Ведьма против демона в академии драконов

И я ретировалась, пока у дев не нашлось причин меня задерживать. Нет, в глубине души у меня все кипело. Гордость ведьмы требовала вернуться и показать им, насколько они не правы. Отстоять, так сказать, честь и достоинство Кроудгорда, но… слишком уж меня к этому подталкивали. Обещанное полное попустительство от магистра, прямая провокация от менталистки… Меня настойчиво подводили к нанесению первого удара. Но если противники так этого желают, стоит ли идти у них на поводу?

Губы растянулись в самой пакостной улыбке, на какую я была способна. Внутри поселилась радость как от удачно выполненной гадости, и я с легким сердцем поспешила в главный корпус. Экзамены остались позади и вместе со списками поступивших, многие из которых уже и заселиться успели, должны были повесить расписание.

И оно действительно уже имелось. Отдельное для каждого курса и с утоняющими пометками для обладателей редкого по силе дара – им предстояло посещать дополнительные занятия. На моем курсе таких выдающихся адептов было трое. Мой сосед, некто вьер АльГирен и вьер ЭльСарги. Последний, судя по родовой приставке, мог оказаться и не драконом. Даже с большей вероятностью не, поскольку рода Эль были прежде всего людьми, наследниками первых переселенцев, кому удалось договориться с местными жителями и научиться жить с ними в мире. У иных – потомков просто не осталось.

Мое имя тоже было выделено отдельно. И, разумеется, сообщено недогадливым, ни разу меня не видевшим сокурсникам, что я – темная ведьма, которая вместо боевой подготовки должна посещать либо практические занятия магистра АльЗарда, либо магистра АльХрада. Я очень надеялась, что второй окажется алхимиком и приютит меня во время всех пар по боевой подготовке. Отыскав фамилию магистра в общем расписании, я с облегчением выдохнула. Угадала. Магистр АльХрад вел у моих новых сокурсников общие зелья, а также факультатив по ядам и противоядиям.

Облизнула в предвкушении пересохшие губы. Захотелось тотчас пойти и записаться, пока все места не разобрали. Подлую мысль о том, что места могли распределять заранее, скажем, пару лет назад, я от себя гнала.

– В наших брутальных рядах появилась вьера? – Удивленный голос вырвал меня из размышлений. Я покосилась вправо, на подошедшую к расписанию парочку – рыжего субтильного паренька и широкоплечего, высокого и определенно не боящегося ни трудностей, ни тяжести, мужчину с короткой каштановой стрижкой. – И это вы, верно?

Рыжий посмотрел на меня с живейшим интересом. И даже обратился на более привычном слуху балиарском, хотя никто из остальных местных подобной учтивости еще ни разу не проявлял.

– Верно, – усмехнулась я и добавила: – Можете говорить на родном. Пока проблем с пониманием у меня не возникало.

– Вот как, – протянул второй, широкоплечий. Я скользнула взглядом по его лицу – отмечая, что вероятнее всего передо мной обладатель приставки Эль. Во‑первых, из‑за очевидной разницы в возрасте – рыжий на фоне товарища казался настоящим подростком, да и Шакрат разгромно ему проигрывал. Во‑вторых, разрез глаз больше характерный для Таласки, чем для Марголина. В‑третьих, сами черты лица, более грубые и резкие, чем у коллеги.

– Вьер Мартис АльГирен, – подтвердил мои рассуждения рыжий, представившись, и, покосившись на мои обнаженные ладони, вежливо кивнул. – Если позволите, я поприветствую вас в соответствии с правилами, когда вы будете готовы.

– Благодарю вас, – улыбнулась в ответ, хотя изначально с губ хотело сорваться другое. Например, «никогда», но рыжий парень казался настолько добродушным, что ему не то что грубить не хотелось, вообще доставлять какие‑либо неудобства.

Взгляд непроизвольно скользнул на запястье, прикрытое манжетой. По‑хорошему, мне следовало взглянуть на артефакт, но… это было бы невежливо: так игнорировать собеседника, а мне отчего‑то не хотелось вести себя неподобающе.

– Мне казалось, это будет интереснее, – пренебрежительно хмыкнул ЭльСарги. Он, судя по всему, представляться не собирался. И вот к нему я теплых чувств не питала.

– Если вам не хватает развлечений – очень рекомендую библиотеку. Возможно раньше вам там бывать не приходилось, но, уверена, ваш друг сможет вас проводить, – с самой сладкой улыбкой, на какую была способна, заметила я и, бросив последний взгляд на расписание, сказала: – Прошу меня извинить, вьер АльГирен.

– Сожалею о нашем столь скором расставании, – кивнул мне рыжий и наградил спутника полным неодобрения взглядом. – Но, позвольте узнать, где вас поселили?

– В общежитии, вьер, в общежитии. – Я развела руками. Даже то необъяснимое пока расположение, что вызывал у меня рыжий, не заставило поступиться осторожностью. – Пусть луна освещает ваш путь, – сказала и ретировалась, на ходу обнажая запястье и с ужасом глядя на полностью разрядившийся артефакт. Неужели это та менталистка одним лишь ударом оставила меня без защиты?

До общежития я добралась в рекордные сроки. Немногочисленные адепты, что еще не направились завтракать, терли глаза, когда я проносилась мимо. Кто‑то даже попытался заговорить, но у меня были другие планы. Вежливость вежливостью, но мне все же хотелось следовать своим желаниям, а не подчиняться чужой воле. Потому, лишь оказавшись в нашей с Шакратом комнате и обнаружив отсутствие дракона, я выдохнула и, расстегнув манжету, обнажила все шесть браслетов, аккуратно разомкнула пострадавший, провела большим пальцем по мутным камням‑накопителям и полезла в сумку.

Менять пришлось все кристаллы. Даже резервные успели исчерпать себя. Впрочем, из‑за малого размера это было неудивительно: емкость у камней была совсем небольшая. С грустью отметила, что запасных кристаллов осталось всего на две полные замены в любом из браслетов и… сняла три из них. Тот, что предупреждал о присутствии рядом яда. Тот, что не должен был позволить мне обуглиться в первый миг при столкновении с драконьим пламенем. И тот, что передавал в Кроудгорд мое местоположение. Теперь, если какой‑то дракон испепелит меня на месте, туда даже цветов не принесут. Ну что ж, если такова судьба – то ничего не попишешь.

И я выковыряла восемнадцать кристаллов. В конце концов, есть опасности, которые из разряда абстрактных перешли в ежедневные. Спрятав изъятые накопители в сумку, я прикрыла глаза, пережидая минуту слабости. Наверное, не сиди я на кровати, коленки бы подогнулись, но… я сидела и обнимала подушку. Улыбнулась через силу, тронула медальон под платьем и хотела было решительно подняться, но подбородок почесал черный вздернутый вост.

Тут вопросительно мяукнул, повернулся и требовательно поставил лапы мне на грудь. В желтых глазах фамильяра застыл немой укор.

– Как только разделим пространство – сможем поговорить, – пообещала я. Конечно, между фамильяром и хозяином была и ментальная связь, но… не тогда, когда последний, не снимая, носит блокирующие артефакты. Потому Тут страдал, как и я без его советов.

Острые когти пробили черную ткань.

– Не сердись, – попросила я и почесала кота между ушей. Тот тут же подставил мордочку под ласку. Пришлось гладить. Под рокочущее мурлыканье любимого друга я немного успокоилась.