Девять бусин на красной нити

Хакон

Не ждал, что она отреагирует так резко на вполне невинный разговор, но Натсуми словно взорвалась. Тема сердца явно была дольно болезненной и сильно влияла на ее прежнюю жизнь. От этого было немного печально, так как у нас имело значение только одно – бьется ли оно.

Стука в дверь я не ожидал. Сосредоточившись на девице, опасаясь, что расстроенная птица может кинуться на меня с когтями, даже не заметил, что кто‑то подошел к дому. Ерхо ушел гулять, отчего явление гостя было еще более неожиданным. Шагнув за порог, я с некоторым удивлением уставился на цверга.

– Барди, с каких это пор твой народ шастает по горам, а не под ними?

– И тебе доброго дня, Хакон, сын Снора и моей тетки Рунгейд.

– Моя мать тебе настолько дальняя родня, что и имени твоего не помнит. Зачем пожаловал в такое время и в такое место? – Барди, цверг ростом едва ли не с птицу, но в два раза шире в плечах, с длинной пепельной бородой и колючими маленькими глазками, оскалился. Сразу было и не понять, смеется он или злится, так кривилось его темное лицо, словно пропитанное пылью земли.

– Я пришел просить об услуге, славный хримтурс.

– Во мне только половина крови хримтурса, как ты сам только что мне напомнил. Что тебе надо, Барди? Мое терпение тебе хорошо известно.

– Организуй мне встречу с великим Снором.

– Для чего это тебе и что с этого мне?

– Мне нужен проход через его чертоги. Один раз, один караван. Шесть цвергов, один предмет.

– Я не стану уговаривать отца.– Барди едва не рухнул на колени, заискивающе щуря маленькие глазки и складывая руки в жесте почтения.

– И не надо. Пусть он только встретится со мной. А ты проси что хочешь – все исполню.

– Ты добирался сюда почти двенадцать дней, чтобы попросить меня поговорить с отцом. Не глуп ли ты, Барди?

– О, нет. Барди умен, славный хримтурс. Барди знает, что своего этого сына Великий Снор слышит даже в самый сильный буран и в самую темную ночь. Барди знает, что только Хакон может ему помочь. – Белесые глазенки хитро блестели, почти уверенные, что лесть достигла цели. В чем‑то цверг был прав, но не так, как сам думал.

– Я могу только попросить отца выслушать тебя. Не более.

– Этого будет достаточно.

– И за это ты мне будешь должен одно обещание.

– Да, славный хримтурс.

– Это не все. – Идея была весьма хороша. Цверг мог очень легко справиться с тем, на что мне потребовалось бы гораздо больше времени и сил. – Еще ты доставишь ценный груз в Мидгард. Прямо в руки Рерика Дьярвинсона.

– Как только…

– Нет. Груз нужно доставить сейчас, и, когда Рерик подтвердит, что все в целости, я исполню твою просьбу.

Я видел, как крутит и буквально выворачивает цверга, но, видно, ему на самом деле был нужен разговор с отцом, раз бородатый кивнул, скрипнув зубами напоследок.

– Я согласен, Хакон, сын Снора. Что нужно передать асу?

______________________________

Цверги – скандинавский вариант гномов. Как всегда, живут под землей, кузнечничают, чегой‑то затевают. Жадноваты, смелы и местами обижены миром.

 

 

Глава 10

 

 

Натсуми

– Есть способ вернуть тебя к асам быстрее, чем тащить через горы и долины в чертоги отца. – Хакон вернулся довольно быстро, задумчиво хмуря брови. – К нам заявился старый знакомый, Барди, цверг из подземных царств, который может провести тебя своими тропами. Это куда быстрее и вполне безопасно.

– В чем подвох? – выражение лица великана мне не слишком нравилось, заставляя задуматься.

– Подвох не здесь. Услуга, о которой просит цверг, несколько необычна. Не бери в голову, на тебе это не отразится.

Хакон вернулся за стол, задумчиво перебирая куски меха. Отложив рысью шкуру, он в задумчивости постучал пальцами по дереву, отозвавшемуся глухим звуком.

– Я предлагаю воспользоваться этим вариантом, так как твое состояние еще очень далеко от идеального и вместо двух недель в дорогеты сможешь добраться до дома Дьярви дня за два‑три.

– Это не будет накладно для тебя? – мне совсем не улыбалось быть должной Хакону еще и за это.

– Мне так даже проще. Не буду переживать, доживешь ли ты до рассвета.

– Чтож, тогда и разговаривать не о чем. Когда мы можем отправляться?

– С закатом. Цверг сможет открыть ходы, когда солнце опустится за гряду.

 

К нужному времени Хакон закончил свою работу с мехами, успел собрать вещи и свернуть постель, не позволив сделать мне ровным счетом ничего. Когда последний солнечный луч исчез, наполнив дом сизо‑синим вечерним сумраком, в дверь вновь постучали.

– Войди! – Хакон, не оборачиваясь к двери, помог мне надеть короткий рысий полушубок без рукавов, но с капюшоном. Одежда была немного широка и непривычна, сковывая движения не в пример сильнее кимоно, но тепло держала куда лучше.

– Это и есть твой «ценный груз»? Интересная девица, – в дверях стоял невысокий, коренастый мужчина с маслянистыми хитрыми глазками. Было видно, что цверг довольно коварен и готов обмануть в любом месте, где его выгода перевесит.

– Подай мне мое оружие, – дотянуться до катаны и танто, висевших на каком‑то гвозде, я не могла, да и выпускать из виду этого нового знакомого совсем не хотелось. Привязывая оружие к поясу, я довольно громко обратилась к Хакону. – Ты доверяешь этому существу?

– Нет. Но он знает, что если хоть где‑то обманет – последствия будут весьма ощутимы.

– Это меня успокаивает. В какой‑то степени.

Когда мы покинули дом, закрытый всего только на щеколду, над крышей уже поднялся тонкий серп месяца. Было немного удивительно, что и в этом мире небо выглядит почти так же, как дома. Правда, формы созвездий все же были иными, не позволяя совсем забыться.