Сити, деньги и перо

– Что‑то наподобие, – неопределенно помотал я головой. Лечебные снадобья уже начали действовать, отчего пространство перед глазами плыло, а в животе ощутимо мутило. Не хватало ещё только, чтобы прямо здесь стошнило, а затем умудриться потерять сознание. Тогда думаю, что у француза в России останется только одна дорожка – в психушку. Потому что ни в каком другом месте в его приключения попросту не поверят.

– Пойдем! – Несмотря на слабость, я, опираясь на Еремеева, всё‑таки заковылял в ту сторону, где должен был быть Мерзкий. Куда мы вообще заехали? Ощущение, что это не Москва, а какая‑то глушь, километров двести от Воронежа. Ни одной машины, ни одной любопытной рожи. Чудеса, да и только.

Мой друг лежал на обочине, уткнувшись лицом в землю и сжимая в руке свою верную «Беретту». Рядом с ним валялись пустые магазины и пистолетные гильзы.

– Помоги! – я уже не просил, а приказывал, но француз послушно исполнял все мои указания. Пуля попала Максиму в район ключицы и, пройдя через область сердца, застряла где‑то в животе. Мерзкий казался мёртвым, и Еремеев даже испуганно отпрянул от тела, но мой чудесный слух всё же уловил слабое дыхание.

Макс в очередной раз не собирался поступать как все и умирать на этой грязной обочине. Наверняка у него было слишком много претензий, которые он не успел высказать в мой адрес, поэтому он цеплялся за жизнь всеми доступными способами.

Я влил ему в рот содержимое ещё одного пузырька с бурой жидкостью и досадливо поморщился, вспомнив, что мы с Мироном так и не купили у Моси «красный огонь». В этом году на зелье был объявлен аукцион, в котором победили чертановские ведьмы. Стоимость чудодейственного эликсира исчислялась совсем неприличными цифрами, а с учетом того, что старый пройдоха хотел всю сумму сразу и наличными, нам с Мироном такое счастье не светило в принципе.

А надо бы. Я совсем не уверен, что Мерзкий без «красного огня» выкарабкается.

– Дай телефон! – попросил я Еремеева, но тот только виновато улыбнулся и пожал плечами.

– У меня французская сим‑карта. Она в вашей стране не работает.

– Тьфу ты! – Сил не было даже материться. Впрочем, как оказалось, сплюнуть тоже было нечем. – Найди остатки моих джинсов. Там мобильник.

Выживший во всех приключениях мобильник был единственной хорошей новостью за последние полчаса. А восемь пропущенных вызовов от Эдика – плохой. Сейчас же орать начнёт, а на это совершенно нет времени.

– Андрей! Ты с катушек съехал? – предсказуемо завибрировал динамик от начальственного рыка полковника. – У тебя хотя бы что‑то в голове имеется?

– Эдик, не ори! – изо всех сил сдерживаясь, попросил безопасника. – Дай лучше Мирона. Я ему быстрей объясню.

– А нет больше Мирона, – неожиданно потух в трубке голос Эдика. – Взорвали его. По твоей милости, кстати, взорвали. Прямо на выходе из аэровокзала!

 

Глава 3

 

Хорошо быть полковником госбезопасности. Я так понимаю, изначально Эдик планировал отвезти француза совсем в другое место, но произошедшие за последние несколько часов события внесли в нашу жизнь огромные коррективы.

И что бы вы думали? Буквально парочка звонков – и вот! Мы уже сидим в неизвестном частном доме в Переделкино, наслаждаясь треском дров в камине. Интересно, здесь кто‑нибудь живёт на постоянной основе?

Двухэтажное строение из толстых брёвен совсем не походило на продукт современного зодчества. Почему‑то складывалось ощущение, что дом не строили, а именно клали настоящие мастера своего дела, причём с помощью одного только топора и без использования гвоздей с саморезами. Но зато сейчас здесь во всём чувствовалась основательность, которую не портили даже современные доработки в виде камина или газовой трубы, входившей внутрь с улицы.

Если я понял правильно, то внизу дома, на первом этаже, располагались кухня, кладовые, санузел и гостиная, а наверху находились исключительно спальни.

Мы с Жаном расположились в просторной комнате на первом этаже, которая вполне могла выполнять функции не только гостиной, но и столовой или библиотеки. По крайней мере, массивный дубовый стол, занимавший существенную часть пространства, наводил на мысли о еде, а вот густо уставленные книгами полки по стенам непроизвольно рождали желание приобщиться к мировой мудрости.

Картина, достойная классической литературы. Камин, бокал коньяка и пожелтевшие страницы напечатанного минимум полвека назад фолианта. Мне всегда казалось, что именно так проводят вечера аристократы.

Кстати, корешки книг здесь оказались достаточно любопытными. Макиавелли соседствовал с воспоминаниями Рокоссовского, а модный в определенных кругах доктор Курпатов почему‑то располагался совсем далеко от трудов Фрейда, Юнга и Леонтьева.

Журнальный столик рядом с креслом вообще оказался завален дамскими глянцевыми журналами, причём некоторые из них уже успели покрыться приличным слоем пыли. А вот книги выглядели идеально, да и камин смотрелся абсолютно чистым. Ощущение, что дом убирается избирательно. Здесь мо́ем, а здесь не будем.

Странные вкусы у хозяев. Интересно, кто же они всё‑таки такие?

А может быть, это просто очередная конспиративная квартира, вернее, конспиративный дом, пыль в котором протирается раз в месяц по заранее утверждённому графику и маршруту. Скорее всего, именно так дело и обстояло, иначе я окончательно потеряю веру в человечество.

Ну правда, это ж абсолютный треш, если у этого особняка есть хозяева, которых только что попросили погулять. Вопрос только, как надолго их отправили? На несколько часов или несколько дней?

С другой стороны, сейчас это явно не моя головная боль. У меня и своих проблем хватает. Где же Эдик? Если честно, таким злым я полковника ещё ни разу не видел. Он не кричал, не устраивал разборок, он просто посадил меня с французом в машину и привёз в этот дом. Оставил с нами двух сотрудников и умотал, фактически не сказав ни слова.

Лучше бы он наорал на меня за самодеятельность. С другой стороны, может быть и хорошо, что я инициативу проявил. Не устрой мы с Мироном балаган, то и не увидел бы Эдик своего француза. Хотя и так беспредел выше крыши. Я и не вспомню уже, когда последний раз кто‑то взрыв возле аэропорта устроить решился.

Да и стрельба фактически в двух шагах от МКАДа – тоже событие не рядовое. Кому‑то этот Еремеев понадобился, причём крепко понадобился. Нападавшие явно не рассчитывали, что столкнутся со мной, иначе закончилось бы всё куда быстрее и гораздо печальнее. Эдик нашёл бы только трупы. Какой бы Мерзкий профессионал ни был, но от оборотня пистолетом не отобьёшься.

Непроизвольный вздох отозвался болью во всём теле. Очень надеюсь, что с Максом по итогу всё будет хорошо.

Одна надежда. Я слышал, как для него вызывали вертолёт, чтобы перевезти в Голицынский госпиталь. Ежели довезут, то Макс обязательно выкарабкается. Потому что если в нашей стране и существуют не просто врачи, а волшебники и целители, то они работают именно там. Особенно хирурги. Так что у Мерзкого была ровно одна задача – дотянуть до операционной, и я верю, что он с ней справился.