевшие площади.
Если бы вы жили в одном из огромных домов около собора и набрались бы храбрости выглянуть наружу, то смогли бы увидеть фигуру, скорчившуюся на вершине колокольни. Издалека её можно было принять за ребёнка. Или за очень дряхлого старика. Но если бы вы осмелились присмотреться получше, то наверняка разглядели бы слишком мускулистые плечи, очень длинные руки и чрезвычайно острые зубы…
Чудовища перебегали с крыши на крышу, на цыпочках крались по водостокам, прятались под карнизами. Уцепившись когтями, висели за окнами спален.
По ночам город безраздельно принадлежал им.
Глава 13
Не открывая глаз, Имоджен почувствовала, как за окном светит яркое солнце. Зазвенели колокола. Как странно! Около её дома нет ни одной церкви. Закричал петух. Нет, это определённо очень странно.
Кроме того, она почему‑то не слышала знакомых звуков своего дома: маминого радио, мяуканья кота, требующего завтрака. Где запах жарящейся яичницы? Имоджен приоткрыла один глаз. Где её апельсиновый сок? Она открыла второй глаз. Где вообще всё?!
И тут она вспомнила. Приподнявшись на локтях, Имоджен огляделась по сторонам, выдёргивая сны из реальности прошлой ночи. Лес был реальностью. Город, украшенный костями, был реальностью. И мальчик, который их спас, тоже реален. Кстати, он не спал и с интересом разглядывал её, сидя на стуле возле камина.
«Хм, – задумалась Имоджен. – Что нужно ему сказать? Просто «Доброе утро» или «Как вам спалось?». Именно это мама обычно говорила гостям по утрам. Но сейчас гостьей была сама Имоджен, поэтому она решила сразу перейти к делу:
