Девятая дочь великого Риши

– Просто ты так владеешь мечом… и не удивился, когда он засветился от моего прикосновения к тебе. Да и умертвия тебя не пугают…

Я осторожно подбираю слова, хотя все больше понимаю: это не просто странно.

Это очень странно.

– Вас, кириса, умертвия тоже не пугают.

– Потому что няня рассказывала мне об этом, – негромко произношу я. – Всем кирисам рассказывали про силу, которая в нас может проснуться.

– Эта сила поднимает мертвецов? – хмыкает мой страж. – Я думал, Святые обладают прямо противоположными умениями.

Совсем тихо я говорю:

– Сила духа бесцветна. И только человек решает, как ею пользоваться.

– Любопытно… Еще любопытнее все выглядит в свете последних событий во дворце.

Знаю. Поэтому молчу, поджав губы. Я забыла об этом. Забыла обо всем, что мне говорила няня, – и вспомнила только сейчас, когда воочию убедилась в наличии дара.

У себя.

– Мы закончили, кириса, – остановившись и обернувшись ко мне, произносит Чэн.

Неловко разжимаю ладонь и ощущаю, что парень отпускает ее неохотно.

– Я смогла помочь? – неуверенно спрашиваю я, стараясь не смотреть на кучу трупов вокруг.

– Смогли, – кивает Чэн, и его внимательный взгляд смущает меня еще сильнее. – Пожалуй, я был прав, когда сделал ставку на вас.

– На меня?..

– А вот и жители деревни, – глядя куда‑то за мою спину, говорит он.

Оборачиваюсь и смотрю на тех, кто не спеша выходит нам навстречу. Кто‑то спускается с крыши, кто‑то выбирается из погреба, кто‑то выбивает входную дверь…

Но все это живые люди. Эту разницу я теперь чувствую четко.

– Вы спасли нас, – тихонько и робко произносит женщина в грязном платье темно‑серого цвета.

– Мы очистили ваших мертвецов. Больше они не восстанут, – кивнув на трупы, громко и четко сообщает Чэн.

– Они действительно ушли насовсем? – с тревогой спрашивает крупный мужчина с густой бородой.

– Действительно! – хмыкает Чэн, а затем оглядывается на меня. – Ведь со мной Святая рода Риши.

– Что? Святая?.. Здесь? В нашей деревушке?! – потрясенно перешептываются люди.

– Я…

Растерянно смотрю на Чэна, не понимая, зачем он это делает. Зачем говорит то, чего не должен?

Нас уже окружает толпа.

– Узнайте имя той, что даровала вам спасение! – еще громче произносит мой страж, оглядывая жителей деревни. – Перед вами девятая дочь великого Риши, Дэй’Аи!

– Благослови тебя Создатель, девочка!

Ко мне тут же хлынул поток людей, желающих прикоснуться к моей руке, к моей коже или просто к одежде.

– Ваша спасительница устала, – замечает Чэн, – и хочет отдохнуть.

– Конечно‑конечно! Мы выделим ей лучший дом! Ига, потеснись, Святой нужен отдых! – запричитала женщина, заговорившая с нами первой.

– Потесниться?! Да я освобожу им весь дом! – крякает бородатый мужчина – видимо, здешний староста. – Отдыхайте, дорогие гости! Сегодня мы можем спокойно выйти из своих жилищ, не боясь наткнуться на умершего родственника! И все благодаря Святой из рода Риши!

Так вот почему они не давали бой мертвецам, решив просто закрыться от них, – по улицам бродили их родные…

Бросаю взволнованный взгляд на Чэна, но тот лишь кивает, подтверждая, что понял мои мысли. Затем нас ведут в один из домов в центре деревушки, где мне тут же выделяют спальное место в центре комнаты – на лучшей перине, как заверяет староста.

После ночи в лесу эта постель кажется мне верхом роскоши. Деревенские затевают гулянку с выпивкой и задорными песнями, но сил у меня хватает лишь на то, чтобы сказать Чэну, негромко беседующему со старостой в соседней комнате, что я сплю.

Этот день вымотал меня еще больше, чем предыдущий.

 

Глава 7. Время столкнуться с тем, что ты еще не в силах осознать

 

Как же здорово умываться водой, от которой не сводит пальцы!

Похлопав себя по щекам, киваю новому дню и иду к Чэну, сидящему перед входом в дом. С улыбкой глядя в небо, я негромко замечаю:

– Такая тишина вокруг.

– Все деревенские спят. Перепили вчера.

– Нам нужно поговорить о том, что произошло.

– Согласен, это требует обсуждения, – кивает мой страж. – Ваша сила…

– Я не про силу сейчас говорю, – мягко перебиваю я, взглянув на него. – Хотя и это происшествие нам, безусловно, нужно обсудить. Но в данный момент меня больше интересует то, как вы меня представили.

Я не мастер таких разговоров. Я вообще плохо представляю себя читающей нотацию человеку, опытному в бою. Но вчера произошло нечто, требующее разъяснения.

Нечто, что никогда не должно повториться вновь.

– Вы снова выкаете мне, кириса? – встретив мой взгляд, уточняет Чэн.

– Вы сказали им, что я – Святая, но это не так.

– Вы вчера ослепли? – Поднимает он бровь. – И не видели, как светился мой меч?

– Титул – это не просто слово. Его должны присвоить. Официально, – озвучиваю я прописную истину.

В конце концов, он же намного умнее меня и должен понимать, что поступил неправильно!

– Предположим, вам его никто не присвоит. Вы от этого перестанете быть Святой?

– Силы от этого у меня не убавится, но Святой я называться не смогу, – терпеливо объясняю я. – Еще раз повторяю: это титул. Святую назначают. Она не может быть самопровозглашенной.

– А если я вам скажу, что это не просто титул? – внимательно смотрит мне в глаза Чэн.

– Что вы имеете в виду?

– Сейчас не время и не место, – услышав, как заскрипел пол под старостой, говорит мой страж. Затем вновь встречается со мной взглядом. – Но мы обязательно вернемся к этому вопросу.

– Когда? – настойчиво спрашиваю я.