Тюльпаны

Индивидуализм в академии вообще не поощрялся, что проявлялось во всем – в спорте, работе, творчестве. Превосходить в чем‑то всех считалось неприличным, да и не приветствовалось наставниками. Такие ограничения позволяли избегать конфликтов и не давали людям повода для зависти. Всё это считалось порочным.

В своё время Основатели, те, что пережили Последнюю войну, извлекли хороший урок из прошлого и составили новый свод правил и законов человеческого бытия. Люди хотели жить в спокойствии, в гармонии с природой и видеть только прекрасное. Поэтому власть имущие и решили создать мир подобный райскому саду, о котором они слышали от людей, помнящих, как счастливо, по их мнению, они жили раньше. Иных источников информации у Основателей не было – все уничтожила война.

Основой новой власти стала вера. Почему она? Да потому, что любая форма правления за всю историю человечества всегда кого‑нибудь не устраивала и постоянно подвергалась сомнениям. А вера, религия жили веками, пусть и меняя свои атрибуты, оставляя принципы неизменными. Также, во времена невзгод, прожитых под бомбардировками, под пулями, Основатели со всей очевидностью увидели, что люди невольно отринули в сознании технологическую цивилизацию и стали тянуться к природе, что проявилось не только в образе жизни, но и в простой одежде, отчего и они, и их дети – молодые тюльпаны носили наряды, олицетворяющие окружающий мир. Это и не удивительно, когда ты не видишь ничего кроме мрака и смерти, только цветы могут обрадовать душу и помочь отрешиться от несчастий.

Но мудрые Основатели знали, что ради самой жизни, и природа бывает жестока. Наученные горьким опытом они утвердили постулат о том, что раз эта жизнь дарована человеку здесь и сейчас, следовательно, и наказание за грехи для тех, кто выйдет за рамки разумных ограничений, произойдёт сразу волею Верховного правителя, а не когда‑то в далеком загробном мире.

Тем не менее, идею вечных мук, которую Отцы‑основатели получили от предков, они также заложили в основание веры и грозили нескончаемыми карами всем неверным духом, тем, кто не хотел принимать новые порядки. И большинство людей последовали за Основателями, ведь тот ужас, что они уже пережили, заставлял их уповать только на высшую силу.

Новое человеческое сообщество устояло и даже постепенно, год за годом, превратило свое существование в подобие Божьего царства.

Островитяне так и назвали свой дом – Рай, а противоположный израненный берег, переживший все ужасы войны, – Адом. Всё было в точности, как им рассказывали предки. Рай был цветущей землёй, а Ад мёртвой пустыней, в ночи которой раздавались жуткие звуки и свет дьявольского пламени. На материке земля была настолько изуродована, что вся ее поверхность покрылась обугленной коркой, и использовать её для обработки стало невозможно, так как она убивала любые растения. К счастью, остров и Черную землю разделял пролив Мертвого океана с отравленной водой. Пролив был относительно неширок, позволяя жителям Рая воочию наблюдать за страшными тенями и адскими вспышками, что служило лишним назиданием жителям острова. Да, островитянам очень повезло, ведь на их земле прямо с гор текла чистая вода, которую они использовали для жизни.

Время шло, несчастья и прошлый уклад забывались, каждое новое поколение двигалось по прямому курсу добра и мира, начертанному первыми переселенцами, который прививался людям с детства.

Но прошел не один десяток лет, прежде чем принципы и идеи, которые закладывали Основатели в устройство общества, стали для людей привычными и выполнялись беспрекословно.

 

– Эх… Держи. Застежка очень хлипкая, советую заглянуть к мастеру Альберто и поменять её, – сделав всё что смог, произнёс Джузеппе.

– Спасибо тебе, обязательно загляну к нему, если не забуду, – ответил Джошуа, поклонившись.

– Истинная добродетель жить в гармонии со своими мыслями, иначе твоя жизнь превратиться в хаос, – наставлением закончил свою работу улыбчивый дедушка.

– Как тут всё успеть, весь день расписан, и времени думать не остаётся вовсе, – Джошуа развел руками.

– Нужно начинать с малого и двигаться к большему. Возьми, например, тот куст, что ты стрижёшь. Маленькое зернышко прорастает из земли, становясь пышным растением, но свой путь оно преодолевает поэтапно. Так же и ты, начни с наблюдения, попробуй расписать свой день, отдельно выпиши те моменты, в которых ты не справляешься или о которых забываешь, и решай их в первую очередь. Бумага в помощь, коль глуп детеныш, – рассмеялся Джузеппе.

– Это ты сам придумал? – спросил Джошуа.

– А то! В твои годы я был известен своим острым умом, и написал много пьес, которые до сих показывают в театре, – скромно ответил старичок.

– Это про ослицу и козла‑то? – с ухмылкой спросил юноша.

– И не только эту, просто вы, молодёжь, хватаете то, что лежит на поверхности, и остального не видите, – задумчиво ответил Джузеппе.

– Вот скажи мне, Джузеппе, какой смысл стричь эти кусты? Росли бы и ладно, что с того, что они будут круглые или квадратные. Зачем придавать им форму? – задал очередной вопрос Джошуа.

– А ты сам посмотри, сынок, – с улыбкой произнес старик, обводя рукой округу, – природа прекрасна и её творения воистину бесподобны. Но и наш труд чего‑то стоит. Мы придаём природе смысл, насыщаем ее новыми красками и создаём удобную для человека среду обитания, ничуть не нарушая общую картину. Так одинокий куст становится частью прекрасного сада. Да и мне так больше нравится, так что давай юноша, меньше слов, больше дела, – рассмеялся Джузеппе, видя возмущение юноши.

Каждый тюльпан, заканчивая учебный день в академии, отправлялся на обязательную помощь другим людям, которая длилась до вечера, заканчивая свою работу час в час со взрослыми тружениками. Джошуа работал в саду, где советники частенько проводили время, наслаждаясь уединением с природой, размышляя среди благоухающих растений. Так изо дня в день, посещая сад, Джошуа и подружился с Джузеппе, который стал для него не только другом, но и неким добровольным наставником, чего сам юноша и не замечал, считая старика просто своим старшим товарищем.

 

Закончив дела и попрощавшись с Джузеппе, Джошуа отправился домой.

Островитяне жили семьями, и в каждой семье обычно было по два ребёнка. Двое взрослых и двое детей, как правило, мальчик и девочка. Родителей Джошуа звали Анна и Клаус, а его младшую сестрёнку нарекли Пьетрой. Но родители имен не выбирали, их давал Верховый при рождении,.

Дома на острове были одинаковыми по размеру, хотя и имели разные фасады. И хозяйство у каждой семьи было более‑менее одинаковым – завидовать было нечему. Все трудились в равной мере, что помогало жить в достатке всем жителям, так как природа острова действительно была прекрасна и плодовита. В основном все продукты жители получали со своего подсобного хозяйства, а недостающие им выдавали на работе раз в неделю. Особо ценные дары Господа, которые на острове были редкостью, – чай, кофе, соль, специи и прочее – распределяли советники храма по семейным талонам.