Драконий беспредел, или Берегите хвосты
Передними лапами я перехватила бутыль, плюхнулась на попу и для верности обвила её ещё и задними лапками, заодно приподнимая основание бутылки чуть вверх от пола, одновременно с этим, засунув язык в горлышко пузатой бутыли, с упорством добираясь до живительной влаги! Ещё когда император откупорил бутыль и глотнул, до меня донёсся дивный освежающий фруктовый запах, поэтому пить сейчас хотелось вдвойне.
Прошла всего пара мгновений, и я, заскулив, оттолкнула от себя этот рантанов бутыль, пытаюсь очистить язык от этой дряни!
Что за гадость?! Он это пил? Да‑да я точно видела, – глотал, а не притворялся. У нас чем‑то подобным бочонки обтирают, прежде чем туда разносолы складывать.
– Зверь никогда не пробовал спиртное? – веселится этот…
Укушу! И не в шутку!!! Из меня вырывается угрожающий рык.
– Настоящее мужики должны уметь пить Эльфийский эль! Налить в блюдечко, полакать? – участливо.
Вот издевается! Нет здесь блюдечка и хорошо! Зато есть один взбешённый фьюерт и нарвавшийся на него дракон!
В голове моментально проносятся всевозможные варианты наказания, самое безобидное из которых выпороть его публично перед дворцом. Пока сидела в зверинце от нечего делать прислушивалась к далёким звукам. Так и узнала, что драконы так своих детей воспитывают, когда они не слушаются. Значит, действует.
– Фью. – отвечаю грозно, но высунутый на проветривание язык и до сих пор висящий в свободном полёте, попадает между клыков и я сулю до слёз.
– Эй! Что за скулёж?! Ты мужик или я в тебе ошибся?! – задевают его слова и мне тут же хочется доказать, что да, мужик! Тем временем, император берёт меня в охапку и подгребает под бок, садясь вместе со мной прямо на каменный пол, после чего устраивает меня к себе на вытянутые ноги. Удивлённо на него смотрю, а он, откидываясь плечами к холодной стене, чуть морщится. Видно, мышцы после нашей пробежки у него всё‑таки заболели.
Злорадствую… впервые в своей пушистой жизни.
Ещё бы… У кого угодно в лысой форме после такого мышцы заболят.
– Скажу тебе по секрету, – чешуйчатый соизволил нагнуться к моему торчащему ушку, – этот сорт эля способствует усилению некоторых драконьих способностей. Интересно, как он влияет на таких, как ты зверей? – Ага, и смотрит так выжидающе… Да что же я даже слова подходящего сейчас не найду? – Может, проверим?
Я вдруг тоже задумалась. Как же действует?! А всё потому, что даже от мокрого языка и проникающего вездесущего запаха от испарений, мой хвост отважно вздёрнулся трубой, как во все те случаи, когда на нас с ним нападал приступ шкодливости.
С хвостом спорить бесполезно, это я ещё в детстве усвоила. Поэтому я грациозно подползла вверх по ногам императора и выдернула бутыль из рук этого самодовольного болвана, мимолётно удивившись, что тот не побрезговал из неё отпить после моего языка, побывавшего в горлышке.
«О! Ваши удивлённо расширенные глаза, Император, стоили моего манёвра!»
Вот чего теперь так смотрит? Непонятно какого там ему ветра в голову надуло. Нечего было садить меня к себе на ноги!
Хотя, нет. Мне ли обижаться?
Продолжайте император. В качестве подстилки с подогревом вы вполне годный. Всё не на холодном каменном полу мостится… Драконы как‑никак погорячее фьюертов будут. Приятный такой обогрев. Прямо королевская подстилочка!
Встав на задние лапы и найдя опору на торсе императора, – пусть заодно и за стеночку послужит, раз такая пьянка пошла, я влила в себя большой глоток Эля, совершенно не удивившись тому, что, больше облилась, чем выпила.
Не предназначен этот размер для подобных подвигов, да и форма, для таких выходок. Лапки сейчас мелкие и с крупными норовящими ускользнуть предметами, – одна беда и огорчение…
– Ого! Да ты и правда, относительно разумный! – оживился, с интересом наблюдающий за мной император.
– Фью. – «Относительно чешуйчатых разумней однозначно!»
Скалюсь на потянувшуюся лапищу, в этот раз покрытую слоем мельчайших пластинок чешуи, за бутылью.
Оказывается, у драконов чешуя не как у ящериц, а такая, бронированная, но эластичная, с нахлёстом, как у рыб. Только форма чешуек другая и размер варьируется в зависимости от места расположения. Не обращала я раньше внимания на расположение чешуек у драконов. Как‑то не до этого было.
Стоп крылья! Чешуя? Боится?!
Нет, он, конечно, определённо правильно боится. За…кусить как раз захотелось.
– Зверь показал зубки?! Эй! Тянет руку, к бутыли, но торопливо одёргивает. – Только не проливай столько мимо. И так уже немало пролил, когда практиковался язык вместо пробки использовать.
– Фью. – вот я на тебя бы в драконьей форме посмотрела: как ты из этой же бутыли пить будешь…
Вопреки ожиданиям, дракон на мой оскал вроде даже не сердится. Как подменили. Нет, морда у него от природы суровая, но вот как все ушли, появилось в нём что‑то…
– Фью, тебе… – чуть ворчливый голос. – Это пойло за бутылку стоит дороже твоей выделанной шкурки. – Улыбнувшись, вопреки моему новому оскалу на его реплику, и тому, что в общей сложности мной действительно пролита добрая половина бутили, – чешуйчатый, уже не чешуйчатой рукой, погладил меня по шёрстке и потеребил пальцами между ушек.
«Э‑э‑э – это что за планы на мою шкурку?!» – запоздало дёрнулась я!
Но вроде как после того как обчесали‑задобрили, обгладив, возмущаться уже поздно.
Хвост, вон, вообще доволен, под лапу дракона норовит попасть, играясь с ней и обвивая.
– С тобой даже в одиночку пить занятно. – делится он тем, что и так очевидно, в то время, как я пытаюсь отдышаться от следующих, слишком опрометчиво быстро сделанных глотков, высовывая язык подальше, –проветриться.
Вот бы ещё найти способ проветриться изнутри? Оно, конечно, при желании можно устроить…
– Жаль с тобой на мечах не потренируешься. Было бы занятно. – вдруг прерывает мои не менее занятные мысли император.
– Фью? – А что такое мечи? Вон те шарики на цепочке? Не… ни хочу…
Будто императору потренироваться не с кем.
– Нет достойного противника. Эти дворцовые трусы разбегаются завидев меня и подсовывают мне ещё более сопливых трусов, которые лишь от моего вида непроизвольно метят территорию.
Ой, бедный несчастный! Да некому тебе надрать задницу! Подожди, исправим!
Кажется, император что‑то прочитал в моём взгляде, потому что тему развивать не стал и как‑то слишком многозначительно хмыкнул.
– Может, отдашь бутылку? Похоже, тебе уже достаточно. – Пытается выдернуть. Только сейчас я понимаю, что сижу на попе, на тёпленьком, но мокреньком от испаряющейся обильно пролитой мной жидкости, императоре. Мало того, передними и задними лапами я вцепилась в бутыль, найдя на горле бутыли точку опоры для потяжелевшей головы. В довершении, всю эту конструкцию для надёжности обвил мой хвостик, не желающий упустить добычу.
