Артефакт беременности

Я соскользнула в прозрачную воду природного бассейна, коснулась ногами каменистого дна – здесь было по грудь. Обернулась, с удовольствием рассматривая, как Аллурен избавляется от собственной одежды – скидывает свою красную шёлковую рубаху и чёрные плотные брюки, заткнутые в сапоги со шнуровкой. Дальше шли нижние мягкие портки, не чета семейным труселям из нашего мира. И наконец передо мной встал во всей красе красноволосый мачо.

По его прессу можно было составлять учебник анатомии! Ну или пособие для культуристов в спортзале. Он выглядел так, будто из этого самого спортзала не выходит вообще! И от него прямо било просто нереальной мужской силой.

И волосы… красно‑огненными они были только на голове, я разглядела. Смущалась, но не могла отвести взгляд.

Мягко, с грацией хищника, он соскользнул ко мне, совершенно не подняв брызг.

– Я тебе нравлюсь? – спросил, видимо, в ответ на мой взгляд… Надеюсь, хоть не голодный.

Я промолчала, зачарованно проведя ладонями по его плечам, шее, запустила пальцы в волосы.

– Это драконья харизма так действует на людей, – в его словах мне почудилась толика грусти.

Наверное, я должна бы обратить внимание на сказанное, насторожиться или хотя бы удивиться. Но лишь продолжала как зачарованная смотреть на него.

Принц был совершенен.

– Особенно здесь, – шепнул он, коснувшись ладонью моих волос. – Где магия открыта и обнажена, где наши магические тела общаются напрямую. Даже жаль, что ты всё забудешь,

– Но я не хочу тебя забывать! – возмутилась я.

– Я постараюсь находить тебя хоть иногда, – его губы становились всё ближе, ближе.

Дракон? Ну, пусть будет дракон. Понятия не имею, почему мне снится именно дракон, да и какая, собственно, разница?

Невероятный мужской запах сводил с ума все мои женские гормоны, заставлял отключаться разум и ноги, я желала его, мечтала о его прикосновениях.

Приоткрыла губы, и он тут же накрыл их своими.

Вцепившись в его плечи, я отдалась неожиданному поцелую. Наши тела касались так горячо в воде, но я не испытывала ни смущения, ни сомнений. Только желание принадлежать этому мужчине здесь и сейчас, и везде, и всегда.

Медленно, осторожно он исследовал моё тело, и его прикосновения были бесподобны!

– В воде нельзя… – пробормотал он. Не выпуская меня из рук, увлёк к берегу.

Дурацкая мысль как обычно сбила всю романтику момента – и я подняла руку, набрала в рот воды. Почему нельзя? И вообще…

Странно. Я ощущала воду во рту, но не могла сделать глотка.

– Выплюни, Лада, – качнул Аллурен головой. – Я ведь сказал, мы не можем здесь есть и пить.

Отвернувшись, я вылила воду обратно. Несколько раз вдохнула и выдохнула.

Он улыбался. Смотрел на меня странным, непередаваемым взглядом, и я видела, что нравлюсь ему. Даже вот эта вот глупая попытка глотнуть наперекор его словам, и то нравилась!

И это было так приятно, так волшебно!

– Почему? – пробормотала я, заглянув ему в глаза.

– Мы находимся в особом пространстве, связанном с Артефактом Беременности.

– Это здесь ты планируешь растить моего ребёнка?

– Всё… немного сложнее.

Не давая продолжить вопросы, Аллурен снова вернулся к моем губам. Подхватил меня на руки, прижимая к себе так крепко, будто я особенная, самая важная в его жизни.

Не отрывая губ от моих губ, он сделал какое‑то движение. Будто взлетел над водой.

Наверное, это должно было удивить, но меня уже ничего не удивляло. Остались только горячие прикосновения там, где не касался никакой другой мужчина.

Взмах рукой, и нас окутало облако тёплого ветра, высушивая. Ещё взмах – и на каменных выступах по стенам грота загорелись свечи. Странные, наверное, но здесь всё было странным. Зато зрелище оказалось безумно красивым и романтичным!

Аллурен снова уложил меня на ложе. Сзади холод шёлка, впереди жар совершенного мужского тела…

– Какая же ты сладкая… ты точно человек? – пробормотал, жадно касаясь губами моей груди, шеи, живота.

– А кто, по‑твоему? – с любопытством спросила я.

Он глянул на меня на диво серьёзно. Красные волосы рассыпались по моей груди, и я тут же с удовольствием запустила руку в этот густой поток.

– Не знаю, – шепнул, лизнув мою губу. – У драконесс никогда не бывает такой кожи, такого запаха.

– Может, они чешую не моют? – хмыкнула я.

Аллурен засмеялся. Я с удовольствием вдохнула его аромат и признала, что дело не в чешуе.

Продолжая ласкать, он мягко раздвинул мои ноги. Я подалась навстречу, сливаясь с ним в одном порыве, кожи словно касались огненные искры – но не болезненно, а наоборот, до безумия приятно.

Жар в животе разрастался, струился к груди, плечам. Губы припухли от поцелуев, пальцы с наслаждением тонули в волосах, ладони водили по спине.

Он действовал на меня как афродизиак, как феромон и наркотик в одном флаконе! Я ощущала себя бесконечно счастливой, отдаваясь этому мужчине, и боялась только одного – проснуться. Это всё слишком чудесно, чтобы не быть сном, и всё равно в голову закрадывались мысли – а вдруг не сон? А вдруг правда, сейчас сливаются воедино наши магические тела?

Впрочем, ощущения были совершенно настоящими. И поцелуи, и касания, и даже боль, которая почти сразу прекратилась.

А дальше лишь пружиной нарастало что‑то внутри, чтобы разрядиться сладким фонтаном под аккомпанемент наших счастливых стонов.

Я ощутила тяжесть в себе, когда мужчина разрядился одновременно со мной. И тут же странный, прохладный порыв – словно из меня вытягивают нечто важное, ценное, родное…

На миг примерещился непонятный зеленоватый кокон, но сообразить я не успела, потому что губы вновь накрыли мои, руки легли на грудь.

– У нас есть ещё немного времени, – шепнул красный, хм, дракон, продолжая ласкать меня, снова поднимая к апогею наслаждения.

В голове раздался неясный, далёкий зуд, Аллурен чуть нахмурился. Взмахнул руками, и зуд стал тише, дальше, почти неощутимым. Пока мужчина моей мечты с наслаждением ласкал меня, будто не желая отпускать.

Снова вырванные стоны, шёпот имён и взрывы наслаждения, которые, по‑моему, вполне долетали и до моего физического тела.

Аллурен взял моё лицо руками, будто хотел что‑то сказать. Но вдруг едва нахмурился, поднял голову и прикрыл глаза, словно вглядываясь куда‑то.