Ученица Змеиного Мага

«И в парня этого остроухого не вздумай влюбиться! – продолжил меж тем ехидно ворчать в моей голове наставник. – А то знаю я вас, юных девиц! Увидите красавчика и сразу голову теряете! Ты мне это не смей!».

Тут я снова стала предельно серьезной.

«Вот насчет этого можешь не переживать, Учитель. Что‑то подсказывает мне, что в такого, как он, я точно не влюблюсь».

«Ну‑ну».

 

 

3 глава

 

 

До Хорлела мы добрались уже когда стемнело. Учитель ехал на своем коне чуть впереди кареты, я правила лошадьми, что тянули ее. Рядом со мной сидел старший из наемников, младший сидел на деревянной подножке позади кареты, а эльфы – которым, перед тем, как мы отправились в путь, я дала пушистый плед, чтобы дева не мерзла, – весь путь просидели внутри. Но как бы там ни было – думаю, мы все очень устали за этот день и каждый обрадовался свету огней, что горели на факелах у домов.

Поселение Хорлел было небольшим и словно бы разбитым на две части главной дорогой, что пролегала меж двух рядов домов. Лишь в центре дорога тоже раздваивалась, огибая большой колодец, но дальше вновь становилась одним целым, а вскоре чуть изгибалась, теряясь у очередной кромки леса.

И с обеих сторон дороги, что вела в поселение – и с той стороны, откуда мы прибыли, и с другой, второй, – всегда стояло по два Стража с мечами. Они охраняли ворота, что вели внутрь поселения, встречали прибывающих, всячески старались стеречь покой жителей этого места. Обходили дозором пространство за пределами забора, что окружал, стеной защищал дома от незваных гостей, даже с фейри сражались, если те пытались напасть на местных. Но это случалось не часто, а если и случалось – твари совались в людные места мелкие, не шибко опасные, так что Стражи и простые жители гибли от их когтей и клыков редко, умели отбиться от них и спастись.

Большую проблему мелким поселениям вроде этого доставляли как‑раз приезжающие. Ведь тут все буквально знали друг друга в лицо, редко устраивали конфликты меж собой, а вот частенько заглядывающие сюда торговцы, наемники, да еще черти знает кто, могли и победокурить. И потому стражи четко и ясно объясняли каждым приезжим, что за подобное их ждет штраф, а если услышавшие это не внимали их словам – могли и вовсе выбросить мерзавцев за пределы поселения, без возможности снова посетить это место. А так как Хорлел был чуть ли не единственным спокойным местом вокруг – это могло стать большой неприятностью для усталого путника. Но даже так – многие чужаки нет‑нет, да устраивали беспредел.

В общем, оттого не местных здесь не особо жаловали. И Стражи тщательно проверяли, кто и что привозит с собой. И настоятельно рекомендовали не доставать оружие из ножен, колчанов, если на то не будет большой необходимости.

Но меня и Учителя здесь знали. И пусть и не любили даже больше, чем прочих приезжих – досматривать тщательно не стали. Ведь знали, что всякой дряни мы с собой не возим, сами на конфликт нарываться не станем, с непотребствами вряд ли к кому‑то полезем, а оружие в мирном месте не достанем даже в жесткой драке. Ведь и без того были опаснее других. А еще мы были необходимым злом, что могло и фейри шугануть от поселения, если этих тварей становилось поблизости уж слишком много. Так что в Хорлел нас часто пропускали без особого докапывания и проверок.

А вот эльфов и их свиту, с которыми мы поспешили распрощаться на въезде в поселение, они взяли в настоящий оборот. Но мы не стали торчать у въезда в поселение, чтобы посмотреть на то, как местные принимают «дорогих гостей», а сразу отправились искать место, где могли бы отдохнуть и переночевать. Желательно с конюшней рядом.

В Хорлеле было три постоялых двора, в которых можно было и переночевать и вкусно поесть. Но лишь два из них имели конюшни поблизости. И пусть даже они оба были похожи – тот, в котором мы останавливались чаще всего, был значительно меньше, сдавал комнаты дешевле, но обслуживание там было лучше. Правда, и места там часто были заняты приезжими, и порой нам приходилось обходиться ночевкой не в нем, а в его соседе – «Синей бороде».

Но на нашу удачу и легкое удивление сегодня наш любимый «Грохот» был практически пуст, и старый, усатый, полный и довольно добродушный владелец этого заведения мистер Бин быстро подобрал нам две комнаты и распорядился, чтобы конюхи позаботились о наших лошадях. Он был неплохим человеком, спокойно относился к моему наставнику и даже любил поговорить с ним, пока Учитель ел. И сегодня встретил он нас очень радушно, но…

Даже я заметила, что он был каким‑то растерянным и даже печальным, что уж говорить про моего Учителя, что сам предложил Бину поговорить. Я же, не став им мешать, быстро заглянула в комнату, что на эти сутки принадлежала мне, оставила в ней свой мешок с вещами – из которого правда прихватила парочку чистых, – свои мечи – оставив при себе лишь нож, – и отправилась в местную купальню. Ведь давно не мылась в горячей воде, и мне дико хотелось расслабиться, вновь почувствовать, каково это. Благо работала купальня Хорлела круглые сутки и была от постоялого двора совсем недалеко.

Нужно было лишь пройти через площадь с колодцем, где располагался еще и местный рынок, и повернуть за угол одного из домов. Около него не было аккуратно вспаханной земли, как позади других. За ним скрывалось невысокое, аккуратное здание, сразу после входа в которое любой видел лестницу, что круто вела вниз. Но внизу было не темно – там, в большом просторном помещении всегда горел свет. И были построены просторные купальни.

Но мне не судьба сегодня было окунуться в них. Ведь стоило мне выйти на площадь, как я увидела его.

Гнолла. Гнолла закованного в деревянные колодки. Он стоял на коленях, спиной к колодцу – крупный, поджарый, мохнатый нелюдь. В свете факелов, что держали два Стража, что стояли по бокам от него, я не смогла точно понять, какого цвета была его шерсть, но сразу же четко увидела, что она почти вся была покрыта более темными маленькими пятнами. Но очень даже четко я сразу‑же разобрала цвет его глаз. Они были словно из золота – такие‑же желтые и яркие.

Как и эльфов – гноллов прежде я не видела. И если с теми остроухими еще и думала, что столкнусь однажды, то вот выходца из чужого королевства встретить вот так – совсем не ожидала.

Что он забыл в нашем Ларчшаде? Почему закован в кандалы и взят под стражу? Я просто обязана была это узнать и потому уверенно двинулась к одному из мужчин, что стерегли его. Тот, увидев, что я приближаюсь, мгновенно напрягся и положил руку на эфес меча, что торчал из ножен у него на поясе. А так как он узнал меня, то еще и сморщился, словно я была омерзительней для него, даже чем нелюдь, которого он стерег.

Но я уже давно привыкла к подобным гримасам. Еще бы не привыкнуть – за те года, которые пропутешествовала с Учителем. И потому, осталась к ней безразлична. И все также спокойно продолжила подходить к Стражу. И остановилась лишь когда до него осталось шагов пять – как раз перед тем, как он рявкнул:

– Стоять! Не подходи ближе, Змея!

– Больно то и хотелось подходить к тебе ближе, – не смогла не съязвить на его грубость я. – Я и отсюда чую, как от вас двоих – тебя и твоего Стража‑приятеля, – воняет потом. Ребята, вы вообще моетесь?

– Да уж почаще тебя, шавка проклятого! – оскалился он мне в ответ, и черт знает, что еще бы выкрикнул, но тут рука его товарища тяжело опустилась ему на плечо.