Тюльпаны

Все были довольны и проблем с продовольствием никто не испытывал – сельскохозяйственные культуры росли буйно и обильно. Но вот с большими деревьями – дубом, грабом, платаном, пинией, дело обстояло гораздо хуже. Конечно же, они были и прекрасно росли на острове, в горах даже имелись густые леса, но численность деревьев, их рост и использование строго контролировались. Вся древесина была на учете, поэтому многие дома были построены из камня, а крышу устраивали из дёрна на арочных конструкциях. Но почва потихоньку прорастала травой, и крыша иногда сама превращалась в пастбище для вездесущих козликов, которые немыслимым образом забирались наверх и драли живую кровлю. Их, конечно, гоняли, но…

Джошуа всегда посмеивался, когда проходил мимо очередного стада козлов, которые, пронзительно блея, как ненормальные, обедали на крыше какого‑нибудь жилого дома. Согнать их он не мог, козлики никого не слушались. А иногда приходилось и убегать со всех ног, если, например, бросить в разбойников камень или замахнуться на них палкой и при этом попасться на глаза вожаку стада. Козлы не спускали обид. Их побаивались все, уж очень буйные они были.

– Мам, пап, я дома, – произнёс юноша, войдя в дом и закрыв за собой дверь.

– Джошуа, проходи, скоро будет готов ужин, – ответила Анна.

– Как поживает старина Джузеппе, не донимал тебя своими нравоучениями? – спросил с ухмылкой Клаус.

– Всё в порядке. Вот, помог мне с застёжкой на ремне тубы.

– Сходи к Альберто, замени её, не жди пока совсем сломается, – ответил отец.

– Да, я уже понял, спасибо, – ответил сын.

Джошуа подошёл к умывальнику, чтобы вымыть руки и уже деловито закатал рукава, как вдруг возмущенно воскликнул:

– Ага! Ну почему мне всегда достается пустой рукомойник?!

– Не бурчи, сходи за водой и наполни рукомойник, вот и все! – ответила матушка.

Джошуа, вздохнув, взял два ведра и отправился к распределительному крану. На каждой улице поселка стоял такой кран, из которого каждый набирал себе воду. Как правило, краны строили возле группы домов, чтобы всем семьям в равной степени было удобнее ими пользоваться.

Набрав одно ведро для умывальника и второе про запас, юноша отправился обратно. Неожиданно раздался дикий крик:

– Бе‑е‑е!

Это заблеял козёл.

Джошуа вздрогнул и некстати подумал, что только он один ходит за водой, но козлик своими прыжками рассмешил его, и домой он вернулся в хорошем настроении. На пороге его встречала младшая сестрёнка Пьетра в нарядном желтеньком платьице.

– Привет, братик, – радостно сказала сестричка.

– И тебе привет, Пьетра! Хочешь помочь мне? – с улыбкой спросил Джошуа.

– Да, очень хочу, – мило ответила малышка.

– Ну, давай, держись за ручку, вместе понесём это тяжёлое ведро, – ответил братец.

Пьетра схватилась за одно из вёдер и всеми силами стала помогать брату донести его до умывальника.

– Ох, донесли. Без тебя бы я не справился, спасибо, – продолжая свою роль, проговорил Джошуа.

– Хи‑хи, – рассмеялась малышка, кружась вокруг и держа за подол своё красивое платье.

– Молодцы, – отметила Анна от плиты и взяла Пьетру на руки, – пойдёмте, поможете и мне.

– Всё готово? Дай‑ка я сполосну руки, – подойдя первым к рукомойнику, который наполнял Джошуа, проговорил Клаус.

Юноша слегка обиделся на отца, ведь его наполнил он, следовательно, он и должен был первым вымыть руки, а если его отец давно хотел умыться, мог бы и сам принести воды, не дожидаясь сына. Молодой тюльпан не скрыл недовольства. Но Клаус даже не заметил этого, не думая извиняться, ведь он был главой семьи. Клаус щедро помылся, и сыну пришлось долить воды и изрядно погреметь пимпочкой, чтобы отмыть руки. Наконец, дождавшись своей очереди, и Джошуа вымыл руки. Рукомойник походил на ведро, но с отверстием на дне, которое перекрывал металлический клапан в виде стержня. И для того, чтобы открыть воду, нужно было поднять его вверх.

Но вот все приготовления были завершены, и все уселись за стол.

По традиции перед трапезой семья проговаривала молитву, и только тогда имела право приступить к ужину.

 

– История дана нам, чтобы вновь не повторять ошибок, а вы пренебрегаете ею. Цените, что имеете, в том числе и знания о прошлом, которых, увы, осталось совсем не много, – нравоучительно проговорила Ана‑Мария.

Да, знания, которыми овладело человечество за тысячелетия, были грандиозны. М эти же знания, приведшие к страшной войне, отбросили человечество в средневековье, лишив всех достижений цивилизации. Конечно, некоторую информацию удалось сохранить, но лишь то, что люди смогли воссоздать по памяти или передать хотя бы на словах. Все остальное было сожжено в адском огне…

– Итак, кто мне скажет, какие причины привели к Последней войне? – задала вопрос классу Ана‑Мария.

Одна из учениц подняла руку, чтобы ответить наставнице.

– Альба, прошу тебя, – указав на девушку, произнесла Ана‑Мария.

– С развитием человечества, люди стали забывать о духовной составляющей их жизни, из‑за чего их души стали черны, как смоль, и нашим предкам ничего не оставалось как вступить в войну со злом, – ответила Альба.

– Хорошо. И какой же урок мы должны из этого извлечь? – снова спросила наставница, ища взглядом ученика, который бы ответил на её вопрос.

Альба вновь протянула руку, но Ана‑Мария её словно не заметила.

– Джошуа, пожалуйста, – указав на ученика, произнесла наставница.

– Хм…, – слегка смутившись, только и произнес юноша.

– Мы слушаем тебя, – настаивала Ана‑Мария.

– Каждый из нас, должен помнить этот трагический урок и в первую очередь заботиться о своей душе, ибо, когда она не чиста, наше существование не имеет смысла, – на этот раз твердо ответил Джошуа.

– Молодец! Было бы ещё лучше, если бы эти мысли были твоими, – строго смотря на юношу, произнесла Ана‑Мария.

Наставница услышала как Альба, которая сидела рядом с Джошуа, шепотом подсказала ему.

– Запомните, никто не проживёт вашу жизнь за вас. Цените её и размышляйте о своей жизни. Но размыщляя, не уклоняйтесь от тяжелой работы. Труд – это добродетель, которая приближает нас к Богу, а лень – порок, который вредит всему, – строго сказала Ана‑Мария.

– Делить веселье все готовы, никто не хочет грусть делить, – тихо сказал Хьюго, в то время, как наставница делала замечание его друзьям.

Во время самого длинного перерыва между уроками тюльпаны выходили на свежий воздух, под специальный шатёр, где все ученики собирались на общий обед.