Дочь морского бога

– Она действительно в порядке, – мягко произнесла я, накрывая ладонь Даны своей. – Маркус пытался опоить Лили чем‑то, но я случайно услышала его разговор с Вернардом и предупредила лорда Этана‑Бейли. Ничего ужасного, благодаря нему, не произошло. А в лазарете наша соседка, потому что успела выпить вино с серебряной пылью. Целители сказали, что опасности для жизни нет, но ей лучше побыть ночью под их присмотром.

Карие глаза Даны распахнулись, будто я сказала ей, что изредка отращиваю хвост. Губы приоткрылись в немом изумлении.

– Да, Маркус оказался ещё большим подлецом, чем мы все думали, – согласилась я с её невысказанными мыслями. – Нейтан Грост даже думает, что он будет мне мстить, если узнает, кто раскрыл его план администрации академии. Поэтому постарайся не подставить меня.

Соседка несколько раз хлопнула ресницами, приходя в себя, а потом заговорила.

– Лорд Грост прав, – выдохнула она. – Слизняк Кент будет искать предателя, чтобы отомстить. Тем удивительнее, что ты в это влезла. Подумаешь, кто‑то воспользуется простолюдинкой. С бастардом лорда Варкиса из‑за девичьей чести Лили ссориться глупо.

Да, Маркус не скрывал влиятельного отца. Наоборот, гордился и всячески подчёркивал, что разные фамилии ничего не значат. По крови он лорд. И пусть сейчас к нему обращаются “господин”, скоро всё изменится.

– Будь он хоть бастардом самого морского бога, ему не должно сходить с рук такое отношение к девушкам, – фыркнула я, поправляя сорочку, съехавшую с плеча. – Если у Лили нет влиятельного отца, это не значит, что кто‑то вроде Маркуса может вытирать об неё свои начищенные до блеска туфли. Можете считать это женской солидарностью.

– Неисповедимы пути богини‑матери Вейны, – хмыкнула Дана и поёжилась, будто только сейчас осознала, какой участи избежала Лили. – Мы думали, что ты нас за людей не считаешь. Смотришь всегда свысока. А это твоё “вежливые люди отвечают на приветствия”? Тьфу!

Я рассмеялась. Надо же! Оказывается, мои соседки‑гордячки, считали высокомерной меня. Впрочем, я сама сторонилась людей. Вполне могла казаться холодной леди.

– Я просто не очень общительна, – попыталась оправдаться я, вставая с кровати. – Не люблю тратить время на болтовню. Лучше что‑то почитать или написать реферат, например.

– Заучка‑а‑а‑а, – протянула она, искренне улыбаясь. – Ой, а на занятия Лили пустят?

– И кто из нас заучка? – я тоже не удержалась от улыбки. – Давай вместе спросим у профессора Родрика. Я обещала ему зайти утром. Точное время визита мы не обсуждали, так что можем навестить Лили прямо сейчас.

 

***

Сильнее развязных сынков высокородных чиновников Роджер ненавидел только их же бастардов. Маркус Кент и Верднард Дарси сидели в его кабинете, для приличия опустив взгляд. Но их отцы в громких речах и попытках надавить на декана себе не отказывали.

– Побойтесь гнева богов, лорд Этан‑Бейли, – горячился глава департамента по контролю за движением воздушных кораблей. – Маркус лучший студент на курсе. Он получил именную стипендию Его Величества! Ему прочат блестящее будущее в науке. Ну какая серебряная пыль? Чушь, ерунда и попытка подставить моего сына.

– Поймите, мы ценим вашу бдительность, – вторил ему граф‑маршал, – таким веществам не место в академии. Со всех сторон замечательно, что вы провели расследование, но неужели не ясно, что арестовали не тех виновных?

– А кого я должен был арестовать? – не удержался от провокации Роджер. – По вашему мнению.

Друзья‑преступники обменялись мимолётными взглядами. Да, нос Маркуса был точь‑в‑точь, как у отца, сейчас Роджер заметил сходство. И Вернард пошёл не в мать. Возможно поэтому высокопоставленные гуляки почти с радостью признали их. Фамилию свою не дали, не стали окончательно оскорблять жён, но в судьбе талантливых мальчиков участвовали на всю катушку. Они и обнаглели. Нет, учились хорошо, этого не отнять. Роджер поспорил бы на счёт “лучшего на курсе”, хотя сам дал Маркусу авансом один балл на экзамене. Но неужели мнимая вседозволенность настолько застилала глаза? Зачем трогать несчастную девочку? Неужели карманных денег не хватило на поход в бордель? Очередей там нет, насколько знал декан. Доступные женщины на любой вкус.

– Кого арестовать? – переспросил лорд Варкис. – Того, кто принёс серебряную пыль в академию. Того, кто сам же её и выпил вместе с вином. Лили Хэзилнат.

Друзья залётчики снова переглянулись. Стоит записать в адрес Маркуса ещё одно очко, лицо у него вытянулось. Сам не ожидал настолько дерзкого полёта мысли своего отца?

– Девушка давно пристрастилась к запрещённым веществам, – добавил граф‑маршал. – Печально, но такое бывает. Низкое происхождение, туманные перспективы… А яркой жизни так хочется.

– Да, – шлёпнул губами Вернард, но под одобрительным взглядом отца заговорил громче: – Да, мы давно замечали, что Лили странно себя ведёт. Рассеяна на лекциях, редко отвечает на семинарах.

– Серебряная пыль меняет личность, но процесс медленный, – блистал познаниями лорд Варкис. – Если бы не происшествие на вечере в честь начала занятий, кто знает, когда бы открылась правда?

– И скольких достойных юношей госпожа Хэзилнат успела бы втянуть в опасные развлечения.

– Чудо, что её поймали, – высоким от волнения голосом сказал Маркус Кент.

Декан сдавил пальцами переносицу, чтобы никто не видел, как он морщится. Феерические мерзавцы. Все четверо. Слов не было выразить всю глубину презрения к ним. Сейчас последует обязательное “не ломайте судьбу мальчишкам”. А дальше по настроению. Или угрозы подкинуть проблем лично Роджеру, или обещание сделать щедрое пожертвование факультету через попечительский совет.

“Дорого же вам обойдётся Лили, – шепнула язвительная часть личности декана. – Нужно было идти в бордель”.

Или побрезговали? Ах, вот в чём дело. Мозгов хватило не приближаться к аристократкам, но с простолюдинок спрос другой. Роджер помнил по своей академии.

“Да кто она такая? Да как смеет мне отказывать?”

– Надеюсь, мы уладим вопрос? – внимательно заглянул ему в глаза лорд Варкис. – Со своей стороны обещаю всяческое содействие. Маркус честно просидит под арестом положенное время и ответит на все вопросы. Мой личный законник уже ждёт в вашей приёмной. Вы ведь не будете возражать против его присутствия на допросе?

– Обычной беседе, – поправил его граф‑маршал. – Допрашивают обвиняемых и свидетелей, а Маркус и Вернард просто шли мимо.

“Убирайтесь, – вертелось на языке. – Можно прямиком в бездну, но так уж и быть, просто из моего кабинета”.

Но даже титул принца Мальмы не давал Роджеру права так разговаривать с аристократами другого королевства. А жаль.

– Я считаю нужным привлечь к расследованию тайную канцелярию, – выложил он на стол свой главный козырь. – Академия имеет статус королевской. Пятном на её репутации должны заниматься люди Гарольда Прима. Так что господам Кенту и Дарси придётся задержаться в особом крыле. До занятий я их не допускаю. Не волнуйтесь. Если они действительно невиновны, в итоге их отпустят.

От улыбки чуть губа не треснула, пальцы под столом сами собой сложились в неприличный жест.

“Фу, Роджер, – закатила бы глаза любимая няня мальмийского принца. – Фу таким быть”.