Внучка бога. Поймать невесту

Обсыхая на солнышке, мы лежали на траве и лениво переговаривались. Цита рассказала мне историю своей жизни, ничего, правда, примечательного в ней не было, рождение, жила с родителями, потом их с братом выкупила семья Готтул, потом ее привели сюда, ко мне. Я тоже рассказала о себе, у меня жизнь поинтересней, поэтому рассказ занял больше времени, даже хвост успел высохнуть, оказалось, что уже вечереет.

– Надо возвращаться, – грустно констатировала я.

– Ты ведь завтра придешь? – встревожено подняла кудрявую голову хестура, а я подумала, что плохо они придумали насчет дачи имени первым хозяином. Теперь на мне лежит ответственность за живое, а главное, мыслящее существо. Нет, ответственности я не боюсь, только сердце сжимается от мысли, что мне придется оставить Циту через полгода. Кому она потом достанется? Вернется в стойло к семье Миро? Будет снова ждать того момента, когда кто‑то сможет проводить с ней время? И ведь не скажешь, что мне придется бросить ее. Нет, этого не будет. Буду возвращаться в свой мир, возьму ее с собой. Теперь у меня есть бабкины деньги, арендую на ипподроме стойло‑люкс и перевезу туда мой уголечек. Все, решено.

– Конечно, приду, – хохотнула я, – Миро с меня шкуру спустит, если я не буду тренироваться.

Получив по лицу конским хвостом, а по морде кошачьим, мы стали собираться.

 

За ужином, Шан, как бы странно это не выглядело, был учтив, вежлив и приветлив. Я не видела его весь день и мне даже немного взгрустнулось. Хотя я приняла решение простить его. В конце концов, у всех нас есть характер, я тоже иногда могу сказать какую‑нибудь глупость, за которую мне бывает стыдно.

– Не хочешь позже прогуляться по саду? – спросил алвен, подливая мне чай к десерту.

– Почему бы и нет, – согласилась я, гадая, чего ему от меня надо.

Поужинав, мы с Шаном направились в сад, где по вечернему пахло цветущими фруктами. Садовник уже полил кусты, отчего запах только усиливался.

– Ты хотел о чем‑то поговорить? – спросила я, когда мы прошли мимо исполинского дерева, похожего на секвойю.

– Да, – кивнул тот. – На самом деле, причины две. Для начала я хотел бы извиниться.

– Да ну, чего уж там, – неопределенно повела я плечами, – Все мы люди… ой, нелюди.

– Спасибо, что понимаешь, – улыбнулся Шан, – Вся эта ситуация действует на меня не самым лучшим образом, и я…

– Шан, – я взяла его за руку, останавливаясь, заглянула в глаза, – Не нужно оправдываться, я все понимаю.

– Спасибо, – снова сказал он, поцеловав тыльную сторону моей ладони. Мы вновь пошли по дороге, а я переместила кисть на сгиб его локтя.

Шли мы совсем недолго, я любовалась деревьями, гном‑садовник уже собирал плоды в разные корзины, чтобы отнести на кухню, где приготовят меню на завтра. Здорово, что тут на дереве можно вырастить что угодно, даже говядину. Мне вспомнился мультфильм про Вовку в стране невыученных уроков, где у него хлеб рос на дереве, и снова захихикала себе под нос. Жаль, что поделиться этим не могу ни с кем, не поймут же, решат, что я чокнутая.

– Почему ты смеешься? – спросил Шан, повернув голову в мою сторону.

– Вспомнила одну вещь из моего мира, но ты не поймешь, – снова захихикала.

– Так вот почему ты частенько начинаешь смеяться без причины, ты просто сравниваешь наши миры, – догадался тот, – Расскажи, мне же интересно, тем более я бывал у вас, вдруг, пойму.

И я принялась рассказывать. И он понял. Тоже посмеялся. Хорошо было вот так просто идти и болтать о чепухе, комфортно и тепло.

– Так о чем еще ты хотел поговорить? – спросила я.

– Хотел предложить тебе потренироваться со мной, – сказал он, – Знаешь, у нас хоть и довольно мирные жители и войн практически не бывает, но все же встречаются некоторые умники, скажем так, на вольных хлебах…

– Разбойники, – попросту окрестила их я. Чего миндальничать? Книжки тоже читала, знаю о романтиках с большой дороги.

– В общем, да, – смутился Шан, – Мы с Миро сможем, конечно, тебя защитить, но я бы хотел знать, что в крайних ситуациях ты сможешь за себя постоять.

– Ладно, – пожала плечами, – В жизни все может пригодиться.

Шан галантно проводил меня до двери спальни.

– Смотри, что научился делать, – и он прижал уши, состроив при это умилительную мордочку.

– Как? Это же иллюзия, – захохотала я.

– Не знаю, это получилось случайно, как будто уши мое продолжения, я даже первый раз запаниковал, не превратила ли ты меня в нгеру, а то таким и останусь навсегда, – тоже посмеялся Шан.

– Даже не знаю, я впервые занималась подобным, вполне возможно, что ты не алвен теперь.

– Какой кошмар, – притворно возвел очи долу тот, – Ладно хвост, я к нему более‑менее привык, но вот мои уши, мои прекрасные алвенские уши, по ним буду скучать.

Мы оба рассмеялись.

– Доброй ночи, Метра, завтра буду ждать тебя на тренировочном поле, Тона разбудит тебя, я ее предупредил, – Шан снова приложился губами к моей ручке.

– Доброй ночи, – отозвалась я.

В комнате было свежо, зажжены светляки под потолком. По улице болтаться было уже поздно, а вот позаниматься магией времени было предостаточно. Поэтому, вооружившись учебником, залезла в кресло и принялась изучать.

В этой главе предлагалось поэкспериментировать над размером объектов, а точнее увеличивать. Потом уменьшать. Ну что ж, попробуем.

На столе лежал графитовый стержень, обернутый какой‑то жесткой бумагой, видимо, прапрадед нашего карандаша, с него и начнем.

От натуги у меня даже пот выступил на лбу, но я своего добилась, карандаш увеличился раз в десять. Не веря своим глазам, подошла, потрогала, даже подняла, он потяжелел. Что‑то какие‑то слишком правдоподобные иллюзии получаются, даже не верится.

Потренировавшись еще немного, вернула карандаш обратно в исходную форму. Оказывается, все достаточно просто, если четко представлять, что ты хочешь увидеть в конечном результате. Кажется, я разгадала секрет иллюзорной магии. Всего‑то.

Подойдя к зеркалу, взглянула на свою рубашку, она стала кислотно‑оранжевой, а штаны стали кислотно‑зелеными. Захохотала как ненормальная, выглядела я как мультяшная морковка. За этим делом застала меня Тона.

– Ой, – пискнула она, когда я повернулась к ней, сверкая розовой шевелюрой и желтой звездой вокруг глаза. Увлеклась, не спорю.

– Проходи, – все еще хохотала я, возвращая себе нормальный облик. – У меня была тренировка.

– Знаешь, у тебя странная фантазия, – аккуратно подбирая слова, сказала Тона.

– Ага, – киваю, снимая всю одежду, – Я еще не на такое способна.

– Не обижайся, просто мне не привычно, – примирительно сказала Тона.