Единственная для Хранителя Закона

– А еще есть приют для тех, кто попал в трудную жизненную ситуацию, – негромко произнес Гел. – Я советую вам начать оттуда. Каша там жидковата, и дают ее всего один раз в день, но это лучше, чем ничего. Вы сможете находиться там месяц. Если устроитесь на работу и принесете подтверждающий свиток, то вас оставят до первой зарплаты и после помогут нанять квартиру.

– Спасибо, – хрипло выдохнула я. – Спасибо. У меня есть диплом, с отличием. Имперская сочетательная школа, специальность – проектировщик алхимических составов. Я… Я найду работу.

– Все хорошо, – он взял мою руку в свою и сжал, – вы справитесь.

Он перенес нас порталом.

– Этот дом принадлежит Хранителю Мудрости, – пояснил Гел. – Второй король Сагерта не может здесь жить по своим личным причинам. И его жена, подзуживаемая активной подругой, открыла здесь приют для взрослых. Как сказала квэнни Маэлин, иногда даже взрослому нужно время, чтобы выдохнуть и найти себя. Идемте.

Оробев, я крепко взялась за ручку дочери и последовала за Гелом. Мужчина шел быстрым уверенным шагом, он явно был здесь не в первый раз.

– Нет ничего постыдного в том, что жизнь дает крен, – бросил он внезапно и кивнул на покрывшуюся нежными цветочками сливу, – я сажал. Жил здесь месяц, а потом… Потом моя жизнь круто изменилась и…

– Гел!

По дорожке к нам спешила сногсшибательно красивая рыжеволосая женщина в… В брючном костюме?! Кипенно‑белая рубашка, жакет без рукавов и прямые узкие брюки, заправленные в изящные сапожки с высоким голенищем.

– Квэнти Нольвен. – Гел склонил голову. – Рад видеть вас.

– Когда‑нибудь я заставлю тебя говорить со мной иначе, – фыркнула женщина. – Потеряшки?

– Из Империи, – кивнул Гел.

А я, прижав к себе Деми, стояла и молилась всем богам, чтобы сильная, опасная женщина не посчитала нас лишними. От квэнти Нольвен шла волна яростной, жгучей силы. И я могла поставить свою жизнь на то, что она проклинательница. С полностью раскрытым даром.

– Вы выглядите вполне прилично, – она с прищуром оглядела нас, – добро пожаловать. Если вас обстрекочет цветок – сразу не кричите, у нас тут детский сад весне радуется. Гел, может, ты навестишь нас?

– Нет. – Он покачал головой.

– Это просто недопонимание, – настойчиво произнесла квэнти Нольвен.

– Все в порядке. Я могу оставить новоприбывших на вас, квэнти?

– Нет уж, – совершенно по‑лисьи фыркнула женщина. – У меня еще дел по горло – это раз. И два – мне пора бежать, иначе наша домоправительница заставит меня ловить деток Лилея, а я не хочу. Пусть детвора порезвится на свежем…

– А‑а‑а! Помогите! Мать‑магия, да помогите же кто‑нибудь, оно говорит со мной!

– Мне пора, не скучайте, – выпалила квэнти Нольвен и исчезла порталом.

– Поможем тетеньке? – спросила Деми и тут же сама ответила: – Нет, ей уже помогли.

– И правда, – согласился Гел, – криков не слышно. Хотя с тем же успехом она могла упасть в обморок. Детки у Лилея получились довольно, мгм, активные. И любопытные. И неубиваемые, благодаря гению дуэта Маэлин и Нольвен. Идемте.

Дальше все было очень быстро. Усталая женщина в строгом темном платье с накрахмаленным передником быстро выслушала нашу короткую историю, записала наши имена в толстую книгу и поставила дату. После чего уведомила, что комната свободна только одна.

– Это прекрасно, – улыбнулась я, – спасибо вам огромное. Спасибо. Мы неприхотливы. Теперь неприхотливы.

– Спасибо, алвориг Гел, – улыбнулась Деми. – Обязательно найдите нас: мама научилась печь яблочный пирог с коричными звездочками!

– Обязательно, – серьезно ответил мужчина и опустился перед Демельзой на одно колено, – я же еще должен угостить вас обедом. Возместить наглость и нахальство Тшерра.

– Не нужно, – запротестовала я. – Вы так нам помогли. И чемоданы уменьшили, и вообще…

– Точно, – он ловко поднялся, – вы же не сможете их расколдовать. Квэнни Рилла, позволите мне разок нарушить правила и…

– Иди уже, – махнула на него рукой женщина. И ругнулась, услышав еще один вопль: – Вот ведь… Подбросили мне свою юную поросль!

– А номер комнаты? – крикнул Гел вслед стремительно удаляющейся квэнни Рилле.

И в тот же момент она, резко развернувшись, чем‑то в него запустила. Это оказалась плоская костяная бляшка с выбитыми на ней цифрами. Одиннадцать.

– Здесь всего одиннадцать комнат, да. Так, нам на второй этаж. Я жил в десятой, – Гел усмехнулся, – это было интересное время.

Комната оказалась очень уютной. Широкая кровать пряталась за плотными портьерами, а еще в комнате был массивный платяной шкаф, два стула, стол и стоящая на нем лампа.

– Вот. – Гел вытащил из кармана наши уменьшенные чемоданы и вернул и прежний размер. – Пусть Судьба будет милостива к вам и сплетет вашу нить без узлов и петель.

– Спасибо, – звонко ответила Деми.

– Большое спасибо, Гел. – Я присела перед мужчиной в глубоком реверансе. – Без вас мы бы пропали.

– Прекратите. – Он поднял меня. – До встречи, квэнни Эйлин, квэнти Демельза.

 

Глава 3

 

На разбор вещей мы потратили целый день. Тогда‑то я и поняла, что мое состояние в тот вечер было далеко от нормального. Потому что среди своих платьев (аж трех) я обнаружила две глиняные кружки, две ложки и две тарелки.

И нет, в принципе, разумно взять с собой посуду: денег лишних нет, чтобы сервизами обзаводиться, вот только… Вот только это были те кружки и тарелки, которые я предназначила на выброс – со сколами, с потрескавшейся и потемневшей эмалью.

– Не переживай. – Рядом присела Деми. – Я же с тобой, а ты говорила, что я – солнышко!

– Да, – я обняла дочь и прижалась губами к родной макушке, – ты – солнышко.

– А значит, приношу счастье и здоровье!

– Здоровье?

Деми отстранилась и, приняв забавно‑взрослый вид, напомнила:

– Ты же сама говорила, что находиться на солнце полезно. Что детям нужны солнечные лучи и свежий воздух. Значит, солнце приносит здоровье.

– Да, прости, забыла, – улыбнулась я.