Угнетатель аристократов

Ох, да что ж такое. Круговорот событий в новом теле засосал меня по самые щиколотки, и не хочет отпускать. Отдохнул, называется. А причины‑то для отдыха довольно веские – пережитая смерть, переселение в другое, хилое тельце, которое накануне неплохо так отделали.

И, что самое странное и пугающее – голод. Я уже объяснял его необъяснимую природу, как бы это абсурдно не звучало. Но одними лишь объяснениями сыт не будешь. Поэтому метафизическое недоедание никуда не пропало. Кажется, оно лишь усилилось.

Что‑то похожее я испытывал в те времена юности, когда тренировал свой Дар. Правда, тогда всё было ровно наоборот. Тогда я страдал от перенасыщения энергией, которую получал от родового артефакта. Теперь же… времена меняются.

Но, разбираться с голодом и тем, в каком положении сейчас находится мой Дар придётся позже. Ибо насущные проблемы, не терпящие отлагательств, уже стучатся в дверь. И это в буквальном смысле.

Мы с Евой сидели на диванчике в гостиной, а напротив нас стояла Татьяна. Она намеревалась поведать о чём‑то важном, но не вовремя объявившийся неизвестный гость всё испортил.

Пришла мысль, что плохое настроение женщины как‑то связано с этим. Но я пока и предположить не мог, как именно.

Татьяна, замерев на несколько секунд, гипнотизировала стену, а после, как оттаявшая, двинулась к двери, стук в которую уже переставал быть просто стуком, а походил на попытку с боем ворваться в нашу квартиру.

Я, дабы не вызывать сильных подозрений, но, и чтобы держать ситуацию под контролем, передвинулся на край дивана. Отсюда открывался хоть и ограниченный, но всё же вид на прихожую.

И вот, Татьяна проворачивает замок на два оборота вправо, и тянет дверь на себя.

Если честно, судя по характеру стука, я ожидал увидеть на пороге как минимум двухметрового бугая с кулаками как у Дениса Цыпленкова. Но та миниатюрная женщина, во взгляде которой отражалась то ли наша тусклая лампа, то ли искра безумия, обескуражила своим видом.

Ростиком чуть более полутора метров. "Полторашка" – как таких называют в народе. Чрезмерная ухоженность и деловитость бросались в глаза. В одной руке она держала строгий кожаный портфель, а в другой роговые очки, которыми тут же оседлала свой длинный, не вписывающийся во всю остальную архитектуру тела, нос.

"А чем она стучала в дверь…?"

Женщина не дробя шагнула через порог и ногой захлопнула за собой дверь. Прямо как у себя дома. Стало быть, она как минимум довольно близкий семье человек. Ну, или просто наглая тётка.

– Здравствуйте, Татьяна Николаевна! – С небольшим эхом произнесла она. Пальцем пододвинула очки ближе к переносице и поставила портфель возле стены.

– Здравствуйте…Марина Анатольевна – Как‑то обречённо ответила Татьяна, и в этот момент я услышал испуганный всхлип с другой части дивана. Я покосился на Еву и вместо симпатичной, взрослой девушки увидел съёжившуюся от страха девочку.

– Кхм… – Озадаченно вздохнул я. Было любопытно, что это за бойкая женщина, которую так опасается Ева и от которой не в восторге Татьяна. Дабы освежить воспоминания реципиента, встал с дивана и подошёл к дверному проёму, ведущему в прихожую. Вальяжно, как всегда это умел, облокотился о дверь, стал вглядываться в незнакомку.

Я был обнаружен внимательным взглядом и поэтому вынужденно поздоровался.

– Здравствуйте, Марина Анатольевна! – Сказал я довольно энергично, так как моё сознание ещё не было очаровано её магией.

– Здравствуй… Александр. – Слегка неуверенно произнесла Марина Анатольевна. Выходит, мы виделись с ней редко, раз она с трудом смогла запомнить моё имя.

И правда. Изображения в голове удостоверили меня в этом. Марина Анатольевна – репетитор Евы. И так как занятия проходили в основном дома у преподавателя, видеться мы могли максимум один‑два раза. Меня, отчего‑то, обрадовал этот факт.

Татьяна, даже не оборачиваясь на меня, озабоченно обратилась к женщине:

– Марина Анатольевна, что‑то случилось? Ева плохо написала последний пробник? Вы не успеваете как следует проработать с ней программу? Она не сможет поступить в лицей? – По нарастающей выстроила неутешительную цепочку Татьяна.

Квартира, кажется, начинала ходить ходуном из‑за волнения Евы.

– Нет, что вы! – Успокоила Марина Анатольевна. – Всё далеко не так плохо. Но некоторые трудности, конечно, имеются. Иначе бы я не пришла.

Татьяна обернулась в сторону комнаты, миновав взглядом меня, как бы выискивая дочь.

– Нам нужно обсудить это вместе с Евой? – Спросила она.

– Да. Желательно. – Подтвердила Марина Анатольевна. – Для больше эффекта так будет лучше.

– Хорошо. – Вздохнула Татьяна. – Тогда, располагайтесь пока что на кухне. – Интеллигентно улыбнулась.

Когда Татьяна проходила мимо меня, то шепнула на ухо: – Налей, пожалуйста, этой грымзе чай.

Я прошагал на кухню, специально отключив мозг, чтобы мышечная память сделала всё за меня. Как говорится – "глаза боятся, а руки делают". Наугад открывая первые попавшиеся шкафчики и отодвигая банки, очень быстро нашёл и упаковку с чайными пакетиками, и сахар, и даже сухое молоко.

Но, к сожалению, все мои старания прошли даром.

– Я не пью чай. В нём слишком много кофеина, а мне не нужна повышенная тревожность. Ограничусь прохладной водичкой. – Нудно заявила Марина Анатольевна.

Я плеснул в первый попавшийся стакан воду из графина и покинул кухню. Как раз в этот момент мне навстречу шли Татьяна с Евой. Создавалось впечатление, что сестру ведут, приставив к спине пистолет. Я даже обернулся и глянул им вслед, чтобы удостовериться в его отсутствии.

Несмотря на то, что дверь на кухню затворили, видимо для того, чтобы создать максимально интимную и доверительную атмосферу, я всё равно всё слышал. Впрочем, если бы не прятался за косяком, этого бы можно было избежать.

Чтобы лучше врубиться в контекст разговора, и вызвал в памяти всю информацию, что касалась Евы и её учёбы. Как оказалось, дело обстояло следующим образом.

Ева, несмотря на то, что была младше реципиента почти на полтора года, училась в том же классе. Её, почему‑то, раньше чем надо отдали в школу. Правда, не в ту же школу, где учится Саня. Судя по всему, простолюдинам категорически не хватает мест для учёбы, поэтому пришлось устраивать сестру, куда получится. Но, насколько я представлял, эти две школы находились не так уж и далеко друг от друга.

А сейчас подходил к концу последний учебный год. И единственным нормальным вариантом оставалось поступление в лицей. Да не в самый обычный, а в довольно‑таки престижный для этих мест. И, что самое главное, с уклоном на магические тренировки. А это в будущем сулило хорошее продвижение по сословной лестнице. Ведь Ева мечтала работать на государственной службе, а там то, какой ранг ты имеешь – очень важная вещь.