Эра Огня 2. Непогашенная свеча

– Скорее прощаются, – попытался я пошутить, но получилось как‑то вяло.

***

Авелла заглянула к нам в комнату, когда я уже собирался выходить.

– Успела! – воскликнула она. – Как хорошо, что почтенный Герлим при мне упомянул о вашей аудиенции. Вот, Мортегар, мы с Ганлой постирали и выгладили его. – Она протянула мне аккуратно сложенный плащ.

Натсэ проигнорировала появление Авеллы, а Ямос, который только что валялся на кровати и зевал, вскочил на ноги и вытянулся, постаравшись придать лицу выражение благородной скуки. Смешно получилось.

– Да не стоило так торопиться, – сказал я, набрасывая плащ.

– Как! – воскликнула Авелла. – Мыслимое ли дело – прийти на встречу магов без плаща!

Я улыбнулся. Натсэ только фыркнула с подоконника. Присутствие рабов на подобных встречах не предусматривалось, и ей предстояло дожидаться меня в комнате. Она, впрочем, не расстроилась. За окном плавали рыбки, и Натсэ крошила им кусок хлеба, который утащила из столовой.

– А это что? – Я заметил на подкладке белый рунический рисунок.

– Это… – Авелла покраснела. – Я полагала хоть немного отблагодарить вас за вашу доброту. Если не нужно – я всё уничтожу, это совсем не трудно.

– Да что это?

– Это небольшая хитрость магов Воздуха. Вот возьмите свой меч.

Она сама подскочила к шкафу, у которого стоял меч, и подала его мне.

Меч, который принадлежал её брату.

– Уберите его под плащ, мысленно или вслух сказав: «Хранение».

Я подчинился.

– Эй! – воскликнул я. – Куда он делся?!

Меч попросту исчез из моей ладони.

Авелла хитро улыбнулась:

– А теперь используйте магическое сознание, посмотрите, там должно появиться «Хранилище».

Магическое сознание… Вот как, оказывается, правильно называется мой интерфейс. Я пробежался по нему и обнаружил, что и вправду где‑то рядом с магическим расширением памяти оказалось Хранилище. Мысленно «кликнув» на него, я увидел миниатюрное изображение меча. Сунул под плащ руку, и пальцы сомкнулись на рукояти.

– Обалдеть! – воскликнул Ямос. – Я тоже такое хочу!

Авелла не на шутку смутилась.

– Понимаешь… Я не должна здесь пользоваться магией Воздуха. Папа этого не одобрит. Он будет на совете, и… Мортегар, не говорите никому, что эти руны нарисовала я.

Она сцепила перед грудью руки и так жалобно на меня посмотрела, что у меня сердце защемило.

– Можно подумать, в академии учатся ещё штук пятьсот магов Воздуха, – проворчала Натсэ.

– Никто не узнает, – пообещал я Авелле и спрятал меч обратно. Почему бы и нет, собственно. Мало ли, зачем может пригодиться на совете меч. Бутылку открыть, там…

– Я не очень сильный маг, – продолжала каяться Авелла. – Вы сможете убрать в хранилище только пять предметов. Но зато они не будут ничего весить. Их хранит Воздух.

– Спасибо, – кивнул я и добавил, глядя в сторону: – Как брат?

– Хорошо. Кости срастаются быстро.

Я отважился посмотреть ей в глаза и не нашёл в них упрека.

– Ты ни в чём не виноват, – шепнула Авелла. – Это был честный бой, мне говорили.

Ну как, честный… Нет, ну я даже не знаю. Правила, конечно, не запрещали пользоваться субличностями. Что ж, если из меня сделали психа с раздвоением личности, я уже и в рыцари поступить не могу?!

– Эх, жаль, что у неё есть жених, – вздохнул Ямос, когда Авелла убежала.

– И это всё, о чем ты думаешь? – с горечью спросил я.

Ямос посмотрел на меня с недоумением.

– Меня вызвали на совет всех кланов, который в последний раз состоялся до твоего рождения. Даже ничего не объяснили. А что если я вообще не вернусь?

Ямос мгновенно посерьезнел. Подошел ко мне и с силой долбанул кулаком в плечо.

– Ты справишься, Морт! Ты их всех порвёшь, Морт! Будь сильным, Морт!

– Так‑то лучше, – проворчал я, потирая плечо.

С Натсэ мы простились взглядами.

***

Пока дух Ардока вёл мои ноги к кабинету ректора, я смотрел по сторонам. В академии опять было суетно и опять ловкие люди делали лёгкие деньги. Но если в прошлый раз хозяева комнат брали мзду за возможность посмотреть в окно на подводный мир, то теперь было веселее.

Маги с зелеными волосами стояли в каждом зальчике и за деньги рисовали желающим руны Воды на плоских дощечках.

– Один час! – то и дело слышал я наставления. – Ни минутой больше.

– И дышать можно будет? – доносились вопросы.

– Ну ясное дело! В том и смысл. Дышать можно и одежда не промокнет. Главное печать при себе держать. В кармане, а лучше в руке. Уронишь – всё. Греби во все лопатки.

От одной из таких толп отделился сияющий Лореотис. Увидев меня, помахал дощечкой с руной.

– Сваливаю отсюда, – сказал он вместо приветствия. – Ты куда? На совет?

Я кивнул.

– Не дрейфь! – Лореотис врезал мне кулаком в то же плечо, что и Ямос. – На таких собраниях смертные приговоры не выносят. Скорее всего бредни Наллана там и не упомянут, там про другое.

– Про что?

– Вот ты мне потом и расскажешь. Заходи, как плотину уберут, я ночами дежурю, днём всегда дома. Мелаирим как?

Я пожал плечами:

– Выдумал какую‑то ерунду с переливанием силы из пустого в порожнее. Просил передать, что вас видеть не хочет.

– А, – усмехнулся Лореотис и кивнул. – Ну да, понятно. Ладно, пусть развлекается. Если что – свисти.

И мы с ним разошлись в разные стороны.

За окнами вместо рыбок начали проплывать одетые парни и девушки. Представляю, как это взбесит Натсэ. Надеюсь, хоть не пырнёт никого мечом через окно от доброты душевной.

С такими вот мыслями я подошел к стене, отделяющей кабинет ректора от остальной академии. Надел перчатки без пальцев, коснулся стены. На ней тут же появилась чёрная руна, а перед глазами всплыла надпись:

Заходите, господин Мортегар.

Стена раскрылась, и я, глубоко вдохнув, сделал шаг внутрь.