Жена для двух лэрдов

Я свернулась под мягким одеялом, с удивлением обнаруживая, что ноющая боль в мышцах куда‑то пропала. Глубоко вздохнула и тут же провалилась в глубокий сон.

Утром меня подняли очень рано. Бони помогла уложить волосы в строгий пучок, принесла мне выстиранные и высушенные вещи, в которых меня доставили в этот замок, и поторопила к выходу.

Холодный резкий ветер гонял обрывки туч по хмурому небу. А я разглядывала большую черную карету, изготовленную явно в прошлом веке и лишенную всякого изящества.

– Это дорожная карета, лэрри Триса. Лэрд сказал, что не стоит привлекать внимание к вашей персоне и намекать, где вы провели последнюю неделю. Это будет небезопасно для вашего будущего.

Бони нервничала и без умолку говорила и говорила о каких‑то незначительных мелочах. О том, как хорошо я выгляжу, как она будет рада снова свидеться со мной в городе. Что будет переживать о моей судьбе, но лучше мне позаботиться о себе заранее.

Бони говорила совершенно искренне, и я рискнула спросить совета.

– Что мне сказать отцу? Где я была и почему ничего не помню?

Она обеспокоенно заглянула мне в глаза и взяла за руки.

– Ты очень умненькая и милая девушка, Триса. Нельзя запятнать свою честь даже намеком на позор. Будет лучше, чтобы никто не узнал, что ты была в нашем замке.

– Но…

– Просто не упоминай. Скажи как есть. Ударилась, мол, головой, лежала в горячке, потеряла память. Помогли люди из деревни. А потом посадили на карету и отправили сюда. Маленькая ложь спасет твою честь, лэрри. Поверь мне. Так будет лучше для всех.

Я кивнула.

– До свидания, лэрри, – крикнула Бони с крыльца. – Счастливой встречи и примирения!

Я прильнула к окошку кареты и помахала на прощание рукой.

– Спасибо вам за помощь, Бони! Счастливо оставаться и вам!

– Мне было приятно прислуживать такой прекрасной молодой девушке.

Я кивнула и в последний раз окинула взором особняк.

И замок поразил меня видом раненой птицы.

Он был выточен прямо в суровой, громадной скале. Основное здание замка выдавалась вперед, а по обе стороны раскинулись большие крылья. Вот только левое было совсем черным от копоти и разрушено пожаром и временем.

Замок напоминал подбитого орла с одним крылом. Или нет… Феникса. Поверженного феникса, который все еще надеялся подняться в серое, затянутое тучами небо.

Я с тяжелым вздохом откинулась на жесткую дорожную подушку и плотнее закуталась в плащ. На коленях лежал сверток, переданный мне перед отправлением Бони со словами «это было при вас».

Я развернула бумагу и увидела темную старую книгу с пожелтевшими и местами не сохранившимися страницами.

«Фолиант заклинаний червоточника» – прочитала я и вздрогнула, совершенно точно уловив, что книга имеет отношение к моей магии. Точнее, к магии Трисы.

Между страницами застряла закладка, и я раскрыла жуткую книгу, чтобы прочитать заголовок «Как открыть путь в другой мир». А ниже я увидела приписанные от руки заметки.

Похоже, Триса не хотела останавливаться на изучении бытовой магии, раз практиковала заклинания из фолианта червоточников.

Я захлопнула книгу, неожиданно осознав, что неслучайно попала в этот мир. Это постаралась Триса, случайно или намеренно обменяв нас телами!

 

Глава 2. Дочь градоначальника

 

К сожалению, дорога заняла немного времени, и я не успела подготовиться к тому, что меня ждало в новом доме.

Вместо беспокойства и облегчения оттого, что блудная дочь вернулась, на меня вылили ведро отборной ругани. После вежливых слуг в замке лэрда Латагейна, речь «отца» больше походила на разговор пьяницы, а не ответственного градоначальника.

– Где ты была? – стоило мне выйти из кареты, как на меня накинулся старик весьма неприятного вида.

Седые волосы находились в беспорядке, одежда кричала о том, что её давно пора бы постирать, а мощный запах перегара и вовсе заставил меня отшатнуться от подлетевшего ко мне градоначальника.

– Я… я не знаю, – машинально начала оправдываться я, растерявшись от такого натиска незнакомого мне мужчины, волею Трисы ставшего в этом мире моим отцом. – Я упала… меня лечили…

Но разгневанный отец не желал слушать мои невнятные бормотания. Казалось, звук моего голоса лишь сильнее распалял градоначальника.

– Тебя не было неделю! Неделю! Как прикажешь объяснить твоё отсутствие женихам?

Я открыла рот, чтобы всё же донести до не вполне протрезвевшего старика то, что его дочь вообще‑то находилась на грани жизни и смерти, и что вследствие падения потеряла память, но… Проще было остановить взбеленившуюся лошадь, чем вошедшего в раж «папашу».

– Ты посмотри, во что превратился дом! Никто не убирал, не готовил. Ты вообще думала о том, как живёт твой отец, пока где‑то шлялась?

– Я не шлялась, – мне всё же удалось вставить своё слово между обвинительных речей обезумевшего от ярости старика. – Послушайте… отец.

Называть незнакомца отцом было противно, но я успела уяснить за время, проведённое в замке лэрда, что к форме обращения здесь относились очень серьёзно. И я не могла нарушать заведённых правил, не рискуя выдать себя с головой.

– Я упала, ударилась головой. Добрые люди помогли мне, вылечили от лихорадки. Но я…

– Люди? Кто?! – от меня требовали моментального ответа, но я не могла ничего быстро придумать.

– Я не знаю, – пришлось сделать вид, что я смущена. Опустив голову, я добавила едва различимо: – Я… потеряла память. Всё, что знаю: меня нашли, привезли в замок, дали кров и лечение.

Судя по взгляду, полному подозрений, отец мне не поверил. Что‑то заставило его напрячься. Но по крайней мере, он перестал кричать. Махнув рукой, он пригласил меня войти в дом и продолжил свои вопросы уже внутри.

– Замок, говоришь? Какой? Опиши.

Я сообразила, что сболтнула лишнего и нарушила обещание молчать о лэрде и его причастности к моему спасению. Но было поздно.

Вздохнув, я с неохотой описала поместье, напомнившее мне раненую птицу.

– Постой, – перебил меня отец. – Это же замок Фениксов? Так он же сгорел!

– Не совсем, – я мотнула головой. – Сгорело лишь одно крыло. Сам замок цел, хоть и в запустении. Хозяин только вернулся…