Дочь морского бога

Глава 6. Акульи жабры

 

Остров с высоты птичьего полёта выглядел потрясающе. Я почти решилась попросить Роджера сделать третий круг, настолько захватывающим оказалось зрелище. Остановила только мысль, что прилетать сюда мы теперь будем часто, и поэтому  нужно как можно скорее изобрести способ погружения под воду.

“Лучше поспешить в библиотеку”, – подумала я и промолчала.

До самого конца полёта сидела как на иголках. Продумывала, в каких книгах могут быть подсказки. Список получился длинный, что не могло не радовать. Чем больше источников, тем больше знаний.

– Благодарю за полёт, – вежливо сказала я, как только корабль приземлился. – Всего доброго, господин Прим, лорд Этан‑Бейли.

Они ответили не менее учтиво, расшаркались друг с другом и оставили меня на пороге библиотеки.

– Хвала богам, – вздохнула я.

Можно было приниматься за дело.

Через пару часов на столе читального зала возвышалась целая башня толстых фолиантов и тоненьких брошюр об обитателях глубин.

На отдельном листке бумаги было выписано двенадцать заклинаний из учебников целителей. Каждое из них имело ограниченный эффект. Где‑то по силе, где‑то по времени, а где‑то по количеству применений. Но для начала этого было достаточно. Осталось протестировать каждое из них на каком‑нибудь подопытном, а потом усовершенствовать формулы, чтобы избавиться от ограничений классических вариантов.

С артефактом же дела обстояли куда печальнее. У меня не было идей. Единственная зацепка – жабры. Рыбы дышали под водой, значит, и человек мог бы. Но большая часть рыбьих органов дыхания не подходили из‑за маленького размера туловища, а остальные – по другим параметрам.

– Как и другие рыбы, акулы получают необходимое количество кислорода из воды, пропуская её через жабры, – зачитывала я вслух, устало потирая виски. – Органы дыхания представляют собой жаберные мешки, которые внутренними жаберными отверстиями открываются в глотку, а наружными – по бокам головы на поверхность тела.

– Ску‑у‑у‑у‑ка смертная, – провыл кто‑то прямо над ухом. Я вздрогнула и обернулась на голос. Нейтан Грост собственной персоной. – Какие у вас нервы слабые. Подозреваю, из‑за чтения неинтересный книг. Что там? “Дыхательная система морских животных”? Да вы заучка, леди Нейшвиль!

– Никогда не утверждала обратного, лорд Грост, – забирая драгоценную книгу, ответила я. – Что привело вас в обитель знаний? Снова будете искать деньги, спрятанные братом?

– Он не настолько щедр, – фыркнул некромант и подтащил к моему столу второй стул. Раздвинул стопки учебников и просунул между ними голову. – В вашей академии бывает невыносимо скучно вечерами. Я вспомнил, что видел в библиотеке самую прекрасную девушку королевства и решил попытать удачу. Вдруг встречу её снова?

Обаяние нового знакомого легко обходило мою защиту. Уголки губ уже приподнялись в улыбке.

– Как видите, вашей красавицы здесь нет, – я развела руками. – Поищите в парке. Возможно, она решила прогуляться среди вековых деревьев перед сном.

Нейтан рассмеялся, будто ему очень понравилась моя шутка. Потом склонил голову набок, внимательно рассматривая моё лицо. На нём появились надписи?

– Вы на самом деле очень красивы, – сказал он.

Я смутилась и отвела взгляд. Прямота лорда Гроста заставляла краснеть, а его внимание не казалось обременительным.

– Если верить профессору Бирману, леди может быть либо умной, либо красивой, – сослалась на слова преподавателя геологии морского дна. Он заменял у нас на первом курсе географа. – Тогда я предпочитаю быть умной.

– Среди профессоров тоже есть идиоты, – хмыкнул сын Лорд‑канцлера. – В вашем уме и красоте сомневаться не приходится. Первый учебный день, а вокруг уже куча учебников. Задали доклад?

– Нет, курсовую, – неловко улыбнулась я. Взгляд некроманта изменился. Стал цепким и серьёзным. – Хочу придумать способ дышать под водой. Жаль, что не получается.

– Почему? – он вскинул брови.

– Во‑первых, сложно достать ингредиенты, – загибала я пальцы. – Где найти свежие акульи жабры, например? Во‑вторых, нужно экспериментировать. Погружать подопытного под воду и контролировать процесс с берега. Кто согласится нырять с сомнительным артефактом? Ну и, в‑третьих, я не могу придумать, как сделать действие артефакта обратимым.

– С первым и вторым я могу помочь, – задумчиво протянул Нейтан. – На чёрном рынке продают любые ингредиенты. За стоимость не ручаюсь, но большая наука требует жертв. А экспериментировать можно на зомби. Дышать им не обязательно, но соответствующие органы есть. На то, чтобы проверить ваши блестящие идеи, их хватит.

Я с недоверием посмотрела на лорда Гроста. О чёрном рынке я могла догадаться и сама, хотя идти в такое место в одиночку не рискнула бы. Но тестировать артефакт на мёртвых… Мамочки, идея настолько же жуткая, насколько гениальная.

– Вы можете заставить мёртвого дышать?

– Я могу научить его плясать канкан, – гордо оттопырил губу сын лорд‑канцлера, – и показывать фокусы. Вы когда‑нибудь видели представление театра марионеток? Вот то же самое, только кукла недавно лежала в могиле. Ах, нет, придётся выдать вам крошечную тайну. Вы ведь не из болтливых, леди Нейшвиль? Чудно. Мы, некроманты, теперь такие чистоплюи, что никто не ковыряется в земле. Если вас не тошнит от запаха забальзамированного тела, то можем прогуляться до учебной лаборатории. И я покажу вам не только канкан.

– Вечер просто не мог закончиться интереснее, – ахнула я. – С удовольствием посмотрю на ваше мастерство, лорд Грост!

 

***

Лаборатория исследования мёртвой плоти оказалась необычайно светлым, уютным и оживлённым местом.

– В два часа ночи, – удивилась я, принимая от некроманта‑первокурсника защитный халат и маску.

– Старая привычка, – пожал он плечами. – Так говорят. Но лично я считаю, что дурная манера работать исключительно по ночам уже стала частью родового магического дара. Представьте, у меня в семье все такие. Отец и брат просыпаются не раньше полудня, до обеда кружат по дому и кабинету сонными мухами. Затем героически берут себя в руки и обращают внимание на дела. Зато, едва на небе появляется луна, два лорда Гроста меняются до неузнаваемости. Какой блеск в глазах, какое бешеное трудолюбие. Горы готовы свернуть! А потом жалуются, что я слишком много времени провожу на светских вечеринках. Да у меня просто нет выбора с таким‑то режимом! Приличные заведения в тёмное время суток закрыты. Одни кабаки и дома терпимости работают.