Стоящие свыше. Часть IV. Пределы абсолюта

– Не надоест, – ответила она. – Я когда рядом с вами, мне так хорошо…

– Поспи немного. В самом деле, ночью идти безопасней – когда еще выспишься?

– Мне жалко спать. Знаете, я так скучала без вас в замке, что думала: не засну ни на минуту, когда снова с вами встречусь.

Но после того как они поели пирогов, собранных мамонькой на дорогу, Спаска задремала, и Волчок поудобней устроил ее голову у себя на коленях, как на подушке, накрыл ее полой плаща – но сам заснуть не мог, с удивлением думая, что ему тоже «жалко спать». Он боялся шевельнуться, чтобы ненароком ее не разбудить, а внутри все переворачивалось – то от счастья, то от страха за нее, то от боли предстоящей разлуки, то от желания прижать ее к себе покрепче, то от накатывавшей волнами нежности… Он догадывался, что благополучный выход из Хстова еще ничего не значит, что все подходы к замку перекрыты и, стоит на болотах подуть ветру, Особый легион тут же нападет на след колдуньи, но… Но почему‑то чувствовал себя всесильным. Как тогда, в апреле, выходя в одиночку против десяти сабель.

 

31 мая 427 года от н.э.с. Ночь

 

 

 

Поздним вечером в субботу две лодки пошли вверх по течению Сажицы: вся прислуга из особняка профессора, сам Важан, Йока и Змай отправились в Беспросветный лес. Змай стоял на носу, и было понятно, что никто из чудотворов не посмеет к ним приблизиться. Йоку Важан посадил на весла вместе с Цапой – грести против течения в одиночку было тяжело.

– Йелен, я знаю, ты еще не принял решения. Но будь добр уважать чувства тех, кто придет на праздник. – Профессор сидел на корме и смотрел Йоке в лицо.

– Что я должен делать, профессор? Обещать им то, чего я, может быть, не стану выполнять? – Йока смахнул пот со лба и едва не сбился с ритма, который задавал Цапа. Лодку качнуло.

– Господин Йелен, позвольте попросить вас не отвлекаться. – Цапа подтолкнул его в бок.

– Нет, – ответил профессор. – Они знают о том, что ты еще не принял решения. Я прошу всего лишь не демонстрировать презрения и не отнимать у них надежду. Еще я бы посоветовал им понравиться. Думаю, ты уже понял, что мрачуны не враги тебе. И не враги Обитаемого мира.

– Да, я это понял.

– Я надеюсь на твою сообразительность и благоразумие.

– Хорошо, профессор. Я буду сообразительным и благоразумным.

Через полчаса Йока изрядно притомился, и на веслах его сменил Змай – Важан сказал, что Вечному Бродяге нужна разминка – полная выкладка ему еще предстоит. Но вскоре, оглядевшись по сторонам, Цапа велел сушить весла и включил мотор: взвыли магнитные камни, и вспенилась вода за кормой.

– Так‑то повеселей будет. – Цапа подмигнул Йоке.

– А… А зачем мы гребли столько времени?

– Здесь уже нет жилья, и нас никто не услышит, – ответил за Цапу Важан.

Сажица нырнула в Беспросветный лес, и сумерки майского вечера сменились ночной темнотой, но профессор невозмутимо поднял над кормой фонарь, в котором незамедлительно вспыхнул лунный камень.

– Йелен, ты умеешь зажигать лунные камни?

– Да, меня научил Мален.

– Сегодня ты будешь учиться одновременно вбирать в себя энергию, отдавать и держать горящим лунный камень. Сложней всего для тебя будет не зажечь при этом все лунные камни в Славлене.

Чем выше по течению они поднимались, тем быстрей навстречу бежала вода, и вскоре Цапа направил лодку к берегу.

– Дальше мы пойдем пешком, господин Йелен.

И только тут Йока разглядел, что вдоль берега тянется длинный плавучий причал, к которому привязано несколько десятков лодок! Сколько же на этом тайном ночном празднике будет людей? И дальше вдоль реки вела не тропинка даже – целая дорога…

– Профессор, и что, чудотворы не знают, что здесь бывает сразу столько мрачунов? – спросил он, не выдержав.

– Отчего же, знают. Они не идиоты.

– А… почему они тогда не арестуют вас?

– А какой им в этом смысл? В последние лет тридцать чудотворы ценят мрачунов, ведь мы сбрасываем энергию в Исподний мир.

– Но ведь по закону…

– Йелен, не будь ребенком. Жесткие законы и общественное мнение позволяют контролировать мрачунов. А также расправляться с неудобными и неугодными.

– Профессор, подобными разговорами вы травмируете ребенка, – улыбнулся Цапа. – В этом возрасте у человека должны быть какие‑то идеалы и иллюзии.

– Иллюзии вредны в любом возрасте, а идеалы на иллюзиях не строят, – отрезал профессор.

Сначала дорогу им освещал лунный камень в руках Важана, но вскоре появилось множество фонарей, укрепленных на стволах деревьев, – и стало светло почти как на ночных улицах Славлены, только в Славлене горели солнечные камни, а здесь – лунные.

Сажица бежала все быстрей – здесь и мотор не справился бы с ее течением, – а вскоре за ее журчанием стал слышен шум водопада. Йока не мог даже предположить, что здесь, в Беспросветном лесу, в нескольких лигах от Славлены, может быть водопад. Он бывал на водопадах неподалеку от Натана и в Элании – и мечтал когда‑нибудь снова побывать там.

– Водопад – один из самых безопасных способов получения мрачуном очень больших энергий, – сказал Важан, словно читал мысли Йоки. – Не сравнить с дождем или солнцем – скорей только с ураганом или землетрясением. При этом ни землетрясение, ни силу урагана нельзя контролировать, а водопад будет давать тебе энергии тем больше, чем ближе ты к нему сможешь подобраться.

– Откуда он здесь?