Воспаленный мир

Несколько удивленных лиц повернулись к нему. На паре из них, кроме удивления, читалось раздражение. Остальным было просто любопытно, что это происходит с этим странным молодым человеком, пьющим среди ночи молочный коктейль в полном одиночестве.

– Извините, – буркнул Тайсон и вздохнул – к нему уже спешила официантка.

– Вы меня звали, сэр? – в голосе читалась усталость.

– Да. Принесите мне кофе. Черный. Крепкий. И тарелку соленых крекеров, – машинально выпалил Тайсон и тут же передумал. – Хотя нет. Какое у вас блюдо дня?

 

***

 

 

 

Фонари отражались в воде, застрявшей в плену мощеной камнем дороги, делая ее невесомой, парящей в воздухе. Стены домов стремились друг к другу, словно давние враги в желании вступить в схватку или любовники, мечтающие слиться в томном движении тел. Кое‑где прямо на ступеньках подъездов сидели чуть подвыпившие молодые и не очень люди и пытались надышаться наполненным озоном после грозы воздухом – опьяняющим похлеще забродившего вина.

Ее никто не остановил, хоть головы сидящих машинально оборачивались, смотря вслед бегущей по дороге девочке. Ее звали Карла. Совсем недавно ей исполнилось девять, и отчим водил ее в самое лучшее в городе кафе‑мороженое. Она слопала целых две порции фирменного фисташкового, а потом, уже с трудом дыша, увидела огромный стакан молочного коктейля с кроваво‑красным сиропом на соседнем столике. Мальчик, скорее всего, ее одногодка, отпивал прохладную смесь из мороженого и молока, а потом гонял по стакану вафельную трубочку, подталкивая ее кончиком языка, и опять ловил губами, чтобы сделать очередной глоток.

– Артур, я тоже такой хочу.

У Карлы от природы были огромные глаза, доставшиеся ей от мамы. Темно‑синие, с желтым отливом, их жалостливый взгляд безоговорочно срабатывал на любом взрослом, не говоря уже о мужчине, души не чаявшем в своей маленькой приемной дочурке.

– Ты же объелась, Карлитта. – Он засмеялся и поправил едва державшуюся на кучерявой шевелюре шляпу, надетую специально по поводу празднования дня рождения.

– Нет, нет, нет! – затараторила девочка и хотела что‑то добавить в подтверждение своих слов, но не смогла ничего придумать и капризно надула губы.