Секрет ведьмы

Тот задумчиво принялся меня изучать. Снизу вверх. От босых ног до макушки. Пока его взгляд не скользнул, застыв на нескромном вырезе сарафана, из которого выпирала новая грудь.

Я уже собиралась возмутиться и прикрыться ладонью, когда неожиданно поняла, что смотрит он не на выдающиеся достоинства, а на кулон.

Неожиданно резко встал и шагнул ко мне, заставив замереть и задержать дыхание.

Дыхание‑то я задержала, но аромат чужого довольно сладкого женского парфюма учуяла. И в сочетании с запахом мужского тела… это было… вкусно.

Я, конечно, очень восприимчива к запахам и очень не люблю, когда от мужчин несёт потом, куревом или перегаром. Но чтобы так вот, с пустого места принюхиваться к совершенно незнакомому мужчине – это слишком даже для меня.

Но тело отреагировало. И пусть это всего лишь искры возбуждения и внешне это никак не сказалось, было всё равно неприятно и неловко. Особенно если учесть, что Грин меня в качестве потенциального любовника не устраивал. Совсем!

И взгляд у него такой… жуткий, нечеловеческий. А ведь карие глаза всегда казались добрыми и тёплыми. До этого самого момента.

– А вот и ответ, – неожиданно тихо заявил он, протягивая руку и беря кулон, большим пальцем проведя по красной капельке крови.

– Какой ответ? – уцепилась Ульяна, вставая рядом.

– Антон пытался связаться со мной пару часов назад. Переступил через своё эго и просил о встрече.

– Хочет найти её?

– Заказ мы ещё не обсуждали, но других вариантов у меня пока нет.

– Но почему он не нашёл Карину сам?

– А вот это? – Грин приподнял медальон выше, продемонстрировав его сирене. – Как раз и ответ на твой вопрос. Он не сможет её найти, и никто не сможет. Сильная вещица. Глушит любой поисковик.

– Это сделала Марго? – спросила я, отступая на шаг назад.

Кулон скользнул и вновь упал мне на грудь, согретый чужим теплом.

– Нет, – отозвался тот, заглядывая мне в глаза. – Это не Марго. Заглушке больше десяти лет. Тебя защищал кто‑то другой.

Я снова шагнула назад. Всего на полшага. Больше не получалось. Упёрлась бедром в подоконник.

– Так много? Это какая‑то ошибка.

– Поверь мне, Риш, в таких вещах я не ошибаюсь. Никогда, – ответил он, возвращаясь на место и допивая кофе. – Тут даже не десять, а двадцать лет. Возможно, и двадцать пять.

Я сглотнула, покрываясь липким потом с ног до головы и дрожа от лёгкого сквозняка, который проник в комнату через открытую форточку.

– Двадцать пять?

Голос звучал хрипло, надрывно и незнакомо. Прокашлявшись, провела ладонью по горлу, пытаясь совладать с собственными эмоциями.

– Ты же знаешь, кто это, – произнёс он в ответ, наблюдая за мной поверх кружки.

– Бабушка… по отцовской линии, – нехотя призналась я. – Только она не могла… Никто никогда не говорил, что она обладает чем‑то необычным.

Я смутно помнила бабушку Аню, она умерла, когда я была ещё маленькой. Но мне навсегда врезались в память тепло её рук, ласковый голос и крепкие объятья. И медальон по её наказу я никогда не снимала. Выходит, не зря.

– По отцовской, значит, – задумчиво проговорил Грин и кивнул сам себе. – Что ж, это многое объясняет.

– Поделиться не хочешь?

– Есть дар, который передаётся лишь по женской линии. Именно поэтому его не получил твой отец.

Звучало бредово. Скажи мне пару дней назад, что я буду сидеть на чужой кухне и общаться с незнакомыми людьми о магических способностях своей семьи, то я бы отправила их на осмотр к психиатру. А теперь мне самой пришлось стать частью этого мира.

Затем пришла другая мысль: если бабушкин оберег скрывал и продолжает скрывать меня от всех, то каким образом меня раз за разом находил тот амбал? Первый раз я еще могла объяснить – он постучался в мою дверь. Но как быть с остальными? На него не действует? Но почему?

Вот только рассказывать о нём остальным я не спешила. Пусть это останется моей маленькой тайной.

– Допустим, ты прав, всего лишь допустим. Но от кого и зачем скрывала меня бабушка?

– Мне откуда это знать?

– А разве не ты здесь мистер всезнайка?

– Ты действительно хочешь, чтобы я тебе помог? – вдруг спросил мужчина, а сирена едва не захлопала от счастья.

– Смотря что ты попросишь взамен, – отозвалась я, подозрительно сощурившись. Как‑то слишком быстро и неожиданно Грин согласился мне помочь. – И в чём именно будет состоять эта самая помощь.

– Я научу тебя азам дара. Расскажу основные принципы, помогу в практике. На всё про всё у нас будет неделя, не больше. Дольше скрывать тебя не получится. После могу побыть в качестве охранника. Но недолго. У меня есть и другая работа кроме того, как защищать глупеньких ведьмочек.

Звучало заманчиво, вот только…

– Ты же сам сказал, что не работаешь с ведьмами, – заметила я, всё ещё отказываясь до конца верить ему.

– Исключение из правил еще больше подтверждает эти правила. Ульяна права, ты пока не ведьма, хотя сила в тебе бурлит и искрит.

Мне совершенно не хотелось, чтобы во мне что‑то булькало и сверкало, и если честно, то я была бы совсем не против, если бы всё вернулось на круги своя. Неведение уже не казалось такой страшной штукой.

– А я могу отказаться от этого? Могу стать обычной?

И замерла, ожидая ответа, как приговора.

– Рыбка моя, ты ей не сказала? – обратился Грин к Уле, которая уже давно не скрывала ликующего вида.

– Сказала, но я же точно не знала…

– Сила прижилась, закрепилась и стала частью тебя, – повернулся ко мне мужчина. – Насовсем. Отдать и забрать её не получится. Если только убить тебя.

– Ч‑что? Как убить?

– Медленно и очень больно, пока ты сама не согласишься отдать дар, как вручила его тебе Марго. Тогда смерть будет быстрой и лёгкой.

Я зашаталась, но успела вовремя схватиться за подоконник.

– Убить? Меня убьют?!

Мой крик не произвёл на Грина никакого впечатления.

– До Марго же добрались, а у неё защита была ого‑го‑го. Что, кстати, весьма странно. Ведьма была опытной, скрытной и очень осторожной.