Сити, деньги и перо

– Вьейа Бойисьёвна, – спокойно сказал Алексеев, обведя почтенную публику внимательным взглядом. – Отвьедите господина Вьинокуйова и бьянковского слюжащего в офьис «Ейемеевских маньюфактуй», я дьюмаю, что ми уже закончили.

Он проследил за тем, как я и ведьма помогаем подняться всё ещё дёргающемуся молодому человеку, а затем продолжил неторопливо говорить, буквально чеканя каждое слово.

– Это мой офьис, господья! И ви все, навьейное, забили пйавила повьедения в нём!

Каждое слово Алексеева отдавало эхом, накрывая зал целиком и отбивая всякое желание говорить что‑то против. Наоборот, казалось, что речь старика погружает слушавших его в некое подобие транса. По‑любому, это результат магии, а не природной харизмы Алексеева, хотя и надо признать, что заклинание достаточно полезное.

Дальнейший монолог нотариуса до моих ушей уже не долетел. Взяв юношу на руки, я проследовал вслед за секретаршей в сторону лифта. Поначалу мне казалось, что мы должны выйти на улицу или воспользоваться каким‑то подземным переходом, но всё оказалось гораздо проще и прозаичнее.

– Офис господина Еремеева находится на семьдесят пятом этаже, – пояснила ведьма, нажав кнопку вызова. К моему удивлению, Вера Борисовна вела себя абсолютно естественно, как будто ничего особенного только что не произошло. Ну, подумаешь, переполох устроила.

Впрочем, я спускать ей с рук подобные фокусы не собирался.

– А вам не кажется, Вера Борисовна, что вы сейчас перегнули палку? – начал было я выплёскивать наконец своё недовольство, несмотря на снисходительную улыбку ведьмы. – Вернее, сотворили что‑то абсолютно непотребное.

– Я? – делано удивилась секретарша Алексеева. – Я всего лишь привела к вам служащего банка, как вы и просили. Он, кстати, живой?

Я уже открыл рот, чтобы прикрикнуть на неё, но в этот момент двери лифта распахнулись и Вера Борисовна шагнула внутрь кабины. Я уже занёс ногу, чтобы сделать шаг следом, как вдруг из‑за спины раздался неожиданный возглас.

– Подождите! Подождите! Я поеду с вами!

В лифт буквально влетел невысокий кругленький мужчина, затянутый в черный строгий костюм и галстук невыразительного цвета. Причём, в отличие от меня, ему явно было комфортно в этой униформе. Пиджак и брюки смотрелись на нем «второй кожей», и, судя по его довольной улыбке, ему явно нигде не жало и не натирало.

Впрочем, я запросто мог ошибаться. Возможно, мужчина тоже страдал, как и я, а защемление лицевого нерва – вещь довольно распространённая. Вон как дёргается! Явно что‑то не так со здоровьем!

Поворачиваясь всем телом в разные стороны, неизвестный быстрыми движениями огляделся вокруг, не задерживаясь взглядом ни на каких деталях, а затем как‑то по‑клоунски щёлкнул каблуками и зачем‑то наклонил голову на правый бок, глядя прямо на меня.

– Андрей Александрович, разрешите представиться! Неклюдов Олег Дмитриевич, вице‑президент компании «Еремеевские мануфактуры».

– О как! – искренне удивился я, а затем поставил на ноги уже пришедшего в сознание банковского служащего. – Любезный, хватит притворяться. Отдайте мне карточки и отправляйтесь спать в другое место.

Парень, судя по всему, от всего увиденного потихонечку начинал ехать крышей, поэтому на мои слова отреагировал не совсем адекватно. Он молча смотрел на нас троих широко раскрытыми глазами и только открывал рот, как выброшенная на берег реки рыба.

– Юноша, ну что вы молчите? – поторопила его Вера Борисовна. – Где финансовые документы для Еремеева?

– У… у… у меня. – Оказывается, парень ещё и заикался. Как его с таким дефектом речи в банк работать взяли?

– Молодой человек, перестаньте трястись! – неожиданно жёстко рявкнул Неклюдов. – Вы на работе или где? Вам задали вопрос! Отвечайте нормально!

– Документы на открытие банковских счетов, карточки и конверты с ПИН‑кодами у меня. – Крик и впрямь подействовал на банковского клерка отрезвляюще. По крайней мере, заикаться он и правда перестал. – Надо расписаться в акте приёма‑передачи. А ещё я могу помочь настроить банковское приложение и предложить кредитную карту нашего банка.

– Юноша, ты сдурел? – выругалась секретарша Алексеева. – Счета в общей сложности почти на сто миллионов долларов, зачем ему ваша кредитка сдалась? Отдай документы – и свободен!

Расписываясь на формализованном бланке, я подумал, что ведьма и впрямь неплохо считает чужие деньги. Девяносто миллионов долларов, что‑то там в евро и что‑то в рублях. Я и не задумывался, сколько это всё вместе, не моё – и ладно. А она вот не поленилась, прикинула.

С каждой секундой Вера Борисовна нравилась мне всё меньше и меньше. Не знаю, может быть, у Алексеева в потустороннем мире и впрямь прекрасная репутация, но вот его секретарша явно напрашивается на неприятности.

Ведёт себя как‑то чересчур независимо и по‑хозяйски. Ругаться с ней в присутствии Неклюдова мне не хотелось, но вот компания начинала откровенно напрягать.

Лифт прибыл на нужный этаж, но юноша из банка выходить из него отказался.

– Я вам всё отдал, – промямлил он, опасливо глядя на меня и на Веру Борисовну. – Там, если что, визитка приколота, звоните, наша служба технической поддержки ответит вам на все вопросы.

Я кивнул парню, и он с облегчением нажал кнопку первого этажа. Чует моё сердце, сегодняшний рабочий день в его банковской карьере был последним. Ну, по крайней мере, в пределах района Москва‑Сити. Ещё пара таких приключений, и он пополнит ряды молодых инфарктников.

Впрочем, я постарался выкинуть парня из памяти сразу же, как только сомкнулись створки лифта. У него свои проблемы, у меня свои, так что не стоит тратить время на того, кого, возможно, больше никогда не увидишь.

Тем более моё внимание почти сразу же привлекла окружающая обстановка. Здесь всё выглядело совсем не так, как перед офисом Алексеева. Мягкий ворс под ногами, выкрашенные в ярко‑изумрудный цвет стены и огромная мозаика из камней на одной из стен. Поверх инсталляции шла огромная надпись золотыми буквами.

«Еремеевские мануфактуры».

Однако… Посетителю прямо с порога дают понять, что он пришёл в солидное место, где водятся серьёзные деньги. Признаться честно, если бы я попал на этот этаж при других обстоятельствах, то немедленно бы вызвал лифт и отправился обратно. Общение с этой компанией мне явно не по карману.

А вот Вера Борисовна, похоже, бывала здесь неоднократно. Она вышла из лифта уверенным шагом, а девочка на ресепшен, увидев ведьму, расцвела в доброжелательной улыбке.

– Добрый день! – с заученными интонациями пропела сотрудница «мануфактур». – Могу я вам чем‑нибудь помочь?

Затем она увидела за спиной секретарши Неклюдова и буквально подпрыгнула на месте.

– Здравствуйте, Олег Дмитриевич! – почему‑то растерялась она. – А вы уже вернулись?

– А не должен был? – язвительно поинтересовался вице‑председатель. – Или я должен был спросить вашего разрешения?

– Леночка, позовите, пожалуйста, господина Якимова, – непонятно по какому праву влезла в диалог ведьма. – Это представитель нового владельца вашей компании, ему надо показать кабинет и познакомиться с коллективом.