Дочь морского бога
– Без пятнадцати одиннадцать, лорд Этан‑Бейли, – пропела его помощница, заглянув в кабинет. – Вы просили предупредить.
– Благодарю, Сара. Вернусь через час. Если будет что‑то срочное, оставьте на столе.
– Конечно.
До звонка на занятия ещё пять минут. Коридоры переполнены, но Роджер давно привык лавировать между студентами, не дожидаясь, пока его узнают и вежливо пропустят. Ректорат устроился под самой крышей величественного здания. Широкая главная лестница, пара боковых, чтобы срезать путь, и перед младшим принцем Мальмы открылась каменная арка над тремя ступенями импровизированного крыльца.
– Благодарю за приглашение, лорд Сафракс, – дверь в кабинет ректора изнутри открыл Гвидо Грост. – Обязательно посещу прекрасную оранжерею академии, когда будет время. Мои наилучшие пожелания.
Ответ Салазара Сафракса декан не услышал. Посторонился, пропуская лорд‑канцлера на каменную площадку перед дверью.
Самый высокопоставленный некромант в истории королевства был всего на полголовы ниже рослого Роджера. Крепок телом, плечист, и с благородной сединой на аккуратно подстриженной бородке. Принц Мальмы стабильно недоумевал, как ему удалось занять свою должность. Неужели прослеживалась прямая связь между искусством оживлять мёртвых и председательством в палате лордов? Не говоря уже о верховном суде, обязанностями хранителя большой печати и руководством попечительского совета академии.
– Лорд Этан‑Бейли, – Гвидо почтительно склонил голову. – Наслышан о феноменальных открытиях в подводном царстве, наслышан. Примите мои искренние поздравления.
– Благодарю, лорд Грост, – декан ответил на поклон. – Надеюсь, разгадки главных тайн нас ещё ждут впереди. Доволен ли попечительский совет расходованием бюджета?
– Как блеском чешуи русалочьего хвоста, – непринуждённо пошутил лорд‑канцлер. – Я только что обсуждал с Салазаром будущий благотворительный вечер. Если вам не хватит золота, мы соберём ещё.
Роджер поддержал его широкой улыбкой и уже раздумывал не посмотреть ли выразительно на дверь в кабинет ректора? Время шло, обмен любезностями затягивался. Но лорд‑канцлер не спешил его отпускать. Понизил голос и подошёл на шаг ближе.
– Я рад, что жизнь в академии кипит. Особенно рад, что дружба между факультетами налаживается. Вы организовали для своих студентов совместные лабораторные работы с некромантами? Смелый шаг.
Лорд‑декан изо всех сил старался не выпучить глаза от удивления. И не ляпнуть какой‑нибудь необдуманной ерунды. Вопрос попахивал хитроумной ловушкой. Ответит “да”, и придётся организовывать. Но, с другой стороны, ответом “нет” он мог подставить одну из кафедр. Вдруг кто‑то из преподавателей проявил инициативу, а ему просто не успели доложить?
– Признаюсь, в первый раз слышу…
– Серьёзно? – выдохнул лорд‑канцлер, приподняв бровь. – Ах, наверное, я что‑то напутал. Не так понял лаборанта. Леди Нейшвиль интересовалась препаратами, мне сказали, она с вашего факультета. Но забудьте. Чего только не придумают молодые пытливые умы. Уж лучше так, чем пропадать на вечеринках. Однако заболтал я вас совсем. Вижу, коллеги‑деканы спешат на совещание. Мой пламенный привет светилам нашей науки. Всего доброго, лорд Этан‑Бейли.
– До встречи, лорд Грост.
Голова зашумела, будто в ухо попала вода. Меньше всего в разговоре с лорд‑канцлером Роджер хотел услышать имя Каролины. Что произошло за короткий вечер и ночь? Почему она пошла к некромантам?
– Доброе утро, Роджер, – декан недровиков коротко кивнул, приветствуя. – Вернёмся к разговору о совместной экспедиции?
– Конечно, Шелдон, но сначала уточню пару деталей. Лиам? – Принц Мальмы заступил дорогу декану факультета исследований мира мёртвых. – Отойдём на пару слов?
Некромант без лишних вопросов шагнул к окну подальше от поднимающихся на крыльцо коллег.
– Напомни, пожалуйста, у тебя ведь учился сын Гроста?
– Кэрридан? – декан очертил пальцами воздух перед собой, словно хотел поставить защиту. – Боги избавили от страданий, выпустился в прошлом году. Я бутылку коллекционного вина открыл, чтобы отпраздновать. Дара почти нет, учиться он не хотел, зато отцовского внимания к факультету было выше крыши. Думал, поседею.
Роджер сочувствующе улыбнулся. Сыновьям высокопоставленных отцов часто не хватало силы дара, ума и воспитания. Отчасти поэтому он с такой радостью принял предложение учить студентов другого королевства. Чтобы избежать невыгодных сравнений.
– Тогда у меня для тебя плохие новости. Внимание лорд‑канцлера ничуть не угасло.
– Это не новость, – тяжело вздохнул Лиам и скорчил гримасу. Харизматичного некроманта она не портила. Наоборот, оживляла бледное лицо. – Не прошло и семестра, как в академию зачислили младшего Гроста. Мы с коллегами в предвкушении. Вино кончилось, я запасся сердечными каплями. То ли ещё будет.
Роджер прикусил язык, чтобы не выпалить: “Уже началось”.
Судя по туманному рассказу Гвидо, его сын в первый же день умудрился познакомиться с девушкой, взятой под пристальное наблюдение тайной канцелярией. Потащил её в святая‑святых факультета некромантов и показывал мёртвых. Оригинальный способ очаровать юную леди, ничего не скажешь.
“Стоп! – осадил сам себя декан. – А если она познакомилась с ним, чтобы попасть под защиту могущественного рода Гростов? Кто ещё может оградить её научные наработки от вероломного воровства?”
Нет, Каролина бы так не поступила. Она не настолько испорчена, чтобы заигрывать с юношей ради корыстных интересов. Там интриги Гарольда Прима или самого лорд‑канцлера. Но зачем Гвидо понадобилась леди Нейшвиль? Чтобы дискредитировать Роджера и выжить его из академии? Мальмиец‑декан многим не нравился.
– Доброе утро коллеги, – громко сказал Салазар Сафракс. – Простите, что задержался, давайте начнём совещание.
– Пойдём, – Лиам кивнул в сторону двери. – Отвлечёмся от несносных мальчишек на что‑то стоящее.
– Пойдём, – согласился Роджер.
***
Утро наступило непозволительно быстро. Ночные прогулки в лабораторию давали о себе знать, поэтому на паре по артефакторике я отчаянно зевала и даже не пыталась вникнуть в лекцию профессора Эммы Норвуд – просто записывала всё подряд.
Она решила обойтись без ознакомительного занятия, а сразу перешла к делу. Диктовала, кто и когда изобрёл первый переговорный артефакт, как и зачем он потом совершенствовался магами следующих поколений. Мне почему‑то подумалось, что наша с Нейтаном разработка тоже войдёт в программу академического образования. Потомки будут сидеть в аудиториях и вполуха слушать о Каролине Нейшвиль и Нейтане Гросте, сделавших прорыв в области изучения морских глубин.
От приятных мыслей о возможном будущем меня отвлекло странное ощущение. Будто кто‑то поднимался по юбке, цепляясь маленькими коготками. Заглянула под парту и чудом не завопила.
