Тень за моей спиной

Присмотрелась, действительно! Неприметная дверь, оклеенная теми же обоями, как и сама комната, была моим спасением. А большое зеркало с расчёской и вовсе подняло настроение.

За дверью послышался приглушённый разговор. Кажется, кто‑то незнакомый что‑то говорил Саше, и тон общения был отнюдь не любезным. Как нарочно, приоткрытая дверь и свет в ванной не давали  приблизиться и послушать, что произошло. Но я сделала шаг, другой…

– Познакомь меня с твоей девушкой! – раздался чужой голос с нотой заинтересованности.

– Женя, выйди к нам, пожалуйста! – попросил мой Морозов, хотя, кажется, не особо этого хотел.

Но я вышла, конечно же. Не вечно мне стоять в ванной и делать вид, что отсутствую. Как оказалось, Саша разговаривал с седоволосым мужчиной, на вид которому можно было дать лет восемьдесят.

– Здравствуйте! – вежливо, но испугано поздоровалась я и тут же была прижата Сашей к его сильному телу.

– Добрый вечер, милое дитя, – незнакомец оказался любезным, а вот его глаза мне показались колючими, да и уголок рта подёргивался, выдавая нервное напряжение. Неприязни в свой адрес, однако, я всё‑таки не заметила и то ладно. Только вот напускное спокойствие от меня спрятать так и не удалось. – Чего же вас тут мой племянник прячет? Боится, украдут?

Смешок сорвался с искусственной улыбки дядюшки, а вот рука Саши усилила свой напор, что стало немного больно. Но я не обратила на это внимание, потому что было ощущение, что вокруг нас сгущался воздух, настолько накалилась атмосфера при внешней благоразумности.

– Пусть только попробуют, – отозвался Саша немного резким тоном, похожим на рык. И от этого противостояния у меня мурашки побежали по рукам. А ещё возникло ощущение, что эти двое вели мысленный разговор, озвучивая только отдельные фразы. Как‑то слишком много тишины для нежной родственной встречи.

– Тебе надо выйти к… – быстрый колючий взгляд мужчины снова метнулся ко мне, – к своим гостям.

Да что же это такое! Я оказалась притиснутой к телу своего любимого настолько, что стало трудно дышать. Происходящее мне нравилось всё меньше. Какие шашлыки, винцо и танцы? В воздухе ощутимо запахло угрозой! Что нужно ненаглядному престарелому дядюшке?

– Иди, скоро буду! – низким голосом отозвался мой Морозов, но его дядя даже с места не двинулся. Очередное противостояние длилось недолго.

– Александр, ты знаешь, что откладывая, только хуже себе делаешь. Пойдем, – ледяным тоном произнёс чудо‑родственник. И в то же мгновение, на долю секунды, неприязнь коснулась и меня.

– Хорошо, – сильные руки сжали плечи, и Саша шепнул мне на ушко, – жди меня здесь, не выходи. Скоро буду.

Я кивнула, не в силах оторвать взгляд от закрывшейся за мужчинами двери. Что это было? Почему вдруг вечеринка превратилась в какой‑то конфликт? И повинуясь внутреннему порыву, осторожно приблизилась к окну, посмотрела вниз. Ещё недавно все веселились, готовились к дружеской вечеринке, а сейчас… Стенка на стенку, вот как называлась картина, открывавшаяся передо мной. Причем численность команды Морозова была в явном меньшинстве. И складывалось впечатление, вершиной столкновения был мой любимый и этот родственник.

– Разборки? – пробормотала, не сразу осознавав, что сказала это вслух.

– Так и есть. Тебе надо к нему, – неожиданно прозвучало за спиной, и я резко обернулась. Роман Лисов уже не казался мне таким обаятельным, как вначале. Что‑то в нём проскользнуло хищное, стоило только мужчине взглянуть вниз из окна.

– Саша рассердится, я буду ему мешать.

– Пойми! – убежденно проговорил Лисов, словно я для него была маленькой неразумной девочкой, – только ты сейчас сможешь удержать Морозова, чтобы он не рассорился со своей семьёй. Для него это действительно важно.

Я посмотрела на собеседника, перевела взгляд вниз. Происходящее и мне казалось каким‑то неправильным. Но выскакивать к чужим людям и виснуть на мужчине, даже если ты считаешь его своим, это как‑то неприлично.

– Они убьют друг друга, ты этого хочешь? – совершенно спокойно произнёс Роман, сверля меня хищным взглядом. Мне показалось, что даже злость промелькнула в его глазах, и это было совершенно непонятно. Что здесь творится?

– Но почему… – у меня в голове не укладывалось всё происходящее, – что они не поделили?

– Многое, не мне лезть в дела старших, – сказал, словно выплюнул Лис. – Евгения, нельзя медлить! Он сожрёт Сашку, даже не поморщится! Это монстр, не человек! У него огромная власть, Морозову такая пока даже не снилась!

– Почему я, а не вы? – странная манера толкать девушку между двумя разозленными мужчинами была мне непонятной. – Нет, я не против, но в чём дело?

– Потому что только тебя он может сейчас послушать, – «огорошил» меня выводом Лисов.

Я направилась к двери, не понимая, что именно происходит там внизу. Но даже сейчас, своим человеческим умишком осознавала – перевес сил явно на стороне пожилого родственника. Вон, каких качков он с собой привёл, все один к одному! Всё ещё не придумав, как поступить и что сказать,  ведь происходящее для меня было чем‑то тяжёлым и непонятным, я открыла дверь из дома, сделала шаг, другой по направлению к «клубку раздора» и остановилась. В этот момент абсолютно все присутствующие здесь, а это более сорока человек, повернулись в мою сторону. И конечно же, двое мужчин, предводители конфликта, тоже уставились на меня. Я замерла, растерявшись от их глаз, жутких и решительных. Даже Сашка сейчас был похож на какого‑то головореза, а выражение его лица настолько отличалось от такого привычного, родного, что я отшатнулась.

– Что происходит? – прошептала, чувствуя, как деревенеют ноги, а внутри что‑то сжалось в трусливый комок. Это сердце ушло в пятки, не иначе. Сашины глаза сверкнули, но я не разобрала, злость в них мелькнула или что‑то другое. Что‑то обжигающее, чужое, показалось и спряталось, словно и не было.

– А вот и он, наш способ решить конфликт, – дядюшка улыбнулся, обнажая желтоватые зубы, – надеюсь, ты, дорогой племянничек, понимаешь, что это означает?

Стало неприятно от цепкого взгляда старика, каким он вскользь прошёлся по мне. Может быть, теперь спор примет более мирное направление?

– Женя, иди сюда, – приказал Сашка, а я даже не думала обижаться на его властный тон. Как‑то спокойнее с ним, что ли. Подошла, вложив свою руку в его ладонь, и ощутила тревогу ещё сильнее. Именно в этот момент глаза пожилого мужчины сверкнули, а взгляд, направленный в сторону моего Морозова, не предвещал ничего хорошего.

– Ну что же ты молчишь? Или тебе всё равно? Посмотри внимательнее по сторонам, может, найдёшь ответ, призывающий к повиновению? – правый уголок рта старика хищно дёрнулся, – или не она первая, не она последняя?

Ладонь Сашки сжалась, а я в душе запаниковала. Как‑то неправильно всё было, словно не по‑настоящему! И эти странные слова, которые произносил старик, от них мне становилось не по себе.

– Убирайся, – процедил сквозь зубы мой мужчина, задвигая меня за спину.