Беру тебя в долг
– Я снимаю тебя с отбора.
Прозвучало сухо и резко. На секунду Маре стало больно, но ведь другого и не следовало ожидать.
– Да. Я поняла, – проговорила она, опустив голову. – Благодарю, ваше величество. Я уеду сегодня же.
– Ты останешься здесь.
– Простите? – ей показалось, она ослышалась.
А он ходил по шатру и говорил рублеными фразами:
– Тебе будут выделены комнаты и полный штат прислуги. Можешь рассчитывать на хорошее содержание. Лошади, украшения, меха – все это сверх того.
До нее наконец дошло.
– Простите, ваше величество…
– Что?! – Родхар резко обернулся и пошел к ней.
В какой‑то момент сделалось страшно, но она все‑таки спросила:
– В каком качестве я останусь?
Мужчина замер против нее и проговорил:
– В качестве моей любовницы.
Его тон, давящий взгляд… Мороз по коже.
– А как же принцесса Амелия и леди Истелинда, другие претендентки?
Король усмехнулся жестко и цинично.
– Амелия станет моей женой, это давно решено. А Истелинда, это Истелинда. Они тебя не касаются. Достаточно того, что ты будешь со мной, – проговорил он и снова отошел к столу.
Она смотрела на его широкую мощную спину и думала, как здорово все решено. Одна будет женой, другая официальной любовницей, а ей отведена роль постельной грелки. Возможно, одной из многих.
А когда она ему надоест, дорога ей будет в монастырь? Если прежде ее не сожрут его жена и официальная любовница?
Мужчина ждал, сцепив за спиной руки.
Мара сказала:
– Нет.
И тут он стал медленно поворачиваться к ней.
глава 14
Удивление и неверие в его глазах. Сейчас Родхар был похож на хищника, на пути которого неожиданно выросло препятствие. Мара понимала, что препятствие может только раззадорить. Опять стало страшно, но она все‑таки сказала:
– Это огромная честь. Но я вынуждена отказаться.
Он все еще не верил. Скосил голову набок и шагнул к ней, оглядывая с сомнением. Как слабоумную.
– Что ты несешь? – скривился. – Ты вообще поняла, что я сказал?
Конечно, она же должна была прийти в восторг и прыгать от счастья. Да только она не могла. Так глупо, столько девушек мечтали бы сейчас оказаться на ее месте.
А ей припомнился королевский сад и розовые кусты в нем. Их было множество, целые аллеи, и королю, она в этом была уверена, не было дела до этих роз. А у нее дома единственный розовый куст, тот, что отец подарил матушке. Драгоценный. И пусть в королевском саду «розы» лучше цветут и за ними неусыпно ухаживает его величество «садовник». Она предпочитала быть единственной, пусть и в худших условиях.
– Да, ваше величество, я поняла, – кивнула она, видя, как на смену удивлению приходит гнев.
А теперь предстояло самое страшное. Мара никогда не думала, что будет решать свою судьбу вот так, в один миг. И выбирать придется из двух зол.
Возможно, кто‑то назовет ее дурой, но ей нужно было обезопасить себя от того хищника, что сейчас смотрел на нее. Потому что он не заметит, как сожрет ее, а потом выплюнет кости и пойдет дальше. Он – король. А она не Истелинда, она после этого просто не сможет подняться.
– Я выйду замуж за барона Малгита, – сказала Мара.
– Что?!
Боже… Он рыкнул так, что у нее зазвенело в ушах. Мара вздрогнула, потому что король сейчас был действительно страшен. А он наступал на нее медленно и давил взглядом.
– Повтори!
Она невольно зажмурилась, но повторила:
– Я выйду замуж за барона Малгита.
– За этого старого мерзавца?! Глупая, что он тебе напел?! Что ты вообще о нем знаешь?!
Из него прямо хлестало злым презрением. И тут она разозлилась, жаркий протест стал подниматься из души.
– Я знаю, что Малгит купил согласие моего дяди, – заговорила она, выталкивая из себя то, о чем раньше молчала. – И что здесь, на вашем отборе, тоже все нечисто. Иначе как объяснить, что он у вас на глазах пытался скомпрометировать меня трижды. И один раз ему это даже удалось! Но я все‑таки выйду за него, потому что он предлагает мне честный брак.
«В отличие от вас».
Эти несказанные слова повисли в воздухе.
– ЧТО ТЫ НЕСЕШЬ?! – рявкнул он.
Глаза горели гневом, а кулаки судорожно сжимались. Но ей уже нечего было терять, гнев и обида вытеснили все, даже здравый смысл и инстинкт самосохранения.
– Как, вы не знали, ваше величество, что у вас на отборе все продается?! И как вдруг так получается, что девушки ведут себя непристойно?! – она захохотала. – Давайте подумаем! Может быть, их специально подставляют?
«А вы на это смотрите, и вам плевать», – чуть не сказала она. Но тут инстинкт самосохранения все‑таки включился.
Родхар смотрел на нее так, словно хотел растерзать.
***
