Тайные чувства главы корпорации

– Когда летишь на флайере мимо смерчей или обходишь лавовые потоки, становится страшно. Но от ощущения открытого пространства захватывает дух и чувствуется свобода. А еще очень странно знать, что вокруг тебя столько пустующих площадей, но ты не можешь там жить, потому как планета устраивает все новые и новые каверзы. Плюс к тому там обитает множество опасных тварей, которые делают жизнь просто невыносимой. Нельзя расслабляться ни на минуту. Промедление равносильно смерти.

– Но там ведь есть ученые, исследователи, – с сомнением произнесла я.

– Все они проходят специальный курс подготовки. Неподготовленному просто нечего делать за периметром. От оплошности одного могут пострадать другие, а своевременная реакция спасает жизни. Естественно, люди за периметром работают в специальных строениях, расположенных на антигравитационных платформах, и на поверхность планеты выходят только в защитных костюмах. Допуск получают далеко не все.

Почему‑то я вспомнила требование Олли – во что бы то ни стало попасть на базу за периметром – и ощутила неловкость. Чем ближе я узнавала Торна, тем меньше хотелось помогать сопротивлению. Я до сих пор пыталась рассмотреть в Алексе что‑то хорошее, словно в голове работала установка.

Нет, не буду ни о чем его просить. Пусть все идет своим чередом.

– Наверное, здесь и правда безопаснее, – обвела я рукой пространство. – Уже поздно, а у вас ведь тоже есть другие дела. Спасибо за гонки и за экскурсию. Но в следующий раз не стоит мне уступать. Теперь я чувствую себя не слишком комфортно, ведь на самом деле не победила.

– Значит, ты моя должница, – усмехнулся он.

– Вы опять начинаете? – возмутилась я. – Что же вам от меня нужно?

Торн ненадолго призадумался, а потом неожиданно выдал:

– Ты ведь умеешь хранить чужие секреты?

– Наверное. А почему спрашиваете?

– Хочу доверить тебе парочку своих тайн. Ты же не откажешь составить мне компанию в одном интересном занятии? Взамен обещаю убойные эмоции.

Голос Торна прозвучал так, словно он и впрямь собрался кого‑то убивать, и мне стало не по себе. Его личные эмоции подействовали как ледяной душ. Холодный прагматизм в сочетании с циничной издевкой.

– Думаю, нам не стоит продолжать личное общение, – отрезала я. – Сами сказали, вас могут неверно понять. Так что я как‑нибудь переживу без убойных чувств. А вы отлично проведете время и без моего присутствия.

– Подумай хорошо, разве тебе не интересно испытать острые ощущения, совсем другие, нежели во время гонки? – чуть склонился он ко мне, и я пошатнулась, остановившись на самом краю дамбы.

Я вскрикнула и зашаталась, едва не упав в воду, а Торн поймал меня за руку, притянув обратно к себе. От касания его пальцев меня прошибло насквозь, как электрическим разрядом. А неприкосновенный только громко рассмеялся.

– Я сам найду тебя.

– Я ведь уже сказала, что никуда не собираюсь! – Меня разозлила его реакция.

– Можешь считать это моей прихотью.

Я развернулась, поспешив обратно к мобилю, который черным пятном выделялся на фоне едва освещенного неба. Даже не знаю, как смогла дойти и ни разу не оглянуться, хотелось лишь поскорее покинуть это место.

В последний момент, когда завела мотор аэромобиля, вдруг почудилось, что меня попросту не выпустят из запретной зоны, остановят и начнут задавать вполне понятные вопросы. А если скажу, что сюда привел Торн, то не поверят.

А еще за пределами электростанции могут поджидать копы…

Я не видела Алекса, похоже, он так и стоял в том месте, где я его оставила. Последние слова Торна не давали покоя. Какой же он на самом деле? Я совсем запуталась. Но разум подсказывал, что лучше не обольщаться. Я сама видела, на что способны неприкосновенные. Для них человеческая жизнь ничего не стоит.

Они могут одной рукой дарить милость. А другой казнить неугодного без зазрения совести. А я только раззадорила Торна своим отказом, теперь он точно от меня не отстанет. Но и согласиться не могла.

В стороне мелькнула проходная, дальше я заметила длинные трубы и насосы, что качали воду в Пирамиду с поверхности планеты, прогоняя через фильтрационные установки. Но разглядывать их не стала, поспешив убраться подальше. Как ни странно, никто меня не остановил. Ни на границе зоны, ни дальше, у огромных конструкций. Полицейских каров я тоже не заметила.

Уже на полпути к мобилсервису вдруг сообразила, что за мной вполне может идти слежка, о которой я даже не догадываюсь. И тогда я по глупости выдам расположение штаба агентам «Спектра». Это сильно озадачило. Но признаться кому‑то из знакомых, что разговаривала с Алексом Торном, который и был таинственным гонщиком, я не могла. Пообещала ведь никому не рассказывать его тайну! Сам того не понимая, он поставил меня в неловкое положение.

Немного подумав, я остановилась на парковке и набрала Майлза.

– У меня проблема: управление в этой летучке заглючило, кажется, что‑то с бортовым компьютером.

– Я уж хотел тебя искать. Где ты находишься?

– На одиннадцатом, я сброшу координаты. Заберешь машину отсюда?

– Уже поздно, но… хорошо, сейчас я подъеду. Только возьму грузовик.

– Тогда захвати и мой скайтер, если не сложно, – попросила я.

– Ладно, чего только не сделаешь для победительницы гонок, – добродушно проворчал Эркин. – Надеюсь, с мобилем ничего серьезного?

– Сущие пустяки, – заверила я.

Через полтора часа я находилась дома и лежала в постели, вновь переживая все сумасшедшие события этой ночи в голове. Оставалось надеяться, что заботы, связанные с предстоящим переездом, затмят мои навязчивые мысли о Торне. А путь в «Кибергайку» лучше временно забыть. Думаю, Олли меня поймет и не станет возражать.

 

Алекс

 

Я уже не полетел в здание корпорации, вместо этого сразу отправился домой. Оставил спортивный мобиль на личной стоянке и вошел в свой жилблок. Нечто вроде пентхауса, как выразились бы жители других планет, увидев это строение.

Огромные сверхпрочные панорамные окна моего не самого скромного жилища выходили прямо на ночное небо, усыпанное яркими звездами. Сегодня не бушевал ураган, не моросил дождь, поэтому фильтры не активировались. И можно было разглядеть далекую туманность, в которой прятались разные космические объекты, а еще голубой шлейф кометы, пролетающей в этот момент неподалеку от Фронтерры. Не так давно капсулы «Спектра» добрались до этой самой туманности, которую мы назвали Рубином. Но никаких признаков разумной жизни или пригодных для человека планет там не обнаружили, а доставка сырья оттуда выходит слишком уж накладной.

Но я видел эту картину много раз, поэтому не заострял на ней внимание. В конце концов, даже к хорошему привыкаешь, и оно не кажется чем‑то удивительным. Сегодня меня куда больше интересовало то, что я узнал.

Меня интересовала она.