Цена огня. Рыцарь Огненной кавалерии
И не только с этим. Надо бежать ночью. Но если дойдёт до боя, то нужен человек, который умеет драться. И который не должен платить так много за свою свободу.
Глава 2.5
Жаба, сам того не подозревая, усложнил побег. Их увели в другую часть пещеры, которую Эйнар знал не очень хорошо. Чтобы попасть к ближайшему проходу, придётся пройти через несколько залов, набитых людьми. Почти невозможно. Надо было бежать раньше.
Он сидел у стены, обхватив себя руками. Слишком холодно. Слишком далеко до Врат. Хорошо, что жилет не забрали, без него он бы чувствовал себя неуютно. В едва видимом свете от почти затухших углей можно разглядеть нескольких рыцарей, которые передавали друг другу фляжку с чем‑то крепким и что‑то обсуждали между собой. Говорили о богатстве, свалившемся на голову, не иначе. Слишком возбуждены, чтобы сразу лечь спать.
Людвиг уселся рядом. Для него приготовили свечу, тут же погасшую на сквозняке, свиток бумаги и свинцовый стержень для письма.
– Поможешь написать?
Он действительно не умеет или до сих пор придуривается?
– Раз уж я единственный грамотный среди нас, – ответил Эйнар, притянул его к себе и зашептал: – Будь готов. Мы сбежим.
Парень открыл рот.
– Куда? Как?
– Тише. Жди моего сигнала.
– Но ведь мы дали слово.
Эйнар едва ему не врезал. Как же сложно с этими дворянчиками.
– Знаешь, что он с тобой сделает, если ты не заплатишь?
Людвиг кивнул.
– Так что будь готов. Или я оставляю тебя тут и сбегаю сам.
– Что надо делать?
Эйнар откашлялся и взял потухшую свечу. Остаётся надеяться, что рыцари распивают не первую фляжку.
– Давай‑ка писать, – сказал он как можно громче. – Но ничего не видно.
– У тебя же есть свеча, – сказал кто‑то из людей Губерта.
– Так зажги её!
Бандит с огромным, достойным короля, носом, достал из уже затухшего костра уголёк и зажёг свечу, но она тут же потухла.
– Да и так всё видно. Пиши на ощупь! – приказал носатый. Язык немного заплетался. – Устроили тут.
– Это же требование выкупа, официальный документ! – вскричал Эйнар. Получилось фальшиво. – Если напишем неряшливо, то его отец даже читать такое письмо не будет! Ты что, не знаешь, как принято у благородных? Он им жопу вытрет, а твой лорд не увидит тех денежек! И что он с тобой сделает потом?
Носатый икнул и поёжился.
– Разожжём костёр.
– Не стоит, – Эйнар улыбнулся. – Чего время терять? Тут сквозняк, напишем там, где его точно нет. В соседнем зале. Или там, где ужинали.
Бандит задумался и почесал макушку. Задачка для него трудноватая, а Эйнар не собирался её упрощать.
– Ладно. Говорун, сходи с ним в соседний зал, пусть пишет.
– Нет, надо вдвоём. Милорд плохо видит, писать буду я. А без его слов я всё напутаю.
– Вечно у вас, грамотеев, всякие сложности. Предки правильно делали, что читать и писать не умели. Жили и не тужили.
Только никто никогда не уточняет, насколько далёкие предки имеются в виду. Но Эйнар сдержал улыбку.
– Куда они денутся из пещеры? – сказал другой бандит и рыгнул.
– Лорд Губерт велел… это самое, – носатый икнул. – Чтобы всё путём было. Да. А ты! Спишь, что ли? Зажги фитиль, да с ними иди, свечу зажжёшь им.
– Фвечу? – спросил стрелок, спящий в обнимку с мушкетом. – Какую фвечу?
– С ними иди, – приказал носатый.
А вот это всё усложняет. Главное, чтобы Людвиг подыграл. В следующем зале приходилось смотреть под ноги, чтобы не наступить на кого‑нибудь из спящих, но пару раз Эйнар споткнулся и узнал о себе и своей матери много нового. К счастью, тут тоже дул лёгкий сквозняк и Говорун пошёл дальше.
А вот этот маленький закуток подходит лучше всего. В нём начинается один из проходов, хотя и самый неудобный.
– Тут тоже сквозняк, – сказал Людвиг. Эйнару захотелось его придушить.
Со стороны проход кажется обычной трещиной и мало кто рискнёт туда лезть, боясь застрять навсегда. Вот Эйнар и едва не застрял в прошлый раз, чему очень напугался. Но дальше проход расширяется, будет проще.
– Подойдёт. Зажигай.
Стрелок поджёг свечу об фитиль. Свет тусклый, но писать не придётся. Эйнар налил на камень немного воска и воткнул туда свечу.
– Говори, что черкать, – он сел и приложил листок к бедру
– А как пишутся такие письма? – Людвиг почесал подбородок.
– Папа, срочно пришли деньги, – предложил Эйнар.
Островитянин фыркнул и сел рядом.
– Надо бы посерьёзнее. Подожди, я подумаю. Как же они говорят? Его святейшеству… нет, точно не так…
Говорун наклонился и изучал проход. Толстозадый бандит туда точно не влезет. Стрелок зевнул. Эйнар зевнул в ответ как можно громче. Стрелок, будто соревнуясь, издал что‑то похожее на рёв раненого быка, потёр лицо и вышел в другой зал.
– Не могу придумать, – сказал Людвиг.
Эйнар зажал ему рот.
– Говори что угодно, только не молчи, – шепнул он, отодвинулся, вытер ладонь о куртку парня и спросил в полный голос: – Что там дальше? Его Величеству?
– Его Высочеству.
Эйнар отложил свинец и бумагу, потом медленно поднялся и подобрал увесистый камень. А до парня, хвала Всеотцу, наконец дошло, что надо делать.
– Его Высочеству герцогу Уильяму Лидси…