Вижу тебя наяву

– Его надо убить, пока он не сказал, что я уже здесь, – неожиданно для нас всех заявила Кара. А ты не глупа. Не хотелось бы это вечер испортить присутствием Агаты. Как я ее терпеть не мог, так и не могу. Она словно ложка соли в стакане чистой воды.

– У меня как раз в соседней комнате припрятан мощный транквилизатор, – ухмыльнулся Арэс. Почему я не удивлен? Этот тип всегда что‑то где‑то заныкивает. Подружку мне на вечер ты у себя в заднице не припрятал?

Мы с Камиллой спустились к бару. Верная боевая подруга села за стойку. Я остался наблюдать в стороне. Сегодня, как ни странно, в заведении отдыхали люди, лучше не вызывать лишних подозрений. Я слушал диалог Камиллы и бармена издалека.

– Стопку водки, красавчик, – заигрывала Ками. Ох уж эти женские оружия. Не могу. Как соблазнить гея, бесплатно и без регистрации.

– Все для такой прекрасной девушки. – Генри поставил рюмку. – Что же вы покинули компанию своих друзей?

– Это противозаконно? Может, я хочу уединиться с кем‑то большим, сильным и симпатичным. – Соблазнительница Ками провела пальцами по его руке. Он оторопел. Что‑что, а такой я ее еще не видел. Во, дает. А я между прочим воспитывал ее с детства!

– Я работаю, – начал оправдываться Генри, оглядываясь по сторонам. Прямо трудяга, прямо медаль тебе пора отлить.

– На меня в том числе, сегодня не так уж много клиентов. Думаю, никто не заметит часик твоего отсутствия.

Он купился. Камилла повела его на склад. Я пошел за ними следом, оставаясь на расстоянии. Ками хоть и маленькая, но сильная. Прижала его тело к стене посильнее, раздался треск. Надеюсь, это его позвоночник.

– У меня есть три друга, которые помогут нам расслабиться. Первый – обезболивающий. – Она достала шприц. Щелчок.

– Я таким не увлекаюсь!

– Стой, ничего страшного в этом нет. – После ее фразы Генри тихо пискнул.

Хорошо, первый пошел. Укол его обездвижил. Я выбрался к ним из‑за угла. Ками одной рукой придерживала тело, Генри обернулся ко мне. В его больших карих глазах читался страх. Ах, испугался что ли, мой хороший? Капля пота потекла по его лицу.

– Что происходит, сэр?

– Не знаю, хочу отодрать тебя в попку. Я тут подумал, что не против парней, – заявил я, вопросительно поднимая брови.

Обстановка накалялась. Кровь во мне бурлила от предвкушения предстоящих пыток. Меня даже потряхивало. Что я люблю больше секса? Виски? Нет‑ причинять боль врагам. Чувствовать, как их кровь горячим потоком течёт по моим рукам… Генри замер, его дыхание участилось. Интересно, так действует препарат? Или он готов обмочиться? Арэс, видимо, взял его из лаборатории Ника. Какая‑то новая разработка? Тогда почему три укола, а не один? Три разных действия?

– Знакомься, это мой второй друг, он сделает тебе приятно. – Камилла взяла второй шприц, я снял с него колпачок. Она кинула, показывая «спасибо, друг».

Генри надо было видеть.Не описать словами, как он дергался: едва заметно, но ничего не мог сделать. Ками вколола шприц прямо в его грудную клетку. На моем лице засияла улыбка. Ай, хороша штука. Она вызывает паническую атаку. А это, как думаю, известно всем, мало приятно. Зрачки Генри забегали, дыхание участилось еще сильнее.

– Что вы со мной сделали? – еле промычал он. Начали с тобой играть, щенок. Приступ адреналина дружок. Кругом опасность.

Я рассмеялся. Действительно смешно наблюдать, как они задают однотипные глупые вопросы.

– А это, красавчик, мой третий друг. – Ками поднесла иглу к его сердцу. – Он тебя убьет.

Чувствовалось, что Генри пытался пошевелиться, но уже не мог. Его тело начало обмякать, а глаза закрылись. Отключился. Мы погрузили амбала в багажник моей ласточки.

Проведу с ним ночь, но начну позже. Пока что мне надо настроиться. А что может помочь лучше, чем девушка, сосущая член?

 

Карина

 

Ребята веселились, шутили, пили кровь. Ник сидел в обнимку с высокой шатенкой, попивая из ее запястья. Это меня уже не пугало. Уже нет. Арэс с двумя красотками. Где они их только берут? Чертовы внушители. Вампиры уже не те, не поджидают в темном переулке, как в страшных рассказах, не выпивают всю твою кровь до дна и тому подобное. Хотя может такие и есть, но в моей команде вампиры практичные.

Наблюдая за всем этим, я поняла, что они явно любят отдохнуть. А что еще делать, когда прожил столько сотен лет, когда испытал множество эмоций и побывал где только можно, в ком только можно и нельзя?

Я потягивала виски и ждала, когда поеду домой. Атмосферка хороша, ощущения все‑таки иные, нежели в видении. Я чувствовала, как пьянею. Захотелось в туалет. Оглядела своих собеседников. Они в тот момент моей пропажи точно бы не заметили. Ник жадно впился в шатенку, а Арэс по очереди полоскал языком рот девчонкам. Чертовы бабники. Недолго думая, я прошла по коридору направо. Тыркнулась в первую дверь – закрыта, из‑за второй доносились какие‑то звуки.

Я дернула за ручку и увидела, как мой любимый имеет на кровати посредине темной комнаты какую‑то светловолосую девушку с огромной задницей. Он даже не обернулся на свет из открытой двери. Закатил глаза, пока входил в девку, тяжело дыша, поправил ее тело рукой и крепко обнимая вставил снова.

Мое сердце раскололось, как хрустальная ваза, слетевшая с окна многоэтажки на жесткий асфальт. Больно, однако. Нет эмоций или они разрывают меня – я не понимаю.

Меня будто ударило кувалдой по голове. Я уже была в браке, пыталась загасить своей «любовью» те психологические травмы, которые постоянно проезжали по мне танком, но что‑то не сошлось. И сейчас, когда я все‑таки открыла сердце человеку, хоть он об этом и не знал, я чувствовала себя потерянной. Ведь мысленно заглушила им все плохое, чем наградили мои родные.

А чего ты ожидала, Кара? Наивно полагала, что все встретят тебя с распростертыми объятиями? Что Алик в первый день сделает тебе предложение или влюбится с первого взгляда? Дура. Тебя и так приняли сюда и готовы обеспечить безопасность! Без них ты бы могла сейчас бежать куда‑то от своей собственной матери. Без них ты сейчас сидела бы где‑нибудь в темном углу и мечтала, чтобы тебя не поймали.

Странно, что сердце не остановилось, когда ему так больно. Мне перехотелось в туалет. Появилось желание просто лечь, уткнувшись лицом в подушку.

– Карин, может, закроешь дверь? – вскрикнул Алик недовольно, дробя меня в щепки нахмуренными бровями.

– Извини, – прошептала я и послушно захлопнула. Этот звук, как новый удар кувалды. Мысли затуманены. Я потеряна, опустошена. Пошла за своими вещами, на автомате перебирая ногами.