Дом ведьмы в наследство

Белов, не видевший самого прыжка, обалдело взирал на его результат – дыру в задней половине крыши автомобиля.  Водитель Вадик, кажется, потерял дар речи и сидел теперь перепуганный, выкатив глаза. Немного придя в себя, он с ужасом оглядел разворочанную часть салона и залепетал, заикаясь:

– Ви‑ви‑виктор Я‑я‑ярославович, она ста‑статуями ки‑кидается.

– Ты совсем охренела? – заорал на Настю бывший муж, пятясь по ступеням вниз к тротуару. – Ты меня чуть не убила!

– Я с места не двигалась – стояла, где стою.

– Врешь! Ты все подстроила! Это покушение!

Возмущенные вопли Белова привлекли внимание соседей из коттеджа напротив. Оттуда выбежала девочка‑школьница, за ней вышла высокая женщина в черном джинсовом костюме. Сделала Белову замечание:

– Мужчина, вы чего скандалите? На соседку мою нападаете?

– Да она на меня статую скинула! Вернее, ее любовник… – начал оправдываться Белов, но женщину его слова не убедили:

– Какой любовник? Какая статуя? Что вы несете? Вы пьяны или под кайфом?

Белов не выдержал, оскалился:

– Да пошла ты! Не лезь в мои дела!

– Анна Михайловна, что случилось? – На шум начали выходить другие жители улицы.

Появился старичок в потертом камуфляже, молодая семейная пара и пожилая дама с огромным алабаем на поводке.

– Да вот, – сообщила соседка напротив, – неадекватный какой‑то объявился. На людей кидается. Полицию надо вызывать.

– Зачем полицию? Давай, Анют, я ружьё свое старое вынесу и… – бодро предложил старичок в камуфляже, а пожилая дама потянулась к карабину на ошейнике алабая, явно собираясь отстегнуть грозного пса.

Сообразив, что находится в меньшинстве, Белов тихо выругался и, затравленно озираясь, полез на переднее сиденье джипа.

– Убери это! – рыкнул на перепуганного Вадика. – Живо!

Вадик нехотя выбрался из машины, с трудом открыл деформированную заднюю дверь, забрал с развороченного пассажирского сиденья тяжелый черный предмет и кряхтя свалил его на тротуар.

Настя только теперь разглядела, что это такое было.

Чугунная статуя льва.

Точно такая же, как та, что стояла в кабинете Яны Маровны.

Выходит, чугунный лев просто случайно свалился с балкона на машину Белова. А показалось, что спрыгнул… Из‑за стресса от нежданной встречи с бывшим мужем, видимо, привиделось.

Или нет?

– Эй! Вы в порядке? – поинтересовалась Анна Михайловна. – Он вас не ударил, этот сумасшедший?

– Нет, – смущенно ответила Настя. – Извините.

Она привлекла слишком много соседского внимания – даже неудобно как‑то. Только заселилась – и уже скандал.

– Вам не за что извиняться, – успокоила Анна Михайловна. – Мы с Яной Маровной почти родные. Кстати, вы ее родственница?

Настя не придумала ничего лучше, чем согласиться.

– Да. Дальняя.

– Яна Маровна говорила, что вы приедете. Так что не волнуйтесь, вы теперь с нами. Я, кстати, председательница уличного комитета, так что если какие вопросы, справки – обращайтесь.

– А если обижать кто будет – то ко мне, – вмешался старичок в камуфляже. – Мы тут в обиду своих не даем! А если этот твой мордоворот опять заявится, то у меня на чердаке пулем…

– Ладно вам, Семен Семенович, – успокоила боевого старичка Анна Михайловна. – Вы слишком быстро к крайним мерам переходите.

– Так я ж, Анют, это… сообщаю просто, что ежели что… А так‑то я человек мирный. Ты меня знаешь.

– Собачку вам надо в дом, – робко посоветовала бабушка с алабаем.

– И на чай заходите,– пригласила парочка. – И кричите громко, если что. Мы к вам самые близкие из соседей – первые прибежим…

– Кстати, зовут вас как? – поинтересовалась Анна Михайловна.

– Анастасия, – представилась Настя.

Вот и познакомились.

Соседи разошлись по домам.

Чугунный лев валялся на боку возле крыльца. У Насти даже спину прихватило от мысли, как она потащит этакую тяжесть в дом. Но не бросать же льва на улице? Он как никак ее от Беловских нападок защитил…

Она потянула статуэтку с асфальта. Лев был на удивление мягким. И теплым, будто живым. На секунду почудилось, что бока его двигаются под ладонью – и он дышит…

Странное дело, лев еще и легким оказался. Казалось, что он весит чуть больше Кисточки.

Настя затащила скульптуру в дом, поставила в прихожей, рядом с обувной полкой. Зашла на кухню, включила плиту и подогрела остывший чайник. Нашла заварку с мятой и чабрецом. Очень хотелось сладкого.

Кисточка запрыгнула на колени хозяйке, когда та опустилась на диван в гостиной. Принялась тарахтеть, словно маленький трактор, тереться и лезть в лицо. На улице мерно зашумел мотор машины. Настя выглянула в окно – не Белов ли вернулся? Но это Анна Михайловна  завела свою «шкоду» и собралась поехать куда‑то с дочкой.

Тут Настя вспомнила про загадочную дверь в захламленной кладовке и ключ, который к ней подошел. Сунув руку в карман, она с расстройством обнаружила, что ключа нет. Видимо, выпал и потерялся во время перепалки с Беловым.

Тщательные поиски в сенях и на крыльце результата не дали. Не было ключа и на тротуаре, придирчиво осмотренном до самой проезжей части.

– Ну вот, – Настя устало опустилась на нижнюю ступеньку, подперла руками голову. –  Последний из связки потерялся…

– Вы это ищите? – раздался над ухом приятный мужской голос.

Настя вскинула голову и вопросительно посмотрела на склонившегося к ней незнакомца. Он был статен и молод, вроде бы… И в то же время точный возраст определить на глаз как‑то не выходило. Волосы  – светлые, золотого оттенка, отпущенные чуть ниже лопаток. Глаза темно‑фиолетовые, проницательные – смотрит так, будто все‑все про человека знает…

– Вы о чем, простите? – озадаченно спросила Настя.

– Об этом. – На раскрытой ладони странного парня сверкнул заветный ключ. – Это ваше, верно?

– Мое. – Настя кивнула, и через мгновение ключ оказался у нее в руке. – Я вам что‑то должна за помощь? – уточнила недоверчиво.

– Совершенно ничего, – блистательно улыбнулся незнакомец. – Искать потерянное – мое призвание.